"Фантастика 2023-174". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Я бью лоу-кик в его переднюю ногу и вижу, как искажаются в легкой улыбке его губы, он даже не поднимает ногу, чтобы заблокировать удар, просто разворачивает бедро, но… в этом и есть его ошибка. Не опуская ноги на землю, я отбрасываю ее назад, создавая реактивный эффект и пробиваю прямой правой в голову! Конечно же там защита, конечно же там перчатка, но кулак без перчатки — проходит через защиту и втыкается в голову Сомчая сбоку — в висок. На мгновение становится страшно, что с ним что-нибудь произойдет, все-таки слабое место в черепе… Сомчай закрывается, инстинкт и рефлексы бойца заставляют его все же собраться и уйти в защиту, даже если удар и не сильный, даже если он не нанес чувствительного урона. И… серия! Я взрываюсь отработанной серией ударов, с переносом веса тела после каждого, с вложением всего в каждый хук, я словно мечусь слева-направо и справа-налево! Демпси Ролл! Удар-удар-удар-удар-удар! Времени остановиться нет, в любой момент Сомчай может наконец прийти в себя и… 
Наконец он отшатывается, прикрывшись и отмахнувшись от меня хуком, который просто рассек воздух, без цели, без смысла. Он смотрит на меня и его глаза наконец — начинают обретать фокус, начинают видеть меня. Если бы у меня оставались силы для короткого рывка — сейчас был бы самый тот момент, чтобы рвануть к нему и обозначив удар в голову — он уже прикормлен, он бы закрылся — сделать подсечку. И чем черт не шутит — Дробитель Черепов вполне мог бы покатиться по покрытию арены. Но сил на рывок у меня нет, за короткое время я нанес почти десять акцентированных ударов, вы попробуйте так — сил совсем не остается. Надо держать противника на расстоянии и ждать, пока в теле синтезируется новая порция АТФ. Надо выиграть еще немного времени для восстановления… 
Сомчай делает шаг вперед и… что-то вспыхивает у меня перед глазами и мир гаснет. 
— Ты пойми, Кента-кун, как ты в ближнем бою отработал как профессионал, я и поверил… в тебя в смысле — говорит Сомчай, убирая компресс от моего лба: — ну и… выложился. Ай! Ну за что по голове-то?! 
— За дело! Сорвался как последний мальчишка! Я тут Кенту на бой настраивала, а надо было тебя настраивать! Уу… тоже мне профи… — ворчит Косум, потирая ребро ладони.
— Да я ж случайно! У меня нога автоматом туда идет, а он наклонился! — говорит Сомчай, потирая свою лысую макушку: — И потом, мне ж дисквалификацию засчитали за нарушение правил! Все, как и планировали… 
— От плана-то так же далеко как тебе до премии в этом месяце. Лучший работник года! — закатывает глаза Косум: — Чуть мальчишку не убил! 
— Да и плевать на премию! — рычит Сомчай: — Вообще уволюсь нахрен! Я, между прочим — выпускник Стэнфорда с отличием! У меня защита научного проекта по «Автоматизации внешних кибернетических систем обслуживания сельскохозяйственных хозяйств малого и среднего бизнеса в сельской местности Малазии». А я тут как дрессированная обезьяна! Рычи страшней, Сомчай, сделай рожу убийцы, Сомчай… — он поворачивает ко мне и участливо спрашивает: — Голова не болит? 
— Не, спасибо — головой я все еще ворочаю с трудом и очень осторожно, но уже с уверенностью могу констатировать тот факт, что она все еще на плечах. Мы сидим в раздевалке и мне оказывают первую медицинскую помощь — как ее понимают в подпольных клубах Кумы. Конкретней, моя голова лежит на коленях у Соры, которая бережно вытирает полотенцем капли жидкости, вытекающие из-под компресса у меня на лбу. Юрико подпирает стену, сложив руки на груди, у нее сложное выражение лица. Напряженное. 
— Ты уж извиняй — еще раз говорит Сомчай: — моя вина. Но ты держался молодцом, не ожидал от тебя такой серии. Как у тебя получилось? 
— А… это ерунда. Получилось только потому, что ты расслабился и за противника меня не держал. — говорю я: — Второй раз не вышло бы. 
— Был бы ты весом побольше, да силенок тебе добавить — и не понадобилось бы второго раза. — поджимает губы Сомчай: — Моя ошибка. Я вообще сегодня много ошибок допускаю.
 
— О чем я и говорю — встревает в разговор Косум: — ты — вообще моя самая большая ошибка! Ошибка матери-природы. Жалко, что родню не выбирают. 
— Вы — родня? — спрашиваю я. Неужели тайцы практикуют инцест? Хотя, осуждать людей за необычные пристрастия не наш путь, но все же… интересно же… 
— Я ее брат — машет рукой Сомчай: — приехал по обмену опытом между университетами и остался. А она с… вот этим всем связалась. 
— Понятно… — тяну я, переводя взгляд на Косум. Та делает вид, что изучает орнамент на потолке. 
— Ты не обижайся на нее — говорит Сомчай: — она у меня немного странная. Всякую чушь может понапридумывать. Ямада-сан ее любит, а потому терпит и прощает ей выходки всякие. В конце концов все же хорошо прошло? 
— Не знаю, как у вас в далекой стране, а у нас такое вот обычно обозначается словами «полная катастрофа» — говорит Юрико, отлепляясь от стены: — вот что мы на шоу вечером показывать будем? Позаписали тут пять минут позора. Кента, это же не только твоя репутация! Это наша репутация. 
— Остынь, трюкачка — бросает Косум: — для школьника то, что он вышел против Сомчая и не умер — уже достижение. Уже прорыв. Для любого школьника, даже самого гениального и талантливого. 
— А ты попробуй объяснить это аудитории! — взрывается Юрико: — Он тут летал из угла в угол как мячик в пинбольном автомате! 
— Помолчите! — повышает голос Сора: — У него еще голова болит, а вы орете. А тебе, Юрико-тян — стыдно должно быть. Нашла о чем беспокоиться. Он, может, калекой останется до конца дней. Кента, пошевели руками и ногами — можешь? 
— Да все со мной в порядке — я сажусь, Сора меня придерживает. Смотрю вокруг. Раздевалка. Косум, Сомчай, рядом со мной — Сора. У стены стоит Юрико, сжимая кулаки. На скамейке рядом — Лан и Лин с медицинской аптечкой. Спокойные — они тут и не такое видели, а помирать я не собираюсь. 
— Ты уж извини, Юрико-тян, что не оправдал твоих надежд — говорю я: — но Сомчай — крепкий орешек… 
— Если бы он еще плану следовал — шипит Косум: — уу... да что с ним сделать! 
— И меня простите — склоняет голову Сомчай: — я ж не профессиональный боец я больше ученый… и немного плейбой! — при этих словах он подмигивает то ли Правой, то ли Левой. Правая вспыхивает, а Левая — улыбается и кокетливо поводит плечиком, едва не уронив аптечку, подхватывает ее в последнюю секунду. Косум закатывает глаза. 
— В общем — получилось, как получилось — констатирует она: — чего уж тут. Ямада-сан велел передать, что у клуба перед тобой должок вроде как… 
— Вроде как или должок? — прищуривается Сомчай: — Ну-ка, ну-ка… 
— Должок — вздыхает Косум: — только ты не распространяйся особо. Как выйдешь из своего шоу — приходи, с Кумой поговоришь. 
— Надо сказать, не ожидал. — признается Сомчай: — Так-то мой косяк, не рассчитал. Но я предупреждал Куму, что лучше Змея поставить или этих… красоток. — он опять подмигивает в направлении близняшек и Левая все-таки роняет со своих коленок аптечку, та ударяется об пол что-то катится по полу. Левая чертыхается и кидается поднимать. 
— На вашем месте я бы планов особо не строила — бросает Косум в том же направлении: — он жуткий неряха и бабник. И галантный только до первого свидания. 
— Подумаешь — отвечает Правая: — они не все такие? 
— Туше — признает Косум: — тут ты права. 
— Конверт давай — говорит Левая, протягивая ко мне руку: — давай-давай. 
— Что? Ах, да, конверт… — я роюсь в кармане и не нахожу красного конверта. Куда он подевался?
— Только не говори, что ты его потерял… — глаза у Левой сужаются и мой мозг очень-очень быстро находит что сказать. 
— Эээ… хороший нокаут — это как клиническая смерть! — говорю я, начиная нести околесицу: — Во время нокаута организм как будто на секунду… или дольше — умирает! Этого момента как раз хватило, чтобы я успел письмо передать! 
— … — Левая замирает и ее лицо начинает выражать сложную гамму эмоций. Оправдание идиотское и я уверен, то мы сейчас найдем письмо и вместе посмеемся над моей остроумной шуточкой.