"Фантастика 2023-177". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
В сущности, капитан считал, что оставшаяся под его командованием толпа ополченцев не слабее альдийской армии — однако не видел способа заставить своих солдат сражаться, а те прекрасно понимали — чтобы справиться с альдийской конницей, потребуются сотни жизней. К тому же ок-Икерна беспокоил демон — неизвестная величина в уравнении, так сказать. Сэру Брудо не раз приходилось сражаться в битвах, в которых принимали участие колдуны, однако никто из них не смог бы одолеть четырнадцать троллей, да что там четырнадцать — и с одним, пожалуй, даже опытному магу пришлось бы повозиться — да и то трудно предсказать результат… Словом, однажды настал день, когда откладывать договор с королем Альды стало просто невозможно. И капитан с истинно солдатской прямотой заявил демону во время их очередной встречи, проходившей — как и все предыдущие — в центре поля, разделяющего две армии:
— Разумеется, ваше величество, я готов торчать здесь сколько угодно, да только надоело уже…
— То есть у вас подошло к концу продовольствие, — кивнул демон, — я вас понимаю.
— Э-э-э… Как бы это сказать… Э-э-э…
— Да так и скажите. Я, например, не боюсь признаться, что у меня с этим тоже проблемы — ведь сейчас под моими знаменами народу чуть ли не втрое больше, чем перед сражением. Но я-то свои проблемы решу, а вот у вас положение похуже. Итак, что вы надумали?
— Ну, раз ваше величество ставит вопрос таким образом… Э-э-э… Поговорим начистоту…
К тому времени, как ок-Икерн и впрямь заговорил «начистоту», прошло не меньше двух часов:
— Ну ладно. Гилфингу известно, что я сделал все, что мог. — подвел итог сэр Брудо. — Так вот, касательно требований вашего величества. Ну не могу я выдать знамя моей роты.
— Почему? Ведь прецеденты бывали?
— Под Кеаргном-то? Это было не так — тогда вся рота полегла и гномы взяли знамена на поле боя из рук убитых знаменщиков, а сейчас — рота целехонька. Только рыцари почти все убиты либо в плену, да лучников с десяток мы в перестрелке потеряли… Нет, не могу я выдать вам ротное знамя, никак не могу.
— Ну ладно, — вздохнул Ингви, — устал я спорить. Ротное знамя оставьте себе… Но все остальные штандарты — выдать!
— Так ведь… Это… Теперь и горожане скажут, — опять принялся спорить капитан, вдохновленный первым успехом своей дипломатии, — скажут, дескать, гвардейцы знамя не выдали, а мы-то…
— Это ваши проблемы! — тут же отрезал король. — Либо соглашайтесь на одно знамя гвардейской роты, либо — ничего! Я и так вам уступил…
— Ну, будь по-вашему… Теперь касательно лошадей…
— А что — лошадей?
— Зачем вам это? Итак ваша кавалерия сильнее.
— Затем, чтобы я не опасался подвоха. Затем, что имея этих боевых коней и доспехи пленных рыцарей, я могу вооружить в случае чего братьев, племянников и кузенов своих вассалов, их оруженосцев и бастардов, наконец — всех, кто получил достаточную подготовку, но не имеет коня и доспехов… Как видите, я откровенен. Если еще кто-нибудь из имперских шишек надумает воевать с Альдой — к следующему разу у меня будет больше тяжелой конницы.
— Ну-у… Это… Все же… Невозможно такое сделать…
— Почему?
— Так выйдет, что наши дворяне будут возвращаться пешком? А это — позор и бесчестье!
— Бесчестье — вероломно нападать на мирную страну, убивать и грабить… Ладно, если ваши дворяне так уж бояться бесчестья от пешей ходьбы — пусть оставят себе дорожных лошадей, но боевых коней — выдать мне! Что-то еще?
— Две тысячи золотом… Столько нам не найти…
— Захотите — найдете. Вот вам добрый совет — тряхните Кадор-Манонга.
— Ну и вот еще… Раз уж зашла речь о бесчестии… Наш сэр Питви… — незадачливый рыцарь был еще жив и о его судьбе ежедневно шли дебаты.
— Да, ваше величество, — тут же подхватил Валент Гранлотский, — я также от имени всех наших дворян прошу вас — если сэр Питви заслужил казнь — казните его. Но таким способом, какой соответствует его дворянскому происхождению — с пролитием крови.
Ингви обвел взглядом лица нескольких дворян, составлявших его свиту на этих переговорах — те, безусловно, были согласны с маршалом.
— С пролитием крови, говорите? Ага… Ннаонна! Эй, Ннаонна! А ты что об этом думаешь?
— А? О чем? — девушку совершенно не интересовали скучные подробности всех этих мелочных торгов и она не слушала, о чем идет речь.
— Вот все эти благородные господа твердят, что сэра ок-Логра, как дворянина, следует казнить с пролитием крови. Видите ли, сэр ок-Икерн, Ннаонна — вампир старинного рода, о котором вам, вероятно, рассказывал этот заср… то есть этот принц Кадор. Вот ты, Ннаонна, не желаешь ли кровушки сэра Питви?
— Ты что?! — возмутилась Ннаонна. — Он же такой противный! Как ты мог такое даже подумать?! Ты что?!
— Как видите, господа, — развел руками Ингви, — даже вампир не желает слушать о пролитии крови сэра Питви.
…Разбрелись все от бед в стороны,Певчих птиц больше нет — вороны…Спустя четыре дня из гонзорского лагеря на север потянулась колонна солдат и ополченцев. Проходя мимо короля Ингви, стоящего на холмике у дороги в окружении свиты, знаменосцы отделялись от общего строя и опускали знамена своих цехов и своих сеньоров к ногам демона (гвардейцы свое знамя везли зачехленным в обозном фургоне — чтобы не раздражать бойцов других отрядов). Все шедшие в колонне, охваченные горьким чувством, машинально ускоряли шаги, идя мимо и опускали глаза, стараясь не глядеть ни на стоящего справа от дороги короля, ни на виселицу слева… Над головой Ингви развевалось знамя — ворон с мечом… В небе кружилось воронье…
Наконец колонна солдат миновала Ингви, потянулись фургоны и телеги обоза. Возницы бросали короткие настороженные взгляды вправо-влево и торопили коней, стараясь не отстать от солдат. Из фургона с имуществом принца, как раз проезжавшего мимо группы альдийцев, высунулась голова Коклоса, шут быстро осмотрелся, неловко вывалился из повозки и опрометью побежал к Ингви.
— А-а, принц Коклос! — приветствовал его король. — Что это вы?
— Ваше величество, я прошу разрешения составить компанию своему сеньору, которого вы изволили пригласить погостить! — на одном дыхании выпалил карлик.
— И что же, интересно знать, заставило вас, друг мой, ввергнуть себя в общество демонов, вампиров, всевозможных злодеев и разбойников?
— Верность сеньору — первая добродетель вассала! — напыжился Коклос. — И откровенно говоря, еще у меня есть некие опасения… Скажем так, нехорошие предчувствия… Принц Кадор… э-э-э… точит на меня зуб за то, что я предсказал его лучшему воину — шут кивнул в сторону виселицы — именно такой финал.
— Вот как? У вас, сэр Коклос, дар предвидения?
— Ну-у… скажем так, я правильно определил предназначение некой детали «знака ратного поля». Словом, верность долгу зовет меня держаться поближе к моему сеньору и подальше от сеньора сэра ок-Логра, вознесенного сегодня столь высоко.
— Верность долгу?
— А также другие лучшие стороны моей натуры.
— Ну что ж, я не стану препятствовать вам, сэр Коклос, следовать лучшим сторонам вашей натуры. Джамен, отправь этого благородного господина с кем-нибудь к его сеньору… Ну вот, кажется, и все. — последние повозки миновали холмик, на котором расположился король со свитой. — Война окончена полной победой, как будто… Сэр маршал, отправляйтесь сопровождать это войско… И если вы найдете Гранлот несколько… как бы это сказать… словом, что бы там ни было — постарайтесь не слишком расстраиваться. Я ведь обещал вам возместить все убытки. Ступайте…
Сэр Валент коротко кивнул, повернулся и зашагал, гремя доспехами, в сторону, где его ждал оруженосец с конем — маршалу предстояло во главе отряда кавалерии сопровождать отступающее войско побежденного врага и убедиться, что оно покинуло пределы страны и держит путь к Гонзору… Война и впрямь была окончена.