"Фантастика 2023-177". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— А ты что скажешь, дитя? Куда ты желаешь отправиться?
Ннаонна потупилась и обхватив себя руками зябко поежилась:
— Мы должны искать Ингви.
Словно в ответ на ее слова в углу что-то замерцало, словно черный свет излился из таинственного окошка и голос Ингви чуть слышно произнес:
— Прости, На… Я должен… Но я вернусь. — Длинная пауза. Окно уже начало блекнуть, когда вновь раздалось. — Я вернусь… Я обязательно вернусь… Домой…
Когда колдовское окошко исчезло окончательно, вновь на минуту воцарилась тишина. Затем Никлис заявил:
— Ну домой — так домой! Идем… это.
— И куда же это вы собираетесь? — Подал голос из угла Гезнур.
Граф по-прежнему цепко держал Хига на поводке. Внезапно младший ученик мага дернул рукой, в которой металлом блеснул маленький амулетик, Гезнур качнулся вперед — волшебная нить в его руке мгновенно ослабла. Воспользовавшись тем, что исчезновение Ингви отвлекло всеобщее внимание, мальчишка решился на побег и воспользовался своим главным козырем, ловко припрятанным амулетом. Разорвав колдовской поводок, он рванулся к двери — но по дороге был пойман. Стер, цапнув его за капюшон мантии, легко приподнял над полом и заявил:
— Постой-ка, малец, не так быстро… а в самом деле — куда мы сейчас?
— Да куда угодно, только подальше отсюда, из этого мерзкого логова, — буркнул кто-то из солдат.
— Его величество сказал — «домой», — упрямо повторил Никлис, — его величество изволит вернуться в свое владение, в Альду, стало быть.
— Да, — поддержала Ннаонна, он и мне обещал вернуться. Вы все слышали? Дедушка… Ты… Вы… — вампиресса неуверенно взглянула на своего загадочного родича.
— Да, дитя, — кивнул тот, поднимаясь с колен, — я с тобой. Я провожу тебя хоть в твой Замок, хоть прямо в королевский дворец… Я, знаешь ли, очень рад тебя видеть… И мне жаль, что мы не встретились раньше. Если бы я знал, что у меня есть такая чудесная внучка…
— Так что, мастера почтенные, — заключил Никлис, — и вы, ваша милость граф, ежели кто желает с вот этим магом великим и господином знатным отсюда выбираться — так это, слышь-ка, значит с нами. Ну а кто не желает — счастливо оставаться!
Желающих «счастливо оставаться» в логове злобных чародеев не нашлось — и все гуськом устремились за принцем, который шагнул обратно в пробитый его магией пролом, собираясь покидать подземелье своим прежним путем. Стер поставил своего пленника на пол и, сильно треснув по руке, выбил его амулет, который с дребезжанием поскакал по полу и наконец провалился в какую-то щель. Хиг проводил свой талисман печальным взглядом и тяжело вздохнул.
— Ничего, малец, — утешил его Стер, — так и тебе и мне спокойнее будет. Идем с нами. Раз господин капитан обещал тебе, что ты на солнышко с нами выйдешь — значит, так тому и быть.
Ннаонна, проходя мимо неподвижно лежащего Мертвеца, подхватила его длинный меч. Увидев, как она привычно обращается с этим оружием, Гериан только хмыкнул:
— М-да… Если бы я знал, какая у меня, оказывается, внучка… Я не скитался бы так долго вдали от Семьи…
* * *Маршал Каногор обернулся к Велиуину:
— Они что, с ума все разом сошли, Гангмар их дери?! Они же погубят себя у этих телег!
Чародей скривил покрытое свежими шрамами лицо:
— Настоящий рыцарь не отступит никогда с поля боя. А если серьезно — нет, они не сошли с ума. Им сходить не с чего, это же сантлакцы…
— Нашли время для шуток, мастер! Если они все там полягут, то стало быть — мы потеряем половину конницы — вы понимаете, что это значит?
— Я понимаю. Но отсюда ничего поделать не могу, давайте продвигать армию вперед, сэр Каногор. Соединимся с ними. Попробуем остановить.
— Гангмар, мне бы не хотелось… Это пространство впереди — оно очень подходит для маневра кавалерии, нашей главной силы, понимаете?.. Но, видно ничего не поделаешь…
А тем временем сантлакские конники продолжали отчаянно бросаться на обозные телеги, с остервенением пытаясь преодолеть эту преграду. Королю Метриену удалось в конце концов собрать вокруг себя некоторое количество всадников и убедить их действовать согласованно. Сам король — не погнушался же! — с двумя другими рыцарями заставили коней упереться грудью в препятствие. Метриен I размахивал огромным мечом, отражая неуверенные удары ополченцев, конь его навалился на препятствие, огромные копыта глубоко вдавились в землю… Рыцари тоже старались, как могли, понукая своих лошадей… Под натиском могучих животных телега дрогнула, покачнулась с душераздирающим скрипом — обрушился наспех установленный деревянный щит, перепуганные гонзорцы попрыгали на землю и торопливо отбежали в стороны… Кто-то из сантлакцев обратил внимание на усилия короля — монарха несложно было узнать по огромным габаритам, здоровенному тарчу с гербом и короне на шлеме, сверкающей начищенной медью — еще несколько всадников прекратили бестолково метаться и подогнали коней к телегам… А на северной стороне ратного поля массы людей пришли в движение — под звуки труб ванетская армия начала продвигаться вслед за сантлакцами…
Тоиль со своей сотней наконец достиг цепочки телег и фургонов. Он повел ополченцев к ближайшему проходу. Его вояки, уже почти успокоившиеся, действовали довольно хладнокровно. Своими шестами они сбросили с коня еще одного неосторожного латника. На вопли поверженного в их сторону обернулись еще несколько сантлакцев — их остановили, грозя упертыми в землю кольями. Всадники отступили, ища более легкой добычи — к этому времени кровожадный угар у них уже почти прошел… Наконец люди Тоиля начали по одному протискиваться между возами, гонзорские горожане и гвардейские стрелки взирали на земляков с удивлением — не верилось, что кто-то мог выжить в аду по ту сторону защитной линии. Наконец вся сотня пробралась за телеги — последние (те, кто до последнего прикрывал своих) опрометью протиснулись в узкий проход или пролезли на четвереньках между колесами, побросав свои щиты и колья…
Сотня Тоиля привлекла внимание маршала ок-Икерна. Тот прискакал поглядеть в сопровождении десятка всадников.
Крестьяне, которым только страх придавал силу и хладнокровие, едва очутились в относительной безопасности — вновь обрели прежнюю робость. При появлении маршала с его кавалькадой они привычно принялись кланяться. Не обращая внимания на крестьян, ок-Икерн подъехал вплотную к Тоилю и наклонившись в седле, внимательно вгляделся в лицо сотника, затем хрюкнул (что, вероятно, означало смех) и рявкнул:
— Ну, молодец! Вывел все же своих обормотов живыми! Молодец — сразу видно, что служил де… Воробью, говорю, служил!
Тоиль, бледный, как мел, сузил глаза и процедил сквозь зубы:
— Этих я вывел, а другие все лютую смерть приняли… Ваша милость… Сволочь вы, ваша милость…
— Молчи, дурак, — понизил голос ок-Икерн, — молчи. Не то вместо награды — башку потеряешь… Да… Выжить никто не должен был… На то и война. Зато теперь…
Где-то в стороне послышался грохот, вопли, а затем — рев, треск и новый грохот. Маршал, так и не закончив фразы, встревоженно оглянулся, дернул поводом и ускакал. Конвой — за ним… Тоиль проводил их равнодушным взглядом. Почему-то он не боялся… Зато его ополченцы — те, кто оказался поблизости и слышал — перетрусили изрядно. Они поспешили отойти подальше от Тоиля, молодой сотник, оглядевшись, вдруг обнаружил, что стоит один…
Ок-Икерн легко отыскал источник шума. Это под натиском рыцарей завалился воз — и находившийся там вместе с гвардейцами Гиптис его поджег, а заодно и парочку соседних телег. Затем долговязый Изумруд на пару с Шортилем при помощи еще нескольких чародеев принялись «наворачивать» огненные заклинания одно на другое. Кони сантлакцев испуганно шарахнулись от высоко взлетевших языков пламени — однако было понятно, что огонь не вечен… Вскоре путь будет открыт…
* * *Крактлин обернулся к одному из своих адъютантов:
— Ну, что будем делать, Даммин?
Тот в ответ пожал плечами: