Помолвлены понарошку (СИ)
— Я бы с радостью поддержал эту сценку, представитель земной малышни…
А нет, это определенно Зак.
— …но могу заиграться и отправить твое тело на опыты. Не уверен, что Бенни это понравится.
— Так значит, это правда? Повынимал жучки, попрятал камеры? — уточнила я и получила короткий кивок в ответ. — И поэтому твой отец ушел сегодня?
Неужели встреча — лишь формальная отмазка, чтобы успокоить Роуз? Это слишком низко даже для мистера Бенкса.
— Нет, — устало покачал головой Зак, — поэтому он меня уволил.
Мужчина отпил сок из стакана и слегка улыбнулся, когда Ева запрыгала вместе с Келли, восхищаясь очередному крестику [31] рядом с ее именем на табло.
— Можешь не переживать. Отец, конечно, все еще ищет способ провернуть помолвку братца, но вероятность его успеха составляет один ничтожный процент. Я помогу с остальными девяносто девятью, — он подмигнул мне, тут же вернув взгляд обратно к жене.
— И давно ты перестал ему рассказывать? — тихо спросила я, ощущая, как вина потекла по венам.
Конечно, это не я так отвратительно поступаю со своими детьми, но теперь еще и увольнение… Наша с Беном ложь находит все новых жертв, и это ужасно.
— «Давно» — понятие растяжимое, — уклончиво заметил Зак. — Знаешь, я ведь не слепой, Лоис, и не упрямый осел, как некоторые.
Холодок последнего слова говорил о том, чье имя скрывается под ним.
Мужчина продолжил размышления, начав поочередно загибать пальцы:
— Ева и мама слишком романтичны, чтобы искать подвох. Дядя Оливер тоже не лишен мечтательности, да и с детства тебя родной считает. Пол и Лиам слишком заняты друг другом, чтобы обращать внимание на то, что происходит вокруг. А сестренка, вероятно, участвует в этом представлении. Папа… В общем, лично у меня есть основания утверждать, вы с Бенни не пара.
Сердце остановилось. Кровь перестала поступать к мозгу, но я отчаянно силилась уловить связь между словами Зака и действиями.
— Мы не пара? — хихикнула я, словно над шуткой, но хихиканье вышло нервным.
— Пока нет, — улыбнулись мне. — Когда вы не начали встречаться в школе, я думал, вы останетесь в статусе «друзья» навсегда, но за последние пару недель увидел достаточно, чтобы радоваться, что у моего брата есть ты. Пока как друг, но это только пока.
И тут мой собеседник сделал то, что заставило меня мысленно пустить через шредер все бумаги с данными о мужчине по имени Закари Бенкс. Он обнял меня и прошептал на ухо:
— Добро пожаловать в семью, малышка Лестер.
Примечание:
[31] Значком «Х» в боулинге обозначается страйк — все сбитые кегли.
49
В моей голове шло важное совещание. На повестке дня был диалог с Заком.
То, что он сложил пазл с изображением полотна нашего вранья меня не особо удивило. Напугало, да, но этого стоило ожидать. Однако Зак не просто не доложил об открытии отцу, он решил помочь нам провернуть этот трюк и спасти таким образом младших брата и сестру от брака без любви. Ради этого мужчина даже осознанно пожертвовал карьерой в фирме мистера Бенкса, ведь это явно было условием шпионажа с самого начала.
Безусловно, его поступок благороден, а потому мысленный первый файл в обновленной папке с надписью: «Закари Бенкс» гласил о моральных устоях и верности семейным узам. Что же касается второго файла, то в нем многие из совещающихся в моей голове тараканов хотели написать: «Видит то, чего нет».
«Добро пожаловать в семью, малышка Лестер» прозвучало как: «Скоро станешь малышкой Бенкс». С чего он взял, что это так? Повлияло ли это на его решение не идти на поводу у отца?
Уже второй человек говорит мне подобное. Сперва мистер Карнеги рассказывал, что Бен смотрит на меня так же, как Зак на Еву, читайте: «с обожанием». Теперь сам Зак утверждает, что ясно видит дальнейшее развитие наших отношений и переход из статуса «друзья» в… «возлюбленные»? Пожалуй, даже больше, ведь просто возлюбленных в семью не принимают. Уж точно не Зак.
И как на это реагировать? Верить?
Доводов два против одного. Но что, если этот один, холодный и отстраненный, заинтересован, чтобы я была уверена в отсутствии чувств Бена?
— Ты пытаешься сбить их силой мысли? — улыбнулся мой «жених».
Я заморгала, прерывая ненадолго мысленное совещание. Внезапно мои руки почувствовали груз шара с космической расцветкой (время идет, а предпочтения не меняются), глаза принялись оценивать положение вокруг.
Келли упивалась своим триумфом в окружении Лиама и Пола.
— И все ноготки целые! — напевала она, глядя на свой идеальный маникюр.
Роуз перешептывалась с Оливером, поглядывая на дочь и улыбаясь, а именинник наслаждался обществом супруги.
— Кохаю тебе усім серцем, ріднесенький мій, [32] — Ева терлась носом о нос Зака.
Не знаю, что это значит, но звучит красиво. Судя по теплу, что появилось в голубых глазах мужчины, это была одна из тех фраз, перевод которых ему известен.
— Ты очень задумчивая сегодня, — заметил Бен, и я тут же обернулась к нему. Друг разглядывал меня с неподдельным интересом в глазах. — Поделишься, что на уме?
— А ты?
Например, что ты чувствуешь ко мне? Правда ли то, что говорят Зак и Оливер? Вопросы крутились на языке, но разбивались о зубы.
— Как на счет того, чтобы ты выполнила бросок, и мы нашли место поболтать?
Я кивнула и пустила свой космический шар в направлении белых фигурок. Уже четвертый раз к ряду все кегли остались целы, так как мое «орудие массового поражения» решило покатиться по левой полосе, проходящей неподалеку от цели.
— Идем? — спросила я, не дожидаясь пока на табло отобразиться мой заслуженный прочерк.
— У тебя еще одна попытка, — смеялся над моей нетерпеливостью Бен. — Давай я кину, раз ты не заинтересована, и пойдем.
Бросок — и две кегли остались одиноко стоять по краям. Надеюсь, после нашего с Беном разговора мы не повторим их участь.
Примечание:
[32] С укр. «Люблю тебя всем сердцем, родненький мой».
50
Бен шел за мной, пока я шагала к выходу из боулинг-клуба и печалилась, что в моем организме затаился наркоман. Даже печальнее было то, что он стоял во главе этого персонального государства, в котором тараканы так отчаянно боролись за демократию. Мозг требовал новой дозы кислорода, а ведь его переизбыток и так уже вызвал помутнение рассудка. Иначе откуда всем этим романтично-меланхоличным замашкам взяться, верно?
Ну ладно, допустим, я всегда была немного того, но не настолько же!
— Мы будем бежать до границы? — подтрунивал Бен.
Я остановилась около парковки, обернулась к нему и, качая головой в попытке прийти в себя, прошептала:
— Я запуталась, Бен.
— Тебя не затруднит ввести меня в курс дела?
Ободряющая улыбка подталкивала меня поделиться, что на душе. Я опустила глаза и принялась крутить кольцо на безымянном пальце.
— Что ты чувствуешь? — мне сложно было слышать саму себя из-за пульса в ушах. Весьма вероятно, звучала я как натянутая до предела струна.
— Ну, я немного устал, день был длинным. Уточни, пожалуйста. Что я чувствую относительно чего?
— Кого, — промямлила я.
Бен коснулся моего подбородка и поднял лицо к своему так, что наши взгляды встретились. Все мои старания рассуждать здраво в то же мгновение оказались напрасными.
— Тебя?
Я слабо кивнула, понимая, что следующие слова получатся едва слышным шепотом или не смогут быть озвучены и вовсе из-за страха, сковавшего тело.
— Ты моя лучшая подруга, Лоис, — мягко сказал мужчина, тем самым надломив что-то внутри меня, — и ты мне очень дорога.