Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

— Вы совершенно правы, — кивнул зять, — и я рад буду побеседовать с вами о методах воспитания в любой удобный для вас момент.
— Договорились, — улыбнулся я и попросил: — Сэм, еще чаю, будьте добры.
— Виктор!.. — Матушка подалась вперед. — Объясни, что все это значит?
— Ничего особенного, — пожал я плечами. — У тебя появился еще один внук, только и всего. Позволь, я не стану вдаваться в подробности при детях. Спишем все на грехи моей бурной молодости.
Да уж, если она узнает о моих похождениях и прочих неучтенных внуках, я не возьмусь предположить, уцелеет ли дом.
— Виктор! — чуть повысила она голос.
Сейчас у нее непременно случится приступ, в ход пойдут нюхательные соли, сердечные капли, притирания и прочая мерзость, это я прекрасно помнил, а потому приготовился смотреть спектакль. Может, рискнуть предложить матушке кактусовой настойки для успокоения нервов?
Увы, премьера сезона не состоялась — в дверь позвонили, и Сэм устремился открывать.
— Мистер и миссис Стивенсон, — доложил он спустя пару минут.
Я покосился на Ларримера — тот едва заметно улыбнулся. О, я знал, что на него можно положиться! Значит, он не только успел проинструктировать Мэри, но и позвонил тетушке Мейбл.
— Мистер и миссис Кертис, — добавил Сэм. — Изволите принять?
— Непременно! — воскликнул я, обменявшись радостными взглядами с Далласом. — Немедленно веди всех сюда! Ларример, скажите Мэри, чтобы приготовила еще чаю и пирожных.
Отлично, подкрепление прибыло. Не хватало, конечно, лорда Блумберри, Таусенда и дяди Эдварда, но хорошенького помаленьку.
На мое счастье, расходились уже поздно. Детей, конечно, отправили спать вовремя (Витольд к тому времени благополучно уснул с книжкой), а сами засиделись.
Как нельзя кстати пришлась железная Мирабелла, на которую матушкины уловки совсем не действовали. Право, за спинкой ее кресла мне мерещились тени доберманов, готовых ринуться в атаку! От Сирила проку было мало, но он хотя бы развлекал Луизу. Остатки матушкиного огня мужественно принимал на себя полковник, в то время как тетушка Мейбл тихонько беседовала с Далласом и время от времени успокаивающе взглядывала на меня.
«Завтра непременно приглашу к обеду Таусендов! — подумал я, готовясь ко сну. — Впору пожалеть, что у меня так мало приятелей… Хм, интересно, а лорд Блумберри снизойдет до моего приглашения? Это бы наверняка заставило матушку притихнуть… И вообще, он обещал помочь, даже если я кого-нибудь убью, а тут всего лишь тихий семейный ужин! Почему бы и не попробовать?»
От этих раздумий меня отвлекло покашливание Ларримера.
— Что такое? — обернулся я.
— О сэр, — ответил дворецкий. — Я лишь хотел принести свои извинения.
— Да что вы, Ларример, без вашей помощи я бы просто погиб! Если бы вы не позвонили тетушке Мейбл…
— Сэр, — печально произнес он, — я не звонил миссис Стивенсон. И мистеру Кертису я не звонил тоже.
— Но…
— Сэр, я вынужден принести свои глубочайшие извинения за то, что не смог проконтролировать ситуацию. Визит миссис Кин выбил меня из колеи.
— Прекрасно, но если вы не звонили тетушке и Сирилу, кто это сделал?
Телефонные аппараты у нас имеются в холле, в оранжерее и в моем кабинете. Оранжерея была закрыта, холл прекрасно просматривается из гостиной, а вот кабинет я, кажется, не запер… Да я вообще не привык запирать двери в собственном доме!
— Толли, — решил я в итоге. — Это мог сделать только он.
— Я тоже так подумал, сэр, — деликатно произнес Ларример. — Простите за дерзость, но я бы не стал его серьезно наказывать, он ведь хотел, как лучше.
— Разумеется, я не собираюсь его наказывать, он же меня спас! Нет, конечно, стоит сделать ему выговор за то, что забрался в кабинет без разрешения, но и только… Правда, во второй раз этот трюк не пройдет.
— При всем уважении к вашей матушке, — серьезно сказал дворецкий, — миссис Кин иногда… гхм… бывает недостаточно чутка к своим родным.
— Можете не извиняться, — хмыкнул я. — Я и сам это прекрасно знаю. Ларример, кстати, как вам заявление Далласа?
 
— Я был удивлен, что дамы не заметили ничего прежде мистера Макалистера, — обтекаемо ответил он.
— То есть вы тоже догадались?
— Не сразу, сэр. Мэри мне сказала, она-то догадалась сразу. Тогда я посмотрел внимательнее — и будто пелена с глаз упала! Ведь вправду мастер Витольд — одно лицо с вами, каким вы были в детстве, — спокойно ответил Ларример. — Удивляюсь, сэр, что миссис Кин не обратила на это внимания.
— У матушки есть поразительная способность не видеть того, чего она видеть не желает, — сказал я. — Ларример, я надеюсь…
— Ни Мэри, ни Сэм, ни уж тем более я не разносим сплетни о своем хозяине, — строго произнес дворецкий. — Вы могли бы и не уточнять, сэр.
— Спасибо, Ларример. Да, вот еще что: запирайте все, что запирается, а за дверями в оранжерею я прослежу сам.
— О, я понимаю, сэр, — вздохнул он и возвел очи горе. — Дети! Вездесущие дети!
— Именно. Кстати, пойду-ка проверю своих малюток, иначе не усну.
— Как вам будет угодно, сэр, — с достоинством ответил он и удалился.
Я сходил наверх: замок был заперт, мои питомцы могли отдыхать спокойно. С легким сердцем я вернулся в свою спальню и попытался забыться сном.
3.
Разбудил меня странный звук: что-то разбилось. Ну, когда в доме столько детей, это немудрено, подумал я сквозь сон. Кто-то грохнул чашку из фамильного сервиза, вот пусть матушка теперь и занимается безобразником, а я еще посплю…
Спать мне, однако, не дали — кто-то осторожно теребил меня за плечо. Однозначно не Ларример, у него такие нежности не в ходу. И не Сэм — тот ко мне вообще не притронется.
— Сэр… — слышалось мне сквозь дрему. — Сэр… Мистер… Мистер Кин… Ну папа же!..
Вот тут-то я и подскочил.
— Толли, что это тебя приподняло в такую рань? — спросил я, протерев глаза и увидев это создание в ночной рубашке.
— Я услышал грохот наверху, — Витольд поежился, и я затащил его под теплое одеяло. — А там же кактусы.
— Точно наверху? Пойду взгляну, а ты посиди тут.
— Можно мне с вами?
— Конечно, только… Сам сумеешь одеться?
— Конечно! Я быстро!
Слава богу, обошлось без «сэров» и «мистеров»! Очень скоро Витольд присоединился ко мне, и я старательно не заметил, будто рубашка у него застегнута не на ту пуговицу, а ботинки он вообще не стал шнуровать, а скорости ради просто обвязал щиколотки шнурками крест-накрест, чтобы не сваливались.
Дверь в оранжерею была открыта. Но я же лично проверял, так каким образом…
— О нет!.. — вскричал я, увидев разбитые горшки.
Льюис и Вильгельмина бессильно лежали на полу, распростерши корни, грунт рассыпался, вокруг валялись черепки.
— Маленький… — Витольд поднял Льюиса в сложенных ладонях. — Ты потерпи, папа сейчас что-нибудь придумает.
— Давай его сюда, — сказал я, доставая горшочки и пакеты с грунтом. В присутствии сына мне было как-то неловко ворковать над пострадавшим кактусом, но мальчик справлялся даже лучше меня. — Все хорошо. Как там Вильгельмина?
— У нее корень сломан, — несчастным голосом ответил он.
— Ничего, она сильная девочка, выживет, вот увидишь!
Провозились мы довольно долго, но я надеялся, что все обойдется. А вот кто и каким образом проник в оранжерею, нужно было еще разобраться…
— Толли, иди умойся и оденься, как следует, — велел я, отряхивая руки. — Я тоже пойду приведу себя в порядок. Потом спускайся к завтраку и, ради всего святого, не называй мою матушку бабушкой! С утра я очередного представления не переживу.
— Хорошо, не буду, — кивнул он и испарился.
Я посмотрел на истерзанных Луиса и Вильгельмину, пожелал им удачи и вышел. Заодно осмотрел дверь: замок как замок… Кто его вскрыл, вот вопрос? Я, благодаря науке Сирила, сумел бы это сделать, но я лунатизмом не страдаю и во сне по дому не брожу. И вообще, у меня же ключ есть.
Решив разобраться с этим позже, я отправился бриться: если я в таком виде выйду к завтраку, матушка меня живьем съест, так зачем дразнить гусей?