Бог Удачи в поисках приключений (СИ)
— Я человек. А правила распространяются только на богов. Да и ничего такого в этом нет. Фактически с лотереей мы обманем всего лишь одного смертного, ведь остальные всё равно бы проиграли. Не думаю, что это будет серьёзным нарушением правил. А вообще… Ни один бог не совладал с этим миром. Так что не им меня судить. Тружусь по мере сил.
— И не говори, так перетрудился. Не подавись, бог… — подколола Марина и ехидно улыбнулась.
— В таком случае я скорректирую нашу стратегию, — задумчиво крутил хвостом. — Оптимальнее всего будет позаботиться о нашей безопасности. Набранные последователи уже никуда не денутся и будут давать энергию каждый день, а вот твоя жизнь может оборваться в любой момент. Смертная права, в этом мире слишком много убийственного оружия.
— Смертная⁈ — возмутилась Марина. — У меня, вообще-то, имя есть! Хамло блохастое!
— А ты уже успела побриться? — он игриво пошевелил бровями. — Кто ещё из нас блохастый…
— Прекратите! — пришлось вмешаться. — Эймос, Марина наш друг. Обращайся к ней подобающим образом.
— От неё только одни проблемы… — едва слышно пробухтел он, благо, она не услышала.
— Ещё раз услышу, что вы ссоритесь… Одного побрею, а вторая получит по заднице.
— Эй! — выкрикнула Марина. — Ты меня и так по десять раз на дню щупаешь, где можно и нельзя. А это уже открытое домогательство!
— Я исключительно в воспитательных целях, — на моём лице появилась улыбка. — Что они там расшумелись. Эймос, глянь, что там происходит.
— Скорее всего, кто-то вызвал милицию, — он отодвинул шторку и выглянул на улицу. — А вот такое я бы не смог предсказать…
— Какие-то проблемы? — поинтересовался я, уплетая торт под названием «Птичье молоко».
— Проблемы. Но не у нас.
— А у кого? — вклинилась встревоженная Марина.
— У милиционеров, — ответил Эймос. — Как бы поцензурнее это описать… Стражей правопорядка принудили к беспорядку. В отличие от бандитов, они оказались втянуты в эту вакханалию против своей воли. Но это даже хорошо. К нам теперь точно не будет претензий. По крайней мере со стороны правоохранительных органов. Правда, уже завтра придётся менять место проживания. Здесь станет слишком опасно.
— Уже проработал варианты? — я говорил спокойным тоном, а вот Марина даже и не думала успокаиваться. Напротив, она сидела как на иголках.
— Нашёл одно агентство по недвижимости. Оно славится своей анонимностью. Как я понимаю, его услугами частенько пользуются для того, чтобы снять номер на одну ночь и при этом не оставить никаких следов.
— Звучит неплохо. Но как они могут гарантировать полную анонимность? А кому деньги отдавать?
— Там целая схема… — начал Эймос. — Оставляешь деньги в условленном месте, за ними приходит курьер и оставляет ключ с адресом.
— Похоже на какой-то развод, — Марина брезжила скептицизмом. — Отдал деньги и остался с носом.
— Я уже всё проверил. Причём сам, — Эймос закатил глаза и погладил усы. — Успешно снял простенькую однокомнатную квартиру на окраине города. Ни камер, никаких других устройств внутри не обнаружил. С большой долей вероятности могу сказать, что контора надёжная. Я уже присмотрел нам квартирку.
— И? Чего замолчал? — вопрошал я. — Рассказывай, раз уж начал.
— За семь дней проживания в ней, придётся отдать семьсот тысяч рублей…
— Сколько⁈ — удивился я. — А почему так дорого⁈
— Ты там пентхаус на двести квадратов, что ли, снять хочешь? — нахмурилась Марина.
— Триста пятьдесят, — скромно выдал Эймос. — Дороговато, но мы за неделю сможет заработать на порядок больше. Раз уж «тормозов» у нас нет, то почему бы не ограбить банк? Хотя нам его даже грабить не придётся, с твоей силой, Тихей, деньги сами будут сыпаться с неба.
— Согласен. Но на всякий случай будем отнимать деньги у богатых. А то у нас в казино и так одни бомжи ходят. Получается, мы займёмся перераспределением средств, отбирая у богатых и раздавая бедным. Такой план мне нравится, — я обожрался и откинулся на спинку кресла. — Всё-таки лучше оставить текущую схему, но порезать выплаты халявщикам. Две тысячи за молитву и по тысяче за друга.
— Хорошо, с завтрашнего дня так и сделаем, — Эймос кивнул. — Можно было бы просто отдавать деньги за молитву. Думаю, за ту же тысячу много кто пришёл бы, однако это привлечёт слишком много внимания. Да и понадобится множество идолов, которые нужно будет охранять.
— Стражи с этим разберутся, — сказал я и пересел на диван, а затем и вовсе лёг, ибо сидеть уже было невмоготу.
— Не со всеми проблемами они смогут справиться. Тех же милиционеров они просто убьют. А это навлечёт беду. Нужно действовать более тонко. Везде нужен будет проверенный человек.
— Это проблема, — недовольным голосом прохрипел я. — Найти фанатичного верующего — крайне тяжело.
— Найти — да, но его легко можно сделать. Нужно лишь подыскать подходящую кандидатуру. А там лёгкое вмешательство магии, и дело сделано. Вспомни того же водителя, который довёз нас до заправки.
— Соглашусь. Исцеление смертельно больных — верный путь. Если человек должен был вот-вот умереть, а я его спас, то он по гроб жизни будет мне обязан.
— Кх-м, кх-м, — Марина демонстративно покашляла. — Вы про меня не забыли? Я всё ещё здесь…
— Не принимай на свой счёт, — я по-доброму отмахнулся. — С тобой у нас особые отношения. Ты же мой первый последователь, без которого я бы не справился. Поэтому я отношусь к тебе как к другу, а не как к рядовому смертному. Осталось только Эймоса этому научить.
— Вот оно что… — она вздохнула с облегчением.
— В отличие от тебя, мне похоть неведома, — неожиданно заявил Эймос.
— Усы оторву! — пшикнул я.
— Чего-чего?.. — Марина преисполнилась подозрением. — Что там тобой движет? Похоть?
— Ну-у-у… Ты очень красивая девушка, а я всё-таки человек, — пришлось оправдываться, ведь она на меня так смотрела, что уйти от ответа было просто невозможно. — Это естественное желание, но Эймос ошибся. В отличие от других людей, я не являюсь рабом своих плотских желаний. Да, периодически в голов мелькает всякое, но ведь это нормально для людей? Разве нет?
— Нормально, однако мне всё равно как-то не по себе от мыслей, что ты рассматриваешь меня в качестве объекта для сексуальных утех… — призналась Марина.
— Перевожу: сперва я думала, что ты деревенский дурачок; а потом как-то позабыла, что ты мужик, — съехидничал Эймос.
— Да нет же! — громко возмутилась Марина. — Просто столько всего навалилось… Мне банально некогда было думать о чём-то подобном. Да и мной движет месть — вот что у меня на уме, — было заметно, что она слегка лукавит, но я сделал вид, что поверил.
— Ладно, закроем тему. Что они затихли. Разобрались? — спросил я котяру, который всё это время стоял у окна.
— Большинство милиционеров смогли сбежать и окружить эту свору. Вероятно, ожидают подкрепления.
— А почему они не стреляют? Их коллег взяли в «заложники», но они ничего не делают. В чём логика? — вслух недоумевал я.
— У меня есть парочка предположений, — начал Эймос, но Марина его перебила.
— Бандиты такого уровня «кормят» милицию. Просто так их убивать никто не станет, потом проблем не оберёшься. Обычно всё решается путём переговоров, — пояснила она. — Скорее всего, ждут приезда старших, чтобы те как-то разобрались с проблемой.
— И чем нам это грозит?
— Сложно сказать, но негативный исход маловероятен, — подытожил Эймос. — Волноваться не о чём, но на всякий случай я понаблюдаю за происходящим.
Вакханалия под окном продолжалась ещё около двух часов. А закончилось всё тем, что милиция и бандиты просто разошлись по своим делам. Мне это показалось странным, но Эймос утверждал, что чувство стыда у смертным могло сподвигнуть их и не на такое. В любом случае продолжить вооружённое нападение после двух часов абсолютной «любви» они не смогли.
Марина рассказала, что в их кругах такое поведение, мягко говоря, неприемлемо. Если кто-то один из бандитов опустится до братской любви, то тут же получит клеймо на всю оставшуюся жизнь. Однако здесь участвовали все. И даже если они догадаются, что это наших рук дело, рисковать своей пятой точкой во второй раз они точно не станут. Хоть в местах заключения у них такое поведение и считается нормальным.