Демонология крови (СИ)

…Ханка выслушала эти соображения, покачала ладонью вправо-влево, и заявила:
— В таких вещах фиг угадаешь заранее. Кстати, ты на чем собирался катиться? Я к тому спрашиваю, что если ты намерен здесь ловить попутку, то уже поймал. «Фифифефаи» стартует, как только все соберемся на борту. Как тебе идея?
— Отличная идея! — Юлиан кивнул, — А кто еще не собрался?
— Пока никто не собрался. Эрик поехал на ярмарку-распродажу новых судовых машин, надеется купить какую-нибудь полезную штуку за дешево. А я, как видишь, сижу тут с тобой. Точнее, я жду, пока команда кафе запихнет выпивку и закуску по моему заказу в контейнер. Наверное, не позже чем через час, будет общая готовность, и мы двинемся.
— Может, успеем еще по кружке сидра? — предложил он, изобразив, будто его ничего не удивило в изложенной диспозиции.
— Конечно, Юлиан! — обрадовалась Ханка, поверив в его неудивление. Хотя, проглотить подобную версию мог только человек, плохо знающий обычаи аргонавтов вообще, и этих в частности. На самом деле Юлиан безошибочно догадался: Ханка и Эрик разделились на площадках фудотрона, чтобы запутать какого-то недружественного наблюдателя. Но, в таком случае, следовало поддержать игру – и дождаться объяснений, которые (согласно обычаям аргонавтов) последуют в сообразное время.
…
Выпив по кружке сидра, они зашли в подсобку кафе, где уже ждал удобный контейнер, фактически — 100-литровый пластиковый чемодан на колесиках. Загрузка почти полная, хорошо, что тащить недалеко: через короткий понтонный мостик на соседнюю баржу-площадку, где пришвартована арго-лодка «Фифифефаи» (в прошлой инкарнации — 50-футовый патрульный перехватчик Stridsbat-90H). Эрик Лафит был наготове, перевалка контейнера на борт заняла полминуты, и более ничего не держало их здесь. Арго-лодка аккуратно отползла от причальной стенки баржи, выполнила полуоборот, и метнулась в черноту тропической ночи, набирая крейсерскую скорость 40 узлов.
…
В рулевой рубке «Фифифефаи» было достаточно просторно и даже уютно — для людей, привыкших к качке на волнах при высокой скорости. Юлиан, разумеется, привык, что позволило ему буднично налить стакан кофе из варочной машинки, и пить стоя, просто прислонившись плечом к переборке. Ноги и тело рефлекторно компенсировали качку, совершенно не отвлекая сознание. Он флегматично наблюдал за действиями Эрика (на капитанском месте) и Ханки (на штурманском месте), поддерживал разговор из всяких коротких фраз, как бывает между делом. И, будто невзначай, он поинтересовался:
— Ребята, мы что, идем на Сонгосонго?
— Мы идем на Занзибар, я же говорила, — удивилась Ханка, — а что такое Сонгосонго?
— Сонгосонго, — пояснил Юлиан, — это очень красивые острова, тоже у берега Танзании, однако южнее Занзибара. Судя по виртуальному компасу, который я вижу через плечо Эрика, мы идем приблизительно туда, а Занзибар это по курсу на румб правее.
— У тебя не голова, а навигационный биокомпьютер! — восхитился Эрик Лафит, — Что же касается курса, то мы решили по дороге заглянуть на суб-архипелаг Альдабра, устроить утреннее дайвинг-пати. Там так очаровательно, что рука не поднялась пройти мимо. До начала занзибарского фестиваля у нас достаточно времени.
— Отличная идея! — оценил консультант по ЯД, отхлебнул еще кофе, и спросил, — а какие конкретно места намечены для дайвинг-пати?
— Предлагается, — сказал Эрик, — начать с внешней северо-западной стены атолла Астов. Подводный обрыв глубиной более мили с невероятной фауной.
— Там, — добавила Ханка, — груперы и хейлины размером с корову. И еще акулы-молоты, гигантские скаты, зеленые черепахи…
— Заманчиво, — ответил Юлиан, мысленно опять отметив: ребята что-то скрывают.
Эрик повернулся вместе с капитанским креслом, внимательно посмотрел в его глаза, и хмуро объявил:
— Мы пообещали молчать о некоторых обстоятельствах. Это действительно важно. Тут ничего личного… Точнее, тут личное, но не в том смысле, как ты можешь подумать.
— А в каком смысле я могу подумать? — холодно-иронично спросил консультант по ЯД.
 
— Ты можешь подумать, будто мы не доверяем тебе, но на самом деле все наоборот. Мы чертовски доверяем тебе, и не только мы…
— Да, я тоже доверяю тебе! – тихо сказал новый персонаж, шагнув в рубку.
— Оуэн?! – искренне удивился Юлиан.
Оуэн Гилбен пожал плечами, и устало оперся на поручень у двери.
— Извини, что я попросил ребят заманить тебя без объяснений. Ты очень нужен мне.
— Гм… Подозреваю, что я нужен тебе для чего-то менее типичного, чем эпизодические консультации по маритехнике, которые в контракте.
— Да, Юлиан. У меня непонятная и нехорошая ситуация. Могу я рассчитывать на тебя?
— Гм… Странно, что ты обратился к ребятам и ко мне. Ты ведь мультимиллиардер, что предполагает персональное адвокатское бюро и персональную службу безопасности.
— Да, но… — Гилбен вздохнул, — …Это не сработало… Даже хуже, чем не сработало. По верным признакам, меня продали мои же службисты.
— Так бывает, если покупатель богатый, — прокомментировал консультант по ЯД, затем повернулся к Эрику, — ты можешь в двух словах объяснить, какая херня случилась?
— Imago Dei, — ответил тот, буквально выполнив запрос на объяснение «в двух словах».
— Да ладно?! — Юлиан искренне удивился. Он слышал о влиятельной секте «Imago Dei», названной по аналогии со скандально известной папской прелатурой «Opus Dei». Слова «Imago Dei» (по латыни — Образ Божий) взяты из библейского мифа о том, что человек «сотворен по образу божьему». В масс-медиа секта «Imago Dei» часто упоминалась как всемирная тайная власть (наряду с иллюминатами, масонами, тамплиерами и тайными обществами Йельского Университета). Согласно масс-медиа, главная цель Imago Dei — искоренить генный ре-дизайн человека и это они организовали «войны крови». Юлиан считал подобное сказками для доверчивых обывателей, однако, Оуэн Гилбен выглядел взволнованным и даже испуганным по-настоящему.
— Идем в кают-компанию, я изложу все по порядку, — предложил он.
— ОК, — сказал консультант по ЯД, обменявшись взглядами с Эриком и Ханкой.
…
В кают-компании миллиардер собирался плеснуть в стаканы бренди, но Юлиан, отняв бутылку у сухопутного человека, сделал это сам (иначе при такой качке большая часть напитка оказалась бы на полу).
— Вот так, — сказал он, подвигая один стакан Гилбену, уже усевшемуся на диван.
— Благодарю! — миллиардер сделал глоток, — Я буду лаконичным и опущу подробности, например, как я выяснил предательство моих службистов. Конкретно тех службистов, которые должны поддерживать комфортный порядок на фудотроне, и еще тех, которые должны заниматься моей личной безопасностью. Под угрозой не только я, но и еще ряд фигур, объединивших усилия для миссии Алкйона-Чубакка. Все они попали на прицел Imago Dei. «На прицел» тут надо понимать буквально. И теперь я петляю, как заяц.
— А кто, кроме тебя? – спросил Юлиан.
— Я не знаю. В файле все цели обозначены кодовыми словами, и я нашел себя лишь по совпавшим кейсам. Я хочу обезопасить, свою задницу, а уж потом думать о других. Я сделал и послал несколько копий архива с пояснениями. Вот тут копия для тебя.
Гилбен положил на стол конвертик размером с пол-ладони. Юлиан убрал это в карман, покрутил пальцем в воздухе, и поинтересовался:
— Что мне с этим делать?
— Я не знаю, — миллиардер пожал плечами, — реши сам. Там еще коды депозитов в трех разных банках. На организационные расходы. Теперь главное, для чего ты нужен мне: проверь проект моей заячьей тропы. Я мог что-то упустить, и я уже имел возможность убедиться в твоей проницательности. Ты готов слушать и смотреть?
— Да, — ответил консультант по ЯД, глотнув бренди.
— Тогда начали, — Гилбен положил планшетник на стол, — на рассвете мы будем у атолла Астов. Там маленький аэродром, и я заказал оттуда авиа-такси до Лимпопо-Вэлли. Так примерно к полудню я буду среди своих неформальных друзей в Восточной Ботсване.