Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

— Сейчас-то что, — поймала она мой взгляд, — совсем одряхлела! А лет так десять назад я бы этой волны и не заметила. А ты позови-ка своих, пускай ведьме передадут, что ты явилась.
Я кивнула, свесилась за борт и застучала в воде прихваченным из дома молоточком по медной тарелке. Камнями, конечно, тоже было можно стучать, но так, по-моему, выходило куда слышнее.
И верно, не успели мы миновать первую линию рифов, как из воды показались мои сестры, ухватились за уключины и потащили лодку дальше в море.
— Куда, куда бортом к волне? — прикрикнула на них рыбачка и для острастки замахнулась веслом. — Потише, вы, негодницы хвостатые! Эта лодка постарше всех вас, вместе взятых, будет, имейте уважение!
— Не переживай, Берта, не утопим, — весело ответила старшая сестра и развернула лодку так, чтобы она резала волны носом. — Привет тебе от ведьмы, к слову!
— И ей привет передавайте, — проворчала та и ухитрилась раскурить свою трубку под проливным дождем. — Что, совсем одряхлела, всплыть не может?
— Кто ее знает? — пожала плечами другая сестра. — Не нам у нее спрашивать.
Тут, на большой воде, волны уже не казались страшными.
— Дальше не потащим, — сказала старшая сестра, легко взметнув длинное тело на кормовую банку. Остальные удерживали лодку на месте, а это было не так-то легко! — Дальше может пойти только она.
— На дно, что ли? — буркнула Берта.
— Да, на дно.
— Так у ней жабр нету или чем вы там дышите? Захлебнется же!
— Ничего, — ответила она и протянула мне склянку темного стекла, почти такую же, в которой было зелье, лишившее меня голоса. — Ведьма сказала, когда ты выпьешь это, то снова сможешь дышать под водой. Не насовсем, но, если ей не хватит времени, чтобы обо всем рассказать, то она даст тебе еще.
— Нет бы мне налила глоточек, — подала голос Берта, — хоть глянуть на старости лет, что за чудеса у вас на дне морском!
— Мы ей передадим, — серьезно ответила сестра. — Но откуда нам знать, вдруг так может получиться только с урожденной русалкой, а не человеком?
— Ну уж спросите, сделайте одолжение, — вздохнула Берта и глянула за борт. — Спрос-то денег не стоит… Ладно. Забирайте подружку да плывите отсюда!
— Сестренку, — поправила третья сестра. — Принцессу, между прочим, Берта, если ты не знала. Она у нас младшенькая, любимая.
— Поди ж ты! — удивилась рыбачка и поудобнее перехватила весла. — Знатная, выходит… Ну да хватит время тянуть! Мне еще возвращаться нужно. Сестру-то уж до берега доставите? Скажите только, куда именно, я там поджидать буду.
— Мы твою лодку отведем в бухту, где они с принцем всегда купались, — сказала старшая. — Там ветра почти нет. Только ты там все едино замерзнешь!
— Я? — непередаваемым тоном спросила Берта. — Да я зимой рыбачила! Понимала б ты что, селедка мокрохвостая…
Решив, что препираться так они могут сколь угодно долго, я открыла флакон и поднесла его к губам. Сильно пахло водорослями и еще чем-то неуловимым, но не неприятным, и я залпом выпила содержимое сосуда.
Горло обожгло, а потом я поняла, что мне стало душно на воздухе, как прежде: мы умеем дышать и под водой, и над нею, но быть наверху подолгу нам тяжело. Ведьма, должно быть, наделила меня не только человеческими ногами, но и возможностью не задыхаться на поверхности!
Однако рассуждать было некогда, поэтому я поспешила избавиться от куртки и прыгнула за борт. Сначала страшно было набрать полную грудь морской воды, но ничего не произошло, я и не заметила разницы! Вот только потом мне придется плохо: я помню, как выкашливала воду, приняв человеческий облик…
— Все в порядке? Дышать можешь? — спросила старшая, когда я вынырнула, я кивнула, и они повлекли меня в глубину.
Здесь волнение было едва ощутимо, а у самого дна и вовсе чувствовалось лишь слабое течение.
— Мы доставим тебя к ведьме, а дальше уж объясняйся с ней сама, — сказала третья сестра.
Жилище морской ведьмы сложно было не узнать: это был большой грот, добираться до которого предстояло по извилистому лабиринту из ядовитых полипов.
 
— Дальше нам нельзя, — сказала мне старшая сестра, — а ты отправляйся, дорогу ты знаешь.
Я говорила уже, что подводные лабиринты можно миновать поверху, но только не этот: грот был глубокий и широкий, а шевелящиеся стены из полипов занимали все пространство от дна морского до каменных сводов. Тут уж не всплывешь и сверху не взглянешь!
Помню, какого я натерпелась страха, когда явилась сюда в прошлый раз и пыталась отыскать нужный проход среди десятков, а то и сотен одинаковых… Хорошо еще, чувство направления у русалок, как у всех морских обитателей, отлично развито, не то бы я наверняка заблудилась. А так я хоть не сворачивала по десятому разу в один и тот же проход, заканчивающийся тупиком…
Плыть теперь не получалось: пришлось бы широко разводить руки, чтобы грести, хвоста-то у меня не было! Ну а полипам только того и нужно — коснешься их, и хорошо, если просто лишишься руки, а не останешься навсегда в их щупальцах, как те вот бедолаги… В прошлый раз я видела тут скелет русалки, хотя, быть может, с перепугу приняла за него остов какой-нибудь рыбины или даже дельфина. А череп… ну, череп мог принадлежать утонувшему человеку, его могло принести сюда донным течением. Или же ведьма просто так отмечала подступы к своему обиталищу, стремясь напугать незваных гостей…
При дворе говорили, дома колдунов обычно так и выглядят: заспиртованные уродцы в банках, неизвестные высушенные растения, чучела, устрашающие маски из далеких стран… Скорее всего, большая часть всего этого — просто хлам, призванный создать нужное впечатление у посетителя. Ведь если в кабинете ученого не будет книг или хотя бы чернильницы с пером, у аптекаря — склянок с разными снадобьями, у портного — отрезов ткани и прочего, клиент может и усомниться, что попал куда нужно. Словом, даже если что-то и не используется в ремесле, то хотя бы создает определенную атмосферу!
Атмосфера тут, что и говорить, была гнетущей. Признаюсь, мне вовсе не хотелось идти в логово ведьмы, но встречать меня у входа она явно не собиралась. Двигаться было непросто, вода норовила вытолкнуть меня наверх, и я едва касалась ногами дна, пока не сообразила взять в руки пару камней потяжелее. Ими, кстати, можно было и полипам щупальца прищемить, если бы сунулись! Однако они вели себя спокойно.
К счастью, здесь было достаточно света: в зарослях во множестве обитали крохотные рачки, должно быть, слишком маленькие, чтобы полипы пожелали их отведать, вот они-то и светились. Ну а сами они, похоже, прятались тут от рыб, которые как раз не отказались бы от такого обеда, а может, даже заманивали их своим светом прямиком в хищные щупальца, расплачивались вот этак за постой…
Тут я обнаружила, что тропинка, по которой мне нужно идти, подсвечена ярче остальных, а полипы, как мне показалось, сами освобождали проход. Должно быть, ведьме в самом деле не терпелось увидеть гостью…
А вот и вход в жилую часть грота: это был довольно узкий тоннель, к счастью, совершенно пустой. Правда, темный, но это не страшно: впереди виден был яркий свет — я помнила, что обиталище ведьмы хорошо освещено. Правда, замысловатые каменные столбы отбрасывали странные тени, но все равно можно было увидеть, куда идешь.
— Вот и ты, наконец, — встретила меня ведьма, когда я ступила на мягкий черный песок. И откуда он тут?
(Этот вопрос всегда меня занимал: кругом-то был только белый да желтый, да галька, обычно крупная, а вот именно черный мелкий песок — такого в округе не водилось. Неужто ведьма нарочно его натаскала, чтобы покрыть дно, как люди покрывают коврами полы? Или просто наколдовала что-то?)
Я кивнула и показала жестами: «Ты звала меня, и я пришла. Я хочу узнать…»
— Погоди со своими желаниями, — оборвала она. — Ты и так захотела слишком многого, не по зубам это такой мокрохвостой, как ты! Да и я хороша — не подумала, что тебе не прожевать этакий кусок! И что смешного я сказала?