"Фантастика 2023-177". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Вентис, скорчившись у костерка, искоса поглядывал из-под капюшона на своего наставника. Вот он, несомненно один из десяти величайших магов современности, давится сухой коркой. Тщательно обгладывает что-то подозрительное… Наконец Вентис решился:
— Прошу прощения учитель, но мне все же хочется спросить — почему вы находитесь в такой плачевной ситуации?
— Плачевной? Ах… Этот буран… Если бы не он — мы бы уже сейчас давали представление в Ромкусе перед бароном Редлихтом. Ничего, переждем непогоду — и в путь…
— Да нет же, учитель, я не о том. Почему вы, обладая величайшим талантом, сидите в развалинах и грызете сухари, а не занимаете почетный пост при дворе какого-нибудь графа?
— Мой талант? О чем ты, мальчик? Какой талант? Я — Керкес-дорожник, фокусник и шарлатан. Меня знают от Велинка до Сартайда как фокусника и шарлатана. Взять того же барона Редлихта из Ромкуса — я показывал свои дурацкие трюки еще его батюшке. И старый барон всегда изволил смеяться моим обманам, — колдун мечтательно зажмурился, — однако и ему, и его сыну по душе шуточки странствующего мага Керкеса… Кстати, если бы я благоденствовал при дворе какого-нибудь графа, то мы бы не встретились тогда, на дороге. К северу от Ванетинии. И я бы не спас тебя и не взял в ученики. Не правда ли? Судьба подчас выбирает для нас извилистые пути…
Оба замолчали… За ветхими стенами завывал колючий холодный ветер, словно мчались с визгом и стенаниями сотни ледяных бесенят. Несущие мелкие снежные осколки порывы стужи проникали в сарай, в одном углу уже образовался порядочный сугроб. Путешественники, завернувшиеся в плащи, жались в поисках тепла друг к другу, напоминая нахохлившихся пичуг. Вентис вновь искоса взглянул на своего спутника — породистое лицо с благородными чертами, худые сильные руки. Юноша вновь осмелился задать вопрос:
— И все же, учитель, мы уже столько путешествуем вместе, а я о вас ничего не знаю, кроме того обстоятельства, что вы, несомненно великий маг и кудесник, скрываетесь под жалкой личиной Керкеса-дорожника, тогда как легко могли бы занять почетный и пристойный пост при дворе какого-нибудь барона или графа… Даже какого-нибудь короля…
— Я тоже о тебе ничего не знаю, — буркнул маг.
— Да, но скоро легко узнаете — из объявлений о беглых преступниках, — возразил Вентис, — а я так и останусь в полном неведении относительно вас.
— Ты знаешь вполне достаточно, — отрезал Керкес, — а кто меньше знает, тот дольше живет, как известно. Что же касается тебя, ученик, то из объявлений о беглых преступниках я о тебе не узнаю ровным счетом ничего. Имперская администрация никогда не признает открыто, что кому-то посчастливилось сбежать из столичной тюрьмы. Оттуда бежать невозможно, знаешь ли… Разыскивать будут какого-нибудь святотатца, осквернителя могил или, скажем, растлителя малолетних — с твоими приметами. Так что держись скромнее, не привлекай к нам внимание… Ладно, хватит разговоров. Можешь пока поспать. Через три часа я тебя разбужу…
Ровно три часа спустя Керкес-дорожник растолкал Вентиса и, велев смотреть за костерком, тут же уснул. Проснулся маг задолго до рассвета. Он отдыхал едва ли пару часов, но выглядел живым и бодрым — несомненно результат каких-то заклинаний.
— Идем, ученик, — Керкес избегал именовать своего спутника вымышленным именем, а настоящее и не пытался узнать, похоже прежняя жизнь Вентиса его мало интересовала, — буря закончилась и мы должны выбраться из низин прежде, чем взойдет солнце. Не то когда снег растает, мы рискуем увязнуть надолго, а до замка Ромкус путь неблизкий…
В замок они прибыли вовремя — барон Редлихт как раз принимал гостей и выступление странствующего мага оказалось кстати. Вентис ожидал, что барон окажется молодым человеком — но тому было хорошо за пятьдесят.
«Сколько же лет моему наставнику, — подумал Вентис, — если его представления «всегда» нравились еще отцу этого сеньора?» Он внимательно глянул на Керкеса — тот выглядел едва ли старше сорока-сорока пяти лет. Перехватив взгляд юноши, маг лукаво подмигнул.
ГЛАВА 2
Корабль, предоставленный демону, был еще вполне крепкой посудиной — но несомненно старой и видавшей виды. Экипаж, состоящий из старичков, подвел барку к причалу и пришвартовал ее рядом с «Одадой». Шкипер Токерт, давешний седоусый ветеран, перехватил скептический взгляд Ингви — тот как раз уставился на самого, пожалуй, дряхлого из моряков, с трудом ковылявшего по палубе к рулю.
— Не извольте, ваши милости, сомневаться, — поспешил успокоить Токерт своих нанимателей, — здесь собрался народ опытный и бывалый. Настоящие моряки.
— Ладно, поглядим, — буркнул Ингви, — а как эта посудина называется-то?
— «Стрела»! — гордо ответствовал старик.
— Конечно, «Стрела»! — хихикнул Филька, — а рулевого вашего, наверное, зовут «Жеребец»?
— Его зовут Крист, — спокойно ответил шкипер, — и он очень хороший рулевой.
— Вернее, был хорошим лет двадцать назад, — пробурчал Ингви, — а впрочем, мне-то какое дело? Лишь бы с рулем справлялся… Кендаг, Никлис, тащите наше барахло на «Стрелу». Не будем терять времени.
Свои обязанности старички выполняли и в самом деле неплохо. Едва пассажиры погрузились, они сноровисто заковыляли по палубе, готовя паруса и прочее. Баркас отбуксировал их барку к выходу из гавани, запиравшие фарватер тяжелые суда пришли в движение, открывая проход. Старички отцепили буксирный канат и их «Стрела» медленно выползла в открытое море, поймав слабенький пока ветерок. Едва барка покинула порт, там началась суета — горожане вновь запирали пролив.
На драккаре тоже не оставили без внимания поднявшуюся в порту суету — северяне снялись с якоря, готовые идти в бой или убегать — в зависимости от того, кто выйдет из города. Было видно, что часть разбойников садится на весла, а около двадцати человек в полном вооружении собрались на носу судна. Ингви велел Токерту держать курс на драккар, тот пожав плечами согласился — в любом случае от драккара неуклюжей барке не уйти…
Северяне медленно пошли навстречу «Стреле», очевидно считая их парламентерами. Никлис, рассмотрев драккар, заявил:
— Ну дела! Это ж Толстый Рогли! Мой, слышь-ка, первый конунг. Эй, Толстяк! — Никлис принялся приплясывать и орать, — Толстяк! Эй, Рогли!
— Никир, ты, что ли? — отозвался грузный викинг с драккара.
— Я!
Суда сблизились. Северяне сложили весла, старики на «Стреле» убрали парус.
— Это что ж ты, Рогли, здесь делаешь? — спросил Никлис.
— А ты?
— Я первым спросил.
— Ладно. Меня подрядил купец один здесь постоять. Платит золотом. Подрядил меня никого не выпускать в море.
— Купец-то твой, его Пронырой зовут?
— Точно. А ты как здесь?
— А я с моим конунгом новым по делам сюда попал в город. А потом, слышь-ка, Рогли-конунг, смех и грех! До того ты с викингами твоими всех застращал, что никто из города и нос высунуть не осмелится! Ох и нагнал ты страху! Мы с Ингви-конунгом твердим, что с нами можно без опаски плыть, что нам северные волки не враги… Так нет же — боятся…
— Ты это… Знаешь чего, Никир-викинг, — толстый конунг потупился, — я ж купцу крепко обещал, что никого не выпущу. Еще четыре полных дня по уговору мне стражу здесь нести.
— А ты как сказал, когда обещал: «никого не выпущу» или «никого чужого не выпущу»?
— Так это… Можно, конечно, и так рассудить… Никого — это никого чужого… Тем более, что твой Ингви-конунг, говорят, с самим Морским царем большую дружбу водит… А я именем Морского царя и клялся.
— Ладно, конунг Рогли, — вставил наконец слово Ингви, — в случае чего я за тебя перед Морским царем словечко замолвлю.
— И еще деньгами тебе заплатим, — подхватил Никлис.
* * *— Куда прикажете держать, ваша милость? — осведомился шкипер Токерт, когда стало ясно, что опасность позади и драккар не собирается преследовать «Стрелу».
— Барку «Фердала» знаешь?
— Знаю.