Третья Орда (СИ)

Брехлисиус с возмущённым лицом кивал, продолжая строчить пером по бумаге.
— А твои, ушастые, тоже, конечно, красавицы! Сражаться вообще не хотят, только пятки мелькают! Вот прошлая ваша начальница была молодец, всё время какие-то хитрости и подлянки выдумывала. Воины у неё были стойкие, бились за каждую пядь! Зря я ей тогда секир-башку сделал в Арнарофере, надо было себе в наложницы взять. Родила бы мне кучу оркоэльфов, чтобы и сильными, и красивыми были одновременно. Что ты там насчёт ума говоришь? Не, умных нам не надо, слишком много от них указаний. Я тебе так скажу, Брехлисиус: все беды этого мира от умников. Проще надо быть, проще, и удача к тебе притянется. О, кажется, Рычача наконец пошёл спать. Эй, ребята, давайте вылазку в город устроим. Только т-с-с-с, а то шаманы узнают…
Дюжина орков, измазавшись для маскировки в грязи, тихо перебегала от домика к домику, всматриваясь во тьму и стараясь уловить каждый звук. Рычача оказался прав, засад и баррикад было хоть отбавляй — пойди Орда в лобовую атаку, она непременно сократила бы свою численность самым кардинальным образом. Несмотря на то что они взяли в осаду лишь один из трёх больших островов, численность эльфов превышала высадившуюся армию минимум раз в пять. Если бы только они хотели и умели сражаться, у орков вряд ли получилось столь легко создать плацдарм и взять в окружение защитников — нет, похоже, не города — защитниц собственных «вечных» жизней.
Горрык подал условный сигнал замереть, по улице вновь прошёл патруль из одетых в какую-то смешную форму воительниц. Таких эльфиек они уже видели много раз, но всегда издали: те стояли позади лучниц и избегали сражения ещё пуще первых. Теперь женщины обходили баррикады и в весьма грубой форме давали указания другим эльфийкам, удерживающим переднюю линию обороны.
— Это, наверное, эльфийский вариант шаманов. Вон, такие же раздутые от собственной важности и одеваются, словно шуты гороховые, — предположил шёпотом Горрык.
— Не, я подслушал их разговор, это типа охранники порядка у эльфов, а все остальные — невольники, которых отправили на убой, — шепнул ему в ответ худой воин, непонятно как затесавшийся в отряд ночных воинов.
— А зачем они такие толстые куртки носят? — спросил Горрык у слухача, но тот лишь пожал плечами. Кто ж, мол, поймёт этих эльфов. — Ладно, двигаем дальше. Вон к тому большому зданию, в окнах которого свет.
Тихо свернув хрупкие шейки двум стоявшим на страже эльфийкам, Горрык подал бойцам знак сделать опору, с помощью которой подтянулся к окну и заглянул внутрь дома. Несколько секунд поморгал, давая глазам привыкнуть к свету. Не поняв, что происходит, начал прислушиваться.
— Нет, ты видела, что они сказали по эльфовидению? Повода для паники нет, всё под контролем. Не нужно зацикливаться на войне с орками, стрел не будет, всего вам доброго, до свидания.
— А ничего, что мы большую часть запасов всего за пол дня истратили, отбиваясь от орков? Или они взаправду рассчитывали, что на каждого монстра будет достаточно по стреле? Выстрел — труп, выстрел — труп, они так себе войну представляют?! А может, с триеролётов орков самотыками закидаем? В этом наш план, эффект неожиданности? Знала бы, что руководство такое бездарное, ни за что бы не пошла в армию добровольцем!
— Ха, куда тебе ещё было деваться, Колемистия?! — присоединилась к разговору третья женщина. — Тебя бы что так в тюрьму отправили из-за руководства «Стрелой», а из темницы бросили бы в качестве мяса на фронт, что по «собственной воле» взять в руки оружие вынудили. Нами хоть полицианты не понукают, и то счастье.
— Боюсь, не сильно мы дольше рабов и надзирателей проживём, — хмыкнула названная Колемистией эльфийка. — Ты видела, как невольники разбегаются при первом шорохе? Да и полицианты не лучше. Толстовки напялили вместо облегающей кожи, а умений и смелости, кроме избиения собственных мирных граждан, ни на что не хватает. Клоуны. Тинтур бы такого не допустила…
 
— Ха-ха, как же, слышали! Твоя любимая Тинтур точно так же сдала Третьей Орде континент, только и отступала всё время. Брехня вся ваша «Стрела», я всегда говорила.
— Можно подумать, ваша «Зелёная Сила» чего-то добилась, Галаран. Хоть одного оркозащитника на островах пощадили? То-то же, всё это подхалимство работает только в политике Эльфланда, а орки уважают лишь силу.
— Да прекратите вы обе! — встряла в разговор жаловавшаяся на пропаганду по эльфовидению женщина. — Главы партий, пускай и распущенных, а перебранивайтесь словно какие-то деревенщины. Завтра всё равно все умрём, если нам не придут на подмогу, а вы даже перед лицом смерти ни о чём договориться не можете. Дерьмо все вы, политики, вот что я вам скажу! И пусть я всю жизнь была самой заурядной эльфийкой, но внутреннюю гниль в каждом чую за милю. Дерьмо вы все как одна! Только ответственность перекладывать и умеете. А в час нужны от вас шиш, что дождёшься.
Горрык облизнулся и слез с окна дома. Нет, этих эльфиек сегодня ночью трогать не будем. Пусть сами к утру друг дружке глотки перегрызут.
Горрык пронзительно свистнул, давая условный сигнал — заскучавших за баррикадой эльфиек накрыло тучей стрел. Угроза прилетела со стороны берега, а потому всё внимание лучниц и спешащих им на подмогу воительниц оказалось приковано к месту расположения основной части орков.
Эльфийки страшно визжали и суетились, беспорядочно пуская ответные выстрелы в темноту. Горрыку и отряду его бойцов не представляло сейчас ни малейшего труда перебить всех горе-защитниц до единого, но он выжидал. Эти безвольные трусишки не представляли угрозы, а вот прибежавшие на шум надзирательницы стали главной целью ночной охоты. Выскочив из укрытия, дюжина орков за считаные секунды расправилась с аналогичной дюжиной полициантов, заколов тех, словно скот. Толстые курточки, вероятно, давали тем какую-никакую защиту от кулаков и дубин, но точно не защищала от колющих выпадов длинным кинжалом. Дурацкая форма, только местных дурачков отгонять.
Всякий орк знает, что лучшая защита от стали — это напяленная на тело всё та же крепкая сталь. А толстые курточки и меха — отличная подкладка, но никак не полноценная замена кольчуге и латам. Эльфы на своих островах, видать, совсем воевать разучились, раз такие очевидные вещи не понимают. Дети долгого мира…
— Бу-у-у!!! — гаркнул Горрык лишившимся надзирательниц лучницам, которые сразу бросились наутёк во все стороны. Нет хозяина — нет раба-воина, какой уж тут боевой дух.
— А прикиньте, нас не дюжина, а хотя бы полтысячи было? К утру всякое сопротивление точно б сломили! — прыснул худощавый орк, вытирая кинжал о волосы убитой эльфийки.
Горрык свистнул три раза подряд, сообщая оркам за баррикадой, что это свои:
— Это да, могли бы славную резню здесь устроить. Но сам понимаешь, таиться дюжине и полутысяче воинов — огромная разница. Даже эти дуры в толстых куртках просекли бы в чём дело и погнали рабов на убой. Рычача прав: завтра с утра выкурим из города всех, не придётся так рисковать.
Отпустив сородичей отдыхать, Горрык вошёл в свой шатёр. Не заморачиваясь с отмыванием грязи и крови, лёг спать. Хорошая получилась ночная прогулка. Эх, надо, надо периодически таким образом расслабляться! Что толку быть самым главным, если такие простые радости жизни, как резня врагов, тебе недоступны?
И пускай старший шаман со стратегической точки зрения почти всегда прав, но всегда ли от этого хорошо окружающим? Орки созданы для веселья и разорения, а не для сложных манёвров!
«Орк я или тварь бородатая?!» — мысленно вопрошал Горрык святую волчицу. — «Чувствую себя гномом, эльфом, человеком, кем угодно, но только не орком! Встань и круши — сам же сказал он тогда. Круши, а не думай! Проклятые манёвры-шманёвры! Скоро сам в такого же зануду превращусь, как Рычача. За что мне такое наказание, ну за что?!»
Утром всё прошло точно по плану, сопротивление спасавшихся от пожаров эльфиек было действительно минимальным. Ничего интересного.