Происхождение Хулигана Академии (ЛП)

Я отвлекся от бьющейся в моем теле магии и увидел, что трава вокруг ног Калеба тоже сгорела.
Он возбужденно ухмылялся, его клыки показались в свете звезд и подтвердили его Вампирский Орден. Сет сделал вид, что боится быть покусанным, и я не смог удержаться от смеха.
Мама Калеба разразилась слезами радости, бросившись вперед и обняв его, и неприятное чувство скрутило мои внутренности.
Я повернулся к своей семье с улыбкой на лице, которая исчезла, когда я увидел, что моя мать проверяет свой макияж в компактном зеркале, в то время как отец выглядел очень скучающим.
— Ну что ж, — сказал он, сохраняя ровный тон голоса в присутствии нашей компании. — Возможно, тогда твой брат будет тем, кто запряжет три.
Я прикусил язык, чтобы не ответить на это, и снова отвернулся от него, вернув своим чертам обычное скучающее выражение. Все мои друзья наслаждались волнением и одобрением своих семей, и я старался не смотреть на неприкрытое проявление привязанности. В моей семье не принято проявлять привязанность. Ни открыто, ни наедине. Мы были сильными, твердыми, непоколебимыми. Дракону не нужны были другие. Мы могли позаботиться о себе сами.
Сет оказался среди своей семьи, его родители и три младшие сестры ласкали и гладили его, разделяя его восторг. Все остальные братья и сестры были здесь, и я не мог не пожалеть, что Ксавьеру не разрешили присоединиться к нам. Он бы разделил мое волнение, даже если бы мои родители этого не сделали.
Мать Сета заметила мой взгляд и протянула руку, приглашая меня присоединиться к ним. Я неловко прочистил горло, глядя на родителей и гадая, взорвется ли мой отец, если я брошусь в самый разгар сеанса обжиманий с Оборотнями, или он просто отобьет у меня желание когда-либо делать это снова на глазах у всех присутствующих. Скорее всего, последнее. Я вежливо улыбнулся матери Сета, отворачиваясь, и сделал вид, что не заметил жалости в ее глазах.
Я сделал несколько шагов вверх по холму, сосредоточив свое внимание на новой силе, которая кипела под моей кожей, и не смог сдержать улыбку, которая потянулась к моим губам.
Магия в моих венах боролась за выход, и я ощущал нежную ласку пламени и жидкости, проникающих в мою плоть. Эти две стихии были противоположностями, и их переплетение внутри заставляло меня чувствовать себя свободнее, чем когда-либо прежде.
Мои ладони покалывало, а сердце бешено колотилось. Это было оно. Я наконец-то обрел свою собственную силу. И я жаждал узнать, каково это — освободить ее.
Материал принадлежит группе
https://t.me/anonymousbookclub
Лэнс Орион
— Академия Зодиак — победители Кубка Питбола!
Ни один звук в мире не может сравниться с ревом аплодисментов после игры, когда я выиграл свой последний матч в Академии Зодиак. Я стоял в центре поля для игры в Питбол, не иначе как король, пока другие ученики выкрикивали мое имя и размахивали флагами с золотыми и красными цветами нашей школы.
Игра была за нами с половины первого тайма. Противники из Академии Омега были настолько слабы, что могли бы и не появляться. Но если бы они не пришли, мы не смогли бы надрать им задницы и показать, как выглядят настоящие победители.
Возвышающаяся надо мной куполообразная крыша усиливала шум на стадионе в десятки раз. Здесь я был богом. Это было моим любимым местом во всей Солярии.
Путь моей жизни был выбран за меня давным-давно, но я был полон решимости отклониться от него. Неважно, по какой темной, пустынной дороге мне придется идти в одиночку, чтобы уйти. Но сейчас она не казалась пустынной, она выглядела чертовски божественно.
— Орион, надевай свою рубашку и уходи с поля! — позвал тренер с трибуны, его серебристые волосы прилипли ко лбу от пота.
Он всегда был на взводе во время игры, а этот матч был заключительным в этом году. Теперь, когда я выпускался из школы, он понимал, что я — золотая жила. Он хотел стать тем парнем, который тренировал Лэнса Ориона до того, как тот попал в Солярианскую Питбольную Лигу. И это уже не было просто мечтой. Меня пригласили на следующей неделе попробовать свои силы в Лиге. В настоящей Лиге.
 
— Орион! — рявкнул тренер, и я усмехнулся, впитывая крики своего имени в течение последней секунды. Волнение пробежало по моему телу, подсказывая, что мое место здесь.
Я побежал трусцой за своей командой, которая уже направлялась в раздевалки, и столкнулся плечами с несколькими товарищами по команде. Водный защитник, Синди, бросила на меня взгляд, означавший, что она готова к вечеринке, после того, как тренер отпустит нас после своего доклада о матче. Он разбирал каждую ошибку, каждый способ, которым мы могли бы доставить больше мячей в Яму. Но меня это не беспокоило; я был на седьмом небе от счастья. Ничто в мире не могло сбить меня с этой высоты.
После душа и почти тридцати минут придирок тренера нас выпустили из раздевалки, и я направился обратно на трибуны. На огромном стадионе было тихо, поле все еще тлело от ударов огненных Элементалей. Некоторые из профессоров приступили к работе, восстанавливая его к следующему дню. Но для меня это было все. Мой последний матч в Зодиаке. И хотя мне было грустно прощаться с академией, которая была моим домом в течение четырех лет, я был чертовски рад начать новую жизнь. Чертовски лучшую, в которой моя мать не будет иметь ни малейшего права голоса в моей судьбе.
Мое сердце билось как барабан, и я не мог стереть ухмылку со своего лица, когда охотился за девушкой, по которой скучал несколько недель.
— Лэнс! — донесся до моего уха ее голос, и я обернулся. Я был уже на полпути к опустевшим трибунам, когда группы студентов пытались привлечь меня к себе, осыпая комплиментами. Сирены проводили ладонями по моим рукам, питаясь моим счастьем, а мне было все равно, лишь бы отделаться от них. Сегодня у меня было полно свободного времени.
Я заметил свою сестру несколькими рядами ниже, она размахивала хот-догом, покачиваясь на каблуках. Я перепрыгнул через разделяющие нас сиденья и с ухмылкой выхватил еду из ее рук.
— Спасибо, Клара, — сказал я с полным ртом хлеба, сосисок и кетчупа. Я был голоден в двух смыслах этого слова, и хотя это удовлетворило бы одну половину меня, другая нуждалась в чем-то более конкретном.
— Привет, ходячие несчастье, — обрадовалась Клара. Моя сестра была на год старше меня и на голову ниже. Она была самой благоразумной, той, кого мама хвалила по десять раз на дню. Я же был бунтарем, которого мама била по ушам чаще, чем обнимала. Мы были полными противоположностями, но с тех пор, как она закончила Академию Зодиака в прошлом году, я потерялся без нее. В мире не было человека, которому я мог бы довериться, кроме Клары. И с тех пор, как она уехала, я понял, как сильно я на нее полагался.
— Ты играл там как профессионал, — она пошевелила бровями, но улыбка не совсем коснулась ее глаз. И если я не ошибаюсь, она выглядела худее, чем в последний раз, когда я ее видел. — Хотя я не думаю, что они позволят тебе играть за Лигу, пока ты не решишь проблему с твоей головой.
Я запустил руку в свои влажные волосы, выпустив нагретый воздух из ладони, чтобы высушить их. — Какую проблему? — насмехался я.
— Ее объем, — она с ухмылкой потрепала меня по лбу.
Я фыркнул от смеха. — Я буду иметь это в виду, — я ущипнул ее за жилет. — Ты же не сидишь на какой-нибудь низкоуглеводной, безжировой, невеселой диете?
Она покачала головой. — Конечно, нет.
— Тогда куда делась треть моей сестры? — поддразнил я, и она поджала губы. Она всегда была худенькой, но это граничило с интервенционным уровнем худобы.
Она отмахнулась от комментария, и я решил, что должен оставить все как есть. Если это делает ее счастливой, то хорошо, но я не понимал, почему девушки должны жить на воздухе, чтобы быть довольными своей фигурой.