Ненавидеть или полюбить? (СИ)

Я посмотрела в окно и увидела, как снег кружится и падает на землю огромными хлопьями. Большой махровой белой шапкой он ложился на черные ветви и тем самым украшал деревья. Для все деревьев, шапка из снега была настолько тяжелой, что из-за нее ветки клонило к земле. Особенно ветви высоких, зеленых елей.
Белым облаком, словно легкий пух, белый снег рассеивался на каждой веточке. Красиво! Завораживает. В такую погоду классно лепить снеговика, снежных ангелов, хотя я уже знаю, как мы проведем сегодняшний выходной с детьми!
По-настоящему зимнее снежное настроение испортил Игнат, который зашел на кухню, когда я готовила детям завтрак, жарила блинчики. Он беспринципно открыл мой холодильник, достал оттуда сыр, сливочное масло. Сделав себе жирный бутерброд, он развел какой-то сыпучий порошок в чашке и сделал коктейль из какой-то банки, которая тоже почему-то стоит в нашем холодильнике. По этикетке мне стало понятно, что это витамины для спортсменов. Я, открыв рот и с широко раскрытыми глазами наблюдала за происходящим. Вот это наглость!
— А блинчиков тебе не подложить? — поинтересовалась я. — Как раз свеженькие, румяненькие, только со сковородки, — иронизировала я.
— Можно, — спокойно ответил он и подставил пустую тарелку.
Вот снова заставил меня ругаться, просто вынудил, не могу я с ним нормально общаться! Мне постоянно хочется оскорбить его, подколоть, все что угодно — только не нормальное общение. Я положила мешалку и показала ему два средних пальца.
— Помнишь ты мне такие же показывал! Вот тебе с близкого расстояния. — Сколько ты еще будешь жрать с моего холодильника! Я не собираюсь тебя кормить! — пальцы показывать перестала, а поставив руки в боки рассержено посмотрела на своего собеседника.
— Все равно, что ты мне должна, — все что он мне ответил, а потом взял в одну руку тарелку с бутербродами, а в другую свой коктейль удалился.
Вот оно значит что! Должна я ему. Ладно, ладно…Я тебе устрою такое! Такое… На всю оставшуюся жизнь запомнишь.
Мне не составило труда быстро смотаться в аптеку купить две пачки пургена и подмешать его в его банку с сыпучим порошком. В ту самую банку, из которой он несколько часов назад делал себе коктейль Игнат. Объемная, серая банка, так и продолжала стоять в моем холодильнике. Она не просто меня раздражала, но и занимала много места. Мне уже приходилось ее выставлять, высыпать, но этот человек — не пробиваемый! Ну, теперь посмотрим, посмотрим…Кто теперь будет королем унитаза. Посмотрим, как теперь ты захочешь моих блинчиков, в любом случае стащил штук пять, пока я ходила в магазин. Дети столько не смогли съесть. Джек собака и то у него хоть какая-то советь есть, не позволяет себе. Мне кажется Игнат, меня просто провоцирует. Он меня ненавидит. Хочет выжить. Конечно! Ждет пока я сама съеду с детьми, а он такой святоша, как бы ни причем, сама съехала, а он ты что… Ни за что не обидит женщину с двумя несовершеннолетними детьми. Ведь именно так он высказывался на суде. А еще и добавлял, что будет всячески помогать. Помощник фиговый, пожиратель чертов! И куда в него столько лезет, торба ходячая! Ух! Даже слов нет! Одни эмоции.
Все же не смотря на то, что Игнат с самого утра испортил мне настроение, хотя он каждый день мне его портил. При одном его виде самочувствие ухудшалось, я все же смогла себе его поднять. Мы отправились с детьми на улицу, в парк, который был расположен рядом с нашим домом. В парке было еще красивее, чем во дворе нашего дома. Причем вышли гулять в такую погоду не только мы. Неподалеку от нас играли в снежки, незнакомые мне люди, тоже всей семьей. Чудесный зимний день, много снега. Хотелось дышать и вдыхать свежий, морозный воздух. Марк сразу начал лепить снеговика, Джек гоцал по большим сугробам, как угорелый. Соня пыталась его догнать, но тоже падала в сугроб. Смех моих детей разливался по парку, словно звонкие колокольчики.
— Лови снежок, — я кинула в Соню небольшую снежную лепешку. Она, конечно, не долетела, но для начала откидывания снежками — как раз то, что нужно. Долго ждать не пришлось, от Сонечки последовала ответ. Большой снежок слегка задел мою белую дутую куртку.
 
Мы так заигрались, что я не заметила, как моя большая снежка попала в спину мужчины, который проходил мимо нас с большой сумкой. Когда он развернулся, я была удивлена. Это был он. Мой бывший муж — Толик.
  
Глава 16
 
Когда я увидела Толика, то мне сразу как-то стало не по себе. Общаться, видеться, мне с ним не слишком хотелось. Дети, как и я не обратили внимания на него. Толик не улыбался, выглядел, хмуро. Правда, теперь он не был так гладко выбрит. На его щеках появилась легкая щетина.
— Соня, отведи Марка домой. И Джека тоже. Холодно, можно замерзнуть, если долго играть.
— Мам, но мы еще не слепили снеговика, — отозвалась дочь.
— Ничего страшного. Потом слепишь.
Дети с грустным лицом направились домой. Я осталась наедине со своим мужем.
— Привет! — он слегка оживился. По всей видимости, присутствие детей его слегка напрягало.
— Ты за оставшимися вещами? — спросила я.
— Нет, я еду к маме и хотел с тобой поговорить.
— О чем ты хотел поговорить?
— Я хотел извиниться. Я знаю, мне нет прощения, но сам не понимаю, что на меня нашло, прям какое-то наваждение. Если честно, мне тебя очень сильно не хватает. Тебя и детей. Я соскучился. Поэтому я решил от нее уйти. Это все не то… Все не мое. Я был слеп и глуп. Сам не знаю, как это так получилось. Прости, если сможешь.
— Нет, Толик. Обратной дороги нет.
— Я знаю, что так сильно перед тобой виноват и мне нет прощения, — в данный момент, мне показалось, что он говорил искренно. Мне хотелось ему верить.
— Не подавай пока на развод, пожалуйста. Я знаю, что сильно обидел тебя. Дай мне шанс. Еще один шанс. У нас ведь общие дети.
Сейчас Толик застал меня врасплох, привел весомые аргументы. Ведь у нас действительно дети и я хочу, чтобы у них был отец. Я хочу, чтобы они роли в полной семье и не пострадали из-за моей гордыни. Тысячи мужей изменяют своим женам и некоторые женщины, как-то с этим пытаются смириться. Как-то закрывают глаза на измену. Может получиться и у меня?
— Скажи, вы давно вместе?
— Давно. Но это все в прошлом.
— И чего тебе не хватало?
— Я же говорю это наваждение. Но я все понял. Понял, в тот момент, когда последний раз увидел тебя, — он подошел ко мне ближе и хотел взять меня за руку. Поверь, в тот момент мне было тысячу раз больнее.
— Мне нужно подумать — я сделал шаг назад.
— Конечно, подумай. Просто не спеши с выводами. Подумай о детях. Они у нас все самое дорогое, что есть в нашей жизни. Я люблю их и очень люблю тебя. Давай все начнем сначала, прошу тебя?
— Не так быстро. Мне нужно подумать. Я…., - на самом деле я терялась в словах. Толик говорил, так убедительно и так жалостливо, что меня пробирало на слезу. Он говорил этот так, словно все, что я увидела в гостинице, просто какая-то мелочь, которая мне приснилась. И он извиняется за такое неприятное сновидение.
— Почему я должна тебе верить? Откуда мне знать, что ты будешь теперь честен со мной. Я думаю, после такого ты можешь с легкостью побежать к другой юбке?
— Я никогда больше ни на кого тебя не променяю. Иногда нужно совершить такую ошибку, чтобы понять, как ты мне дорога. Как дорога тебе твоя собственная жена, с которой ты прожил почти восемнадцать лет.
— Не знаю…, - я отвернулась от него и собралась уходить, но он окликнул меня:
— Я буду у мамы. Я позвоню тебе, — после этих слов, он закинул спортивную сумку на плечо и направился к выходу из парка. А я как вкопанная продолжала стоять и смотреть ему вслед. Я не знала, что мне делать. Как бы мне не пришлось себя уговаривать, мне нужно было хорошенько подумать.
 
Когда я вернулась домой, дети в своей комнате играли, а к ним присоединился Игнат. Он помогал собирать им железную дорогу для паровозика с маленькими черными вагончиками. У меня решить такую задачу по сбору детского паровоза — никогда не получалось, поэтому детская железная дорога, так и пылилась в углу, но до этого момента.