Лорд Системы 5 (СИ)
Чтобы одолеть врага, надо его уничтожить.
По моим прикидкам, нападавшие за короткую стычку потеряли не меньше двенадцати игроков. Мы потеряли четверых. Двух возниц, которые были защищены хуже остальных и имели меньшие характеристики, одного из бывших пленников, и одного фалангиста.
Того нападавшим удалось подцепить за доспех гарпуном, через щель между телегами и вытащить наружу.
Ещё шесть человек легко ранены, не лишившись при этом боеспособности.
Вот только даже при размене один к трём, мы всё ещё находимся в тупике.
Враг отходит и демонстративно останавливается, разбивая лагерь в прямой видимости.
Мы оказываемся в осаде.
* * *Проходит несколько часов, и я понимаю, что ситуация намного хуже, чем можно было бы предположить вначале. Работорговцы решили взять нас измором. Продуктов и воды у нас достаточно, чтобы продержаться четыре дня. После этого мы гарантировано должны были дойти до лагеря Мустафы.
А что потом? Голод в Системе страшен. Сначала мы просто превратимся в наркоманов с голодной ломкой, а затем начнёт действовать дебаф, который порежет наши характеристики.
Тогда можно будет прийти и просто взять нас голыми руками.
Если нынешняя ситуация нам невыгодна, надо менять её в свою пользу. Вот только как?
Сбежать от них верхом на кабанах? Судя по недавнему бою, их коровы не такие уж быстроходные скакуны. Возможно, такое и получится, но тогда придётся потерять практически все товары.
Да и люди, если воинов я размещу, то возницы и новые рабы, скорее всего, не поместятся на спины животным. А оставлять кого-то на растерзание я не собираюсь.
Выйти против них на битву в степи? Не смешно. Если судить по короткой стычке, то у их игроков средний уровень где-то равен нашему или чуть выше.
Из чего следует, что в бою лоб в лоб мы не сумеем их разбить. Не с таким страшным численным перевесом. Наше тактическое преимущество в степи развеется как дым.
Стоять в обороне? С этого варианта я начал размышления. Несколько дней и нас зарежут, как жертвенных барашков. Или продадут на аукционе в том же Вавилоне. Смеху-то будет у местных богачей.
Любопытно, Мэнфи меня выкупит? Наверняка нет. Девушки не любят неудачников.
Усмехаюсь своим мыслям и вижу, как глядя на меня, подчинённые начинают двигаться бодрее.
Как обычно, они ждут от меня чуда. Верят в своего лидера, и эта вера поддерживает их в этой сложной ситуации.
Чёрт, что же делать-то⁈
* * *Я смотрю на то, как солнечный диск приближается к горизонту.
Ещё пара часов и начнёт темнеть.
Наши враги явно планируют обосноваться надолго. В сумерках видно, как в их лагере загораются костры.
— Мой Лорд? — обращается ко мне Майор, — какие будут распоряжения?
Он также понимают тяжесть нашего положения. И точно так же ждёт. Странно осознавать, как всё изменилось в нашей жизни. Совсем недавно я считал его опытным воякой, имеющим большой опыт. Чуть ли не главным конкурентом за лидерство в локации.
А сейчас он ждёт от меня решений. Когда я читал книги по истории, то не мог понять, почему седые генералы прислушивались к тому же Карлу двенадцатому, мальчишке по сравнению с ними.
Теперь вижу, что харизма, везение, способность раз за разом находить выход превращают тебя во что-то вроде талисмана. В этом и заключается, видимо, воплощение характеристики «Лидерство», когда люди в твоём подчинении делают всё лучше, чем поодиночке.
Подобно гигантской гире, эта вера придавливает меня к земле. Ведь получается, что исход победы зависит только от моих решений.
Но чтобы справиться с давлением, я разжигаю в себе злость. Уступить каким-то оборванцам, оседлавшим коров⁈ Никогда.
— Выставляй дозоры, — командую, — дежурить всю ночь. Вы с Малым также спите по очереди, на вас проверка. Если кто из караульных уснёт, скормлю чучелу. Все поняли⁈ — я повышаю голос, и в узком пространстве лагеря слышатся гудение отвечающих солдат. — Остальным спать! Вам нужны силы, чтобы никто из этих мерзавцев не ушёл от нас! Мы ещё понаделаем стейков из их бурёнок!
— А я больше свинину люблю! — выкрикивает кто-то из солдат.
Майор дёргается, чтобы восстановить дисциплину, но я его удерживаю. Сейчас такая легкомысленная бравада куда лучше, чем уныние.
— Пойди расскажи это Петру! — отвечаю фалангисту.
Весь лагерь заливается хохотом.
— Подёргаем бурёнок за вымя! — заявляет высокий плосколицый солдат по имени Радик.
Воины со смешками начинают готовиться к отдыху. Время и силы для отпора ещё есть, но его становится всё меньше.
* * *Тьма поглотила всю равнину. Вдали не видно бесчисленных огней Вавилона, ни стен Спарты или нашего северного форта.
Непроглядная бесконечная тьма, в которой горят огоньки костров наших преследователей.
Схожий пейзаж простирается и где-то внутри меня.
Наше противостояние превращается в поединок нервов
За нами следят и гадают, как мы поступим. Бросимся ли в самоубийственную атаку, или побежим прочь, спасая собственные жизни.
Неприятное ощущение, оказаться на месте добычи, а не охотника. Ожидал ли я нападения? Да, безусловно.
После того как мои соперники рискнули атаковать нас даже в самом Вавилоне, я был уверен, что за его стенами они воспользуются возможностью, чтобы с нами поквитаться.
Но я совершенно точно не ожидал, что их будет так много. Даже вдвое меньшее число противников не составило бы для нас проблемы. Пора начать мыслить другими масштабами.
Даже небольшое преимущество даёт в условиях этого мира мощный толчок к развитию. Хотя разве в земной истории было не так?
Десятилетиями греческие полисы бодались друг с другом, пока не пришёл Шура Македонский, не дал своим пацанам пики подлиннее и прошёлся словно бульдозер по территории сразу нескольких империй.
Чингисхан или первые арабские халифы, также перекроили под себя карту мира, казалось бы не имея для этого никаких особых стартовых условий.
Так и здесь, Вавилон «откормил» себе отряды работорговцев, и те множились, привлечённые сверхприбылями этого занятия.
И всё же, я не думал, что нападение будет совершено так нагло. Ведь другие города торгуют с Вавилоном. Что будет, если они узнают об этом грабеже?
Но ключевая фраза — если узнают?
Если я погибну здесь, то Спарта определённо станет следующей мишенью. Работорговцы допросят пленников, если таковые будут.
Соберут новую армию и обрушатся на неготовое сражаться с ТАКОЙ армадой поселение.
Так что даже героическая гибель — не наш выход. Надо найти какой-то козырь… преимущество, которое позволит нам победить.
— Тревога! — я слышу крики одного из часовых.
Бойцы моментально вскакивают и хватают щиты возле себя
Раздаётся протяжный свист. И дождь из стрел обрушивается на только что спавший лагерь.
Раненных мы укрыли под телегами, тем самым защитив их от смертоносных снарядов. Чего уже нельзя сказать о самих солдатах.
Кто-то да успевает схватиться за щит и укрыть лицо от стрел, а некоторые, замешкавшись, с этим не справляются.
Раздаются крики, появляются первые раненные. Легко, понятное дело, так как наездники стреляют по широкой дуге и издалека, но приятного мало.
На этом атака заканчивается. Никто не пытается штурмовать повозки и не ждёт ответных камней и дротиков. Нападавшие проносятся мимо и скрываются во тьме.
Бах!
В небеса взлетает «люстра». Заброшенный вертикально вверх шар света, запущенный Мышью. Вот только освещает он только вражеские спины и коровьи хвосты.
Потому что цель у всего этого совсем иная — изнурить, не дать нормально выспаться.
Враг поступает хитро. Он не желает снова биться напрямую, но вот заставить падать от изнеможения… А почему бы и нет?
Коварно и столь же рационально. И это значит, что у меня нет трёх дней на раздумье. Они измотают нас быстрее.
И всё же, почему их так много? Я не думал, что рабовладельцы выступают совместно. Это не рационально, при их образе жизни логичнее действовать небольшими отрядами.