"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Княжеское имя, — умело польстил семинарист. — Знаете что, Ольга?
— Да?
— У меня к вам огромная просьба.
— Какая?
— Можно, я положу эту книжку вот сюда? — И семинарист, не дожидаясь ответа, сунул злополучную брошюрку в ближайшую урну.
Ольга обладала особым талантом — одним взглядом изображать глубокое возмущение. И сейчас она думала над тем, стоит ли применить этот талант или сделать вид, что ничего особенного, задевающего ее нрав, не случилось. А семинарист продолжал, не давая ей опомниться:
— Когда мы в следующий раз встретимся, я принесу вам учебник по сравнительному богословию и несколько книг диакона Андрея Кураева. Это гораздо лучше, чем то, что вы читаете.
— А вы уверены… — начала было возмущенно Ольга, но Арсений не дал ей договорить, глянул на часы и сказал извиняющимся тоном:
— Мне пора. Будьте здоровы.
И ушел.
Чем очень Ольгу раздосадовал.
Из принципа она недели три не ходила в сквер. А потом здраво рассудила, что за это время нахальный семинарист наверняка должен о ней забыть, взяла с собой «Падение Гипериона» Симмонса и отправилась на свою любимую скамейку.
— Здравствуйте, Ольга, — сказал ей нахальный семинарист, едва она подошла к скамейке. — Вас долго не было. Я принес вам книги.
Тут он обратил внимание на томик в ее руке:
— А с чем вы на сей раз? О, детектив?
— Нет, это фантастика.
— Вы любите фантастику?
— Да.
— Это хорошо, — серьезно и спокойно сказал Арсений. — Вы меня будете просвещать в этом отношении. А то я совсем почти светской литературы не знаю, особенно современной.
Ольга хотела было поинтересоваться, с какой это стати она должна вести с семинаристом литературные беседы, но промолчала. Взяла протянутые Арсением книги. А через год с небольшим она. таким же спокойным и уверенным жестом взяла позолоченную чашу с церковным вином из рук священника, который венчал ее с Арсением.
Арсений был рукоположен в дьякона и назначен служить в город Щедрый. Это было за тридевять земель от Сергиева Посада, и Ольга немного чувствовала себя женой декабриста, собирая в дорогу их небольшой семейный скарб и прощаясь с родителями, которые так и не смогли понять, как их девочка, отличавшаяся свободомыслием и любовью к фантазиям, вдруг вышла замуж за священнослужителя.
На новом месте, в Щедром, Ольга прижилась не сразу. Ей было одиноко — утром и вечером Арсений на службе, самой работать вроде не положено как дьяконице… Заниматься хозяйством? Ольга не сильна была в поварском искусстве, к тому же ее часто раздражало нежелание мужа есть приготовленные ею щи или блины. То, что Арсений ссылался при этом на постный день, только ухудшало Ольгино настроение — ей казалось, что муж таким образом упрекает ее за отсутствие веры, за нежелание ходить в церковь, за неумение жить с ним одной жизнью… Ольга упорно пекла блины с мясным фаршем по пятницам, по воскресеньям спала до полудня и не ходила к обедне, читала только фантастику, избегая мужниной полки с книгами, где стояли Библия, Псалтирь, сочинения Григория Богослова, Иоанна Кронштадтского и Жития святых… Она уже думала о том, что просто сбежит от своего супруга, хотя любит его безумно, но такой образ жизни ей все-таки не по душе… Возможно, так и случилось бы, если б однажды Ольга не познакомилась с Зоей Волковой.
Это было в первый год проживания семейства Горюшкиных в Щедром. Ольга почти никого не знала в городе, никуда особенно не выходила, за исключением продовольственного рынка, книжного магазина и библиотеки. А Зоя Волкова была продавщицей в книжном магазине. Как-то, когда Ольга в задумчивости стояла перед стеллажом с новинками из серии «Мир пауков», к ней подошла симпатичная пухленькая девушка с шоко ладно-ласковыми глазами и ямочками на румяных щеках. Девушка поинтересовалась, может ли она помочь Ольге в выборе. Ольга ответила, что давно не читала хороших мистических триллеров. Зоя, так звали девушку, вздохнула, сказав, что книжные новинки завозят нерегулярно, у них ведь такая провинция… А потом Ольга услышала неожиданное:
 
— А я вас знаю, вы жена священника.
— Не священника, а дьякона, — машинально поправила Ольга и добавила: — А какое это имеет значение?
Значения, собственно, никакого не было, но постепенно Зоя и Ольга крепко подружились. И благодаря этой дружбе Ольга узнала о городе, в котором они с мужем поселились, такое, что не нужны были никакие триллеры и никакая фантастика.
— Знаешь, Оля, как я тебе завидую, — однажды грустно сказала Зоя (она сидела у дьяконицы в гостях, пила чай с тминными кренделями). — Ты можешь ходить в церковь.
Ольга удивилась. Она не думала, что хождение в церковь может быть привилегией.
— А что тебе мешает?
— Я некрещеная, — вздохнула Зоя.
— Ты иной веры? Ну, тогда ты можешь пойти в храм своей конфессии…
— Дело не в этом. Я верю в Бога, я хочу ходить в храм, мне очень нравится православие, я ведь столько о нем прочитала, у меня дома столько альбомов с репродукциями икон, с видами монастырей и храмов… Но я не могу, потому что некрещеная. Потому что мне нельзя.
Ольга изумилась этому. Поскольку они с Зоей были ровесницы, вряд ли проблема состояла в том, что девушке запрещают посещать церковь родители, да и потом, не те уж времена для таких запрещений…
— Я не понимаю, — искренне сказала дьяконица. Зоя посмотрела на нее умоляюще:
— Я объясню, но только, пожалуйста, обещай мне, что ты не выгонишь меня сразу после этого объяснения.
— Что ты говоришь! — возмутилась Ольга. — Разумеется, я тебя не выгоню. О чем бы ты ни говорила.
— Видишь ли… — Обычно пухлое и румяное личико Зои теперь стало мертвенно-бледным и каким-то похудевшим. — Моя семья и я… Мы не можем ходить в церковь. Мы не можем принять крещение и другие таинства тоже. Потому что мы только наполовину люди… — Зоя посмотрела умоляюще на подругу и закончила: — Мы оборотни.
— Этого не может быть, — после долгого молчания сказала Ольга. — Нет, я тебе не верю. Чепуха какая! Выдумываешь тоже, оборотни! Это для романов в стиле фэнтези годится, а в жизни…
— Ты не веришь в существование оборотней?
— Конечно, не верю. Ну, правда, в фантастике про них часто пишут…
— А ты знаешь, что во Франции парламентом даже когда-то был принят закон об истреблении оборотней?
— Ну и что? Ведьм тоже находили, судили и казнили, а я читала, что происходило это часто по доносам мужчин, которым эти женщины отказали в благосклонности… А эти женщины вовсе не колдовали, и вся их вина состояла только в том, что они не пожелали случайной интимной связи. Так что оборотни — фикция из той же оперы…
— У тебя нательный крестик из серебра? — перебила подругу Зоя.
— Да, а что такое…
— Сними, дай его мне. Сюда. — Зоя протянула подруге раскрытую пухлую ладошку с нежно-розовой кожей на подушечках.
— Зоя, не городи ерунды, что ты, право, — пролепетала Ольга, но Зоя была неумолима:
— Дай.
Что-то такое появилось в ее глазах, что Ольга не могла не подчиниться. Она расстегнула цепочку и положила на ладонь Зое свой маленький серебряный крестик. У Зои расширились зрачки, она с шумом втянула в себя воздух и стиснула кулак с крестиком. А Ольга закричала, потому что увидела, как из-под стиснутых пальцев пробивается серый удушливый дым и, пахнет горелым мясом.
— Перестань! — кричала она подруге. — Пожалуйста, не надо! Не надо!
Зоя разжала руку, перевернула ее над столом. На скатерть упал крестик. Потом Зоя показала ладонь подруге. В центре ладони жутковато алел ожог в форме креста.
— Ты не волнуйся, — чужим голосом сказала Зоя. — Это заживет, не скоро, но заживет. На оборотнях все заживает…
— Зоя, я тебе не верю! — плача, вскричала Ольга. — Бывают такие психические состояния с внушением, как у стигматиков… Может, у тебя сильная аллергия на серебро, в особой форме…
— Ага, — мрачно сказала Зоя. — У всех оборотней эта аллергия. Теперь ты меня выгонишь?
— Ты с ума сошла? Ты же моя подруга! Лицо Зои разгладилось.