Приговоренные к жизни
Какая же это белуха? Это — леопард.
Стой, Тинча. Этот человек увлечён не тобой. Так что прибереги свои сравнения для других.
Пещера была совсем рядом с водопадом. Она резко уходила вглубь, приглашая в свои каменные мрачные объятья. Гера осторожно заглянул внутрь, оттуда дохнуло холодом и сыростью.
— Не боишься, Герань? Вдруг там чудовище живёт? — поддела Геру Лэйла.
— Мы уже видели самое страшное чудовище на свете. После него нам ничего не страшно, — ответил за друга Илья.
— Это какое же? — удивилась девушка.
— Голодная Лэйла с утра, — рассмеялся он.
— Самое симпатичное чудовище в мире, — добавил Гера.
— А тебя вообще-то не спрашивают!
— Ну ты же меня первого спросила, — улыбнулся Гера.
— Так я спросила, потому что ты всегда темноты боялся. В лагере кто со светом спать пытался? Кому звери за каждым деревом мерещились, когда в походы ходили?
— Вспомнила… Зато я предусмотрительный и запасливый, — Гера опустил руку в карман и что-то оттуда вытащил. — Кто-нибудь догадался фонарик взять?
— Молодец, Гера, давай свети, — Илья одобрительно похлопал товарища по плечу и обратился к остальным: — Держимся вместе, не разбегаемся. В пещере могут быть ответвления, а карты у нас нет.
Он прошёл немного вперед: — Ну вот, так и есть, придётся выбирать, куда идти — направо или налево.
Узкий луч фонарика прорезал густую темноту пещеры и заскользил ярким кругом по сырой скальной породе. Проход налево показался более широким, и ребята двинулись туда, осторожно ступая по перекатывающимся пол ногами камням. Гера с фонарём пошел первым, а Илья стал замыкающим.
Валентина знала о пещерах только из своей любимой книжки «Мифы Древней Греции». Там в пещерах водились циклопы, минотавры и другая нечисть, поэтому она испытывала жуткий страх от окружавшей её тьмы и неизвестности. Она шла молча, чтобы не выдать своё состояние, и мысленно твердила, как заклинание: «Скоро найдём маму. Мы скоро найдём маму».
Вдруг что-то мягкое легко коснулось её волос.
— Ай! — Валентина зажмурилась и, споткнувшись, упала на колени. Илья кинулся поднимать её: — Что с тобой?
— Оно до меня дотронулось!
— Что оно?
— Не знаю. По голове рукой провело.
— Гера, посвети.
Луч фонарика скользнул по потолку и ребята увидели семейство летучих мышей. Они хаотично летали под сводом пещеры, иногда опускаясь почти до самых голов ребят, встревоженные их неожиданным визитом.
— Какие хорошенькие! — Лэйла увидела на стене двух пушистых малышей, прижавшихся друг к другу: — И совсем не страшные. Кровососики маленькие, не бойтесь, мы вас не тронем.
— Так, ребята, — подал голос ушедший вперёд Гера, — а дальше завал, хода нет. Не туда свернули. Возвращаемся.
— Ой, Герань, ты как обычно, запутал всех. Где твоя хвалёная интуиция? — заворчала Лэйла.
Гера удручённо вздохнул:
— Извини, но я не профессиональный спелеолог.
— Кто?
— Спелеолог, — повторил Гера, — человек, который исследует пещеры.
— Чего ты мне поясняешь, как тупой? Мямлишь вечно, я просто не расслышала.
Ага. Не расслышала она.
— Куда теперь, Илья? А то я что-то юному Сусанину не доверяю. Хорошо ещё, что мы не провалились никуда.
Тинча не могла разглядеть её лица, но тон Лэйлы был ярче любой мимики. Столько в её голосе было пренебрежения… Тинча невольно поёжилась.
Вот так всегда. Сама ни бум-бум в теме, а виноват Гера.
— Лэйла, не заводись. Повернём обратно. Там был ещё один ход.
Они стали пробираться обратно к гроту с водой, вышли на пятно света у входа и на этот раз свернули направо от него. Илья взял фонарик у Геры и повёл ребят за собой.
Лэйла никак не могла успокоиться:
— Может, знаки какие ставить, чтобы не заблудиться? Илья, слышишь меня? Ты же тоже не сипло… не слипа… не спилилотолог, короче.
— Спелео… — начал по слогам поправлять сё Гера, но Илья резко остановился и поднял руку:
— Что это?
У дальней стены под каменным навесом лежал человек. Светлые волнистые волосы, тонкие кисти с длинными пальцами, хрупкая фигура.
— Мама! — тихо вскрикнула Валентина и бросилась вперёд.
Но это была не мама, а незнакомый парень. Валентина присела на корточки, чтобы рассмотреть его получше. Светлые мокрые пряди упали на бледное миловидное лицо. К щеке прилип песок. Сухие обветренные губы были полуоткрыты. Сложив руки на груди и поджав колени, парень мирно спал.
Вот чудак! Нашёл место.
Остальные были удивлены не меньше.
— Эрик? — изумлённо протянула Лэйла.
— Вы его знаете? — обернулась Валентина.
— Это бывший напарник Лэйлы. Из её прошлой тройки, — пояснил Гера.
— Из той, что нечестно работала? — уточнила Валентина.
— Всё-то она помнит! — фыркнула Лэйла и похлопала лежащего парня по плечу. — Эрик, просыпайся!
Молодой человек с трудом разлепил веки, потряс светлыми кудрями и присел. Потом непонимающе посмотрел на обступивших его ребят и произнёс:
— Вы кто?
Глава 14
Найденыш
— Эрик, не придуривайся. Что ты тут делаешь? Ты не видел здесь женщину? Её зовут Нелли Александровна, — недовольно сказал Илья.
— Ты чего завис? Ну, Эрик, вконец отупел. В прошлый раз ты хотя бы разговаривать умел, — Лэйла потрепала его за волосы. — Ау! Есть кто дома?
Парень нахмурился и ответил:
— Девушка, вы кто? Почему я должен вам что-то рассказывать?
Лэйла лишь бровью повела.
— Эрик, это уже не смешно.
— Погоди, Лэйла, — остановил её Илья. — Эрик, ты знаешь, кто мы?
— Понятия не имею. Что вы ко мне прицепились? — парень поднялся с земли, аккуратно стряхнул с куртки грязь и направился к выходу из пещеры.
— Стой! Ты должен ответить на кое-какие вопросы! — закричал Илья.
— Не должен, — буркнул Эрик через плечо, не останавливаясь.
Губы Ильи плотно сжались, глаза тревожно забегали.
— Гад, исчез! Думает, мы в безвременьи его не найдем! — всплеснула руками Лэйла.
Значит, ушёл в Хиатус! Вот наглец! Но я-то его вижу. Идёт спокойно на свет.
— Вон он! — указала Валентина.
Но Илья и Лэйла уже догнали беглеца.
— Опять только я как слепой котёнок. Хорошо тебе, ты хотя бы видишь, — завистливо вздохнул Гера.
Получается, в Хиатусе их уже трое.
Эрик встал, как вкопанный.
— Вы меня видите?
— Мы тоже туг, — Илья небрежно кивнул в сторону Валентины: — А вот от неё в Хиатусе прятаться бесполезно. Так что больше не пытайся.
— Но как? — изумился Эрик, и маска невозмутимости впервые сползла с его лица.
У парня были большие голубые глаза. Как у ребёнка. Казалось, что они ему не по размеру. Остренький нос и пухлые губы делали его излишне миловидным, приторно-красивым. При этом в нем не читалось самолюбования, как будто он не подозревал о собственной ангельской внешности. Валентине показалось, что в лице Эрика есть что-то знакомое, располагающее. Словно у него были черты друга с твоего двора, которого знаешь с малых лет. Как будто они вместе когда-то учились или ходили в один детский сад.
— Вы тоже из КНО? — спросил парень.
— Нет. С другой планеты! — съязвила Лэйла. — Даже не знаю, какой Эрик меня бесит больше: тот, которого я знала раньше или этот. Модифицированный.
— По-моему, для начала нужно вернуться из безвременья. А потом поговорим, — заключил Илья.
Ребята обыскали пещеру, но ничего не нашли. Под пологом холодного камня в мокрой одежде они стали замерзать. Нужно было выходить наружу. Сначала солнечный свет показался настолько ярким, что у Валентины заслезились глаза. Она зажмурилась и, распахнув руки, подставила тело горячим лучам, чтобы скорее согреться.
Устроившись на берегу бирюзового оазиса, ребята не сводили глаз с нового (а для кого-то не совсем нового) знакомого.
— Лэйла, а это точно он? — покосился на подругу Илья.
— Да, хотя в нашу прошлую встречу он выглядел несколько иначе… Похудел, вытянулся. А лицо — как после салона красоты. Брови-то какие! Ты их подводишь? — усмехнулась Лэйла и, не дожидаясь ответа, продолжила: