Дьявол сказал "бах" (ЛП)

— Ну, так получилось, — говорит она. — У меня длинный язык. Мне жаль, что я что-то сказала.
— Проехали. Рано или поздно это должно было случиться. Жди здесь.
Лула Хоукс, лицо со шрамами и татуировками, идёт в нашу сторону. Я выхожу и подхожу к ней.
— Преследуешь меня? Могла бы просто попросить автограф.
Она испуганно отступает на шаг.
— Что ты здесь делаешь? — спрашивает она.
— Я первый спросил.
Она кивает в сторону дома Каира.
— Ты ведь знаешь, что Король живёт вон там?
— Ага. Когда он вернётся, я собираюсь убить его.
Она засовывает руки поглубже в карманы кожаной куртки. Делает глубокий вдох. Она не это хотела услышать.
— Как получилось, что ты его знаешь и хочешь продать такому плохому человеку как я?
— Мы какое-то время встречались, — отвечает она, качая головой. — Мне не нравится, во что он превратился с тех пор, как появилась Аэлита. Он вышел из-под контроля.
— Он всегда был неуправляем.
— Но не так, как сейчас.
— Зачем ты отправила меня к этому лоху Манималу Майку? Он был практически бесполезен.
— Что значит «практически»?
— Это значит, что у меня есть важные вопросы, а он ни хрена не знал.
— Что он сказал?
— Он сказал, что та девочка пыталась зарезать святошу Джеймса, и что тот сбежал в какое-то место под названием Голубые Небеса, но он не знает, где это.
— Что-нибудь ещё?
— Ничего. Мне пришлось выкрутить его жирную руку, чтобы он сделал кое-какую Тик-Так поделку для одного моего знакомого. Вот и всё.
Она кивает, словно в глубокой задумчивости.
— Итак, он рассказал тебе, где святоша Джеймс, и о его мотивах отправиться туда. И что девочка-призрак напала на него специально, а не случайно. Он к тому же согласился сделать Тик-Так изделие стоимостью в десятки тысяч долларов, как полагаю, бесплатно. Ты называешь это ничем?
— Когда ты так излагаешь, звучит как кое-что полезное, но, говорю тебе, то, как это извергалось из его дырки для виски, определённо казалось ничем.
— Рада, что смогла помочь тебе ещё раз взглянуть. А теперь я лучше пойду, пока кто-нибудь не увидел, как я беседую с тобой.
— Что случилось с твоим лицом? Каир сделал это с тобой?
— Не твоё дело.
— Знаю, но я неотёсанный, поэтому решил спросить.
— И я ответила.
С ней что-то связано.
— Мы раньше не встречались? Я имею в виду, до Блэкбёрна.
— С чего я вообще вздумала разговаривать с тобой? Ты не лучше Короля. Оставь меня в покое.
Она делает пару шагов назад и обходит меня, направляясь в ту сторону, куда шла, когда я остановил её. Сегодня я завожу самых разнообразных друзей. Когда я возвращаюсь в минивэн, Кэнди спрашивает: «Кто это был? Ещё одна из твоих порнозвёзд?».
— Кое-кто, пытавшийся мне помочь, но потом я задал мудацкий вопрос».
— Это она рассказала тебе о Каире?
— Ага.
— Похоже, она сказала тебе правду. Вот и он. Кто это с ним?
— Понятия не имею.
Каир идёт по другой стороне улицы, крича и размахивая руками, как заводная горилла. В нескольких метрах перед ним идёт симпатичная темноволосая девушка в длинном свитере поверх тигрового платья и ботинках. Он держится прямо за ней, крича достаточно громко, чтобы люди оборачивались посмотреть. Он сыплет проклятиями и в их адрес. Девушка в Тигровую Полоску продолжает идти, изо всех сил стараясь игнорировать его. Кожаная сумка соскальзывает с её плеча и сползает по руке. Каир протягивает руку и хватает за ремень. Тигрица оборачивается и сильно толкает его обеими руками. Он хватает её за руки и кричит прямо ей в лицо. Отвращение на лице Тигрицы сменяется страхом. Она прогибается назад в талии, чтобы сохранять некую дистанцию между собой и Каиром.
Я вылезаю из минивэна и начинаю пересекать улицу. Сигналят автомобильные гудки. Позади меня проносятся рычащие двигатели. Большинство машин останавливается. Я протискиваюсь между ними и машу остальным.
Каир оборачивается, чтобы проверить, что за шум, и видит меня. Он улыбается. Показывает мне средний палец. Тигрица пытается вырваться, но он крепко держит её и тащит к своей двери. Она замахивается тяжёлым ботинком и наотмашь бьёт Каира в голень. Он изрыгает поток непонятных грязных ругательств и отпускает её руку, держась за ногу. Набрасывается на Тигрицу, но тут же замирает. Теперь его черёд выглядеть испуганным. Он пятится и неловко достаёт из кармана ключи. Открывает стальную дверь в своё здание и захлопывает за собой.
 
Тигрица стоит с ремешком в руке и сумкой на земле, не понимая, что только что произошло. В отличие от меня. У неё за спиной маленькая девочка-призрак. Метрах в шести и быстро приближается. Она смеётся тем особенным высоким детским звонким смехом. Наконец, Тигрица слышит её и оборачивается. Она просто стоит там. Она знает, что это за девочка, и как у большинства нормальных людей, столкнувшихся с откровенным злом, у неё в мозгу переклинивает, и она застывает на месте. Что касается меня, я вытаскиваю «Зиг» и начинаю стрелять.
Машины уходят в занос. Люди кричат и ныряют в укрытие. Весь этот шум выводит Тигрицу из транса. Она ныряет в укрытие, а я продолжаю палить. Добравшись до тротуара, я оказываюсь между ней и призраком. Покрытые Спиритус Дей пули проделывают отверстия в маленькой девочке. Каждый раз, когда в неё попадает, она растягивается, как тёплая ириска, но к тому моменту, как её настигает следующая пуля, отверстие снова затягивается. Она не приближается, но и уж точно не уходит.
Краем глаза я вижу, как Кэнди выпрыгивает из промежутка между двумя машинами.
— Нет! — пронзительно кричу я, но слишком поздно.
Кэнди направляется прямо к девочке, наверное, думая, что та ранена. Но это не так. Маленькая девочка поворачивается, и, хотя Кэнди двигается с быстротой нефрита, нож девочки мелькает в воздухе и полосует Кэнди по животу. Кэнди падает. Она по инерции проносится ещё несколько метров, где и лежит на тротуаре, свернувшись в маленький комочек. Призрачная девочка склоняется над ней, держа обеими руками нож. На мне длинное пальто с глубокими карманами, которое я нашёл в шкафу Самаэля. Я лезу в карман и свищу. Девочка смотрит на меня. Я делаю замах Диззи Дина [183] и изо всех сил швыряю в неё Волшебный Шар Номер 8.
Увидев его, она кричит — издаёт длинный пронзительный вой, словно ногти гиганта скребут по милям классной доски. Она визжит громче, когда Шар Номер 8 попадает в неё, проделывая дыру у неё в боку. Там нет ни крови, ни костей. Выглядит так, словно кто-то вырвал кусок из фотографии в журнале. Лицо девочки темнеет, как будто она вот-вот заплачет. Она исчезает.
Я подбегаю к Кэнди. Беру её на руки и наклоняюсь, чтобы поднять Шар Номер 8. Когда я поворачиваюсь, чтобы позвать Тигрицу, там маленькая девочка. Она снова наносит удар, целясь в Кэнди. Я достаточно быстро разворачиваюсь, чтобы защитить Кэнди, но девочка режет мне руку. Я держу Шар Номер 8 как камень и швыряю ей в лицо. Она снова темнеет, и на этот раз её крик настолько громкий, что трескаются стёкла в соседних машинах. Когда она исчезает, я хватаю Тигрицу за руку.
— Идём. Она может вернуться.
— Это был призрак.
— Без балды.
Я открываю боковую дверь минивэна и сажаю её и Кэнди сзади. Хватаю большое полотенце из «Шато», которое мы использовали в качестве скатерти, и прошу Тигрицу держать его прижатым к животу Кэнди. Кэнди стонет и пытается свернуться в ещё более плотный клубок.
— Какого чёрта?… — спрашивает она.
— Всё в порядке, — говорю я, — Отвезу тебя в клинику.
Каир живёт в Силвер-Лэйк, а клиника Аллегры находится прямо на краю этого района. Это короткая поездка, а через три красных светофора — ещё короче. Каждый из них взрывается, когда я бросаю мощное быстрое худу, чтобы переключить их на зелёный. Раньше отсутствие Ключа от Комнаты Тринадцати Дверей было просто геморроем, но теперь это жизнь Кэнди. Я никогда по-настоящему не задумывался об убийстве святоши Джеймса, но, если Кэнди не выкарабкается, возможно, придётся.