Мистер Фермер. Морковка за интим! (СИ)
— Да… и Апопа сказал что шаман заметил его присутствие, и сказал, что если тот кому расскажет, то будет проклят на семь колен! Рискуя жизнью мой храбрый, избитый слугами Матвеема Апопа попросил, чтобы я никому не рассказывал. Мой храбрый мальчик сильно рисковал, делясь со мной этой информацией, так что я и вас всех попрошу молчать.
— Хорошо, помнится… Младшие охранники говорили о его скверной магии и влиянии её на разум… — Тяжело протянул Эрл Кролли. — К тому же, вспоминая нашу с ним первую встречу, сомневаться в его силе и готовности прибегнуть к темному колдовству не приходится.
— О чём ты отец? — Непонимающе спросил очередной приглашенный на совет сын Эрла.
— Когда я впервые с ним встретился, впервые взглянул на мальчишку, в его глазах я видел лишь себя самого, моих детей, и весь тот мусор, окружавший нас. Не говоря и слово о царившей внутри красоте, словно сей лесной дворец, для него не краше старой норы, он взглядом, словно хищник стал цепляться за незначительные мелочи. Семечки, кожура, объедки… Всё это его раздражало, а красота не вызвала и дольки интереса.
— Он просто идиот, скорее всего он испугался этой красоты, или тебя и твоих детей… — Вновь возразила жена родного брата Эрла.
— Настолько испугался, что не имея за свой спиной поддержки, сходу возразил вождю целого племени? Не глупи женщина. Даже Хищник, окружённый целой толпой, вел бы себя повежливее. К тому же, в разговоре нашем, я чётко уловил. Человече по имени Матвеем хорошо знает стоимость сему замку, и не собирается отдавать его просто так.
— Глупость, ты просто постарел и стал более пугливым, брат. Мальчишка опасен, но против целого племени — просто слабак, песчинка! Я не верю что именно он, в одиночку при помощи своей силы создал треклятый замок. Скорее всего, просто задурманил головы нашим сородичам, а после, использовав какое-то темное колдовство привёл их куда-то… Сам пострадав от ядов, впал в сон и… и… На… — Женщина запуталась в собственных мыслях и словах, она не знала как объяснить возможность появления у берега реки Лесного замка. Множество раз та вместе с детьми собирала в этих местах травы и цветы, но подобного никогда не видела.
— На? — Приподняв бровь и подловив женщину на нестыковке, умилительно произнёс Эрл — Если всё так как ты говоришь, тогда почему он не лёг в своём замке? Почему, когда мы захватили крепость, он даже не потрудился изучить выделенный ему, диковинный и опасный для каждого Кролли, «второй этаж». Ты когда-нибудь слышал это слово «этаж»? Нет? И я не слышал, а он произнёс его так уверенно, словно всю жизнь провёл на втором «этаже». Издревне, лишь только смельчаки не боявшиеся гневить богов, осмеливались возвышаться над другими.
Птицы парят над облаками и привыкли заглядывать в божественные чертоги, потому им нестрашна высота, но шаман не птица. Хищники всегда в битве, всегда на грани, бог смерти покровительствует им и они не бояться спать на деревьях и в горах — но шаман лишь на половину хищник. В глазах его в момент принятия решения я не видел страха перед высотой, не видел того опасения возвышаться над другими которое присуще всем кролли. В глазах его я видел лишь предупреждающий золотой блеск. Это он создал Лесную крепость, сомнений нет. И пока я не узнаю его истинную силу, и то, на что он способен в гневе, я запрещаю вам действовать без моего согласия. Понятно?
Братья, сёстры и дети Эрла задумались. Кто-то считал что старший полностью прав, кто-то напротив счёл того трусливым глупцом, но возразить ему никто не смог.
— Раз все согласны так и поступим. Человече Матвеем должен жить, пока. Наши цели, Кобаго и Хохо, последнее время главы семей позволяют себе слишком многое, пора их поменять. Хохо подловим и убьём при возвращению, попросим помощи у лисов. О Кобаго договоримся позднее. — Стукнув своей тростью по пню, закончил собрание Эрл.
Глава 17
Первые солнечные лучики, процарапываясь через деревянные ставни, осветили спальню. Вчера, не сумев как следует поговорить с незговорчивым Кобаго, впервые решил отдохнуть в доме. Выбрав единственную из двух не занятых комнат, находившихся на втором этаже, перенес в неё все свои немногочисленные пожитки, с трудом уговорив Муррку ночевать со мной. Моя морковка, постоянно приглядывавшая за больными детьми, боялась спать на втором этаже без веской на то причины. Спустя добрый час, мне удалось ту уболтать, а после, завернув нас обоих в шкуры, прижавшись к той как к печке, хорошенько выспаться.
Во время сна меня не тревожили насекомые, сквозняк не холодил кожу лица, не гонял волосы. Да и сам сон в шкурах оказался гораздо удобнее, чем сон на листве. Однако кровати, подушки, и цельной сшитой шкуры в виде одеяла всё равно не хватало.
Сегодня планов на день накопилось как всегда много. Для начала убедиться в целостности пик-пик и посевов. Затем ещё раз изучить окружающую поселение территорию (это требовалось для возведения частокола). Затем следовало подумать и поговорить с Кобаго об оружии. О том, которое даже трусливый кролик сможет использовать. Ну и в конце — благоустройство. Спать в доме хорошо. Но спать в доме, в кровати, с подушкой, одеялом, на мягком матрасе ещё лучше.
Растолкав заспанную, после моего подъёма эротично раскинувшуюся звёздочкой Муррку, повиснув над той, задумался… Может стоит немного задержаться? Провести «постельную зарядку», а работа… «работа не хуй, стояла и будет стоять!» Внезапно раздавшийся детский плач, и чья-то перешедшая на повышенные тона ссора, сбила весь настрой.
— Тупорылая овца!
— Осёл без яиц!
Орали друг на друга старшие дети Эрла.
— Мистер… — Когда я уже отказался от затеи, рукой схватила меня за колошу крольчиха. Этой ночью той было слишком жарко, все её повязки валялись в полуметре от шкур, на которых мы спали. Голая грудь глядела на меня возбуждённо торчащими сосками. — Может мы… — протянула она, пройдясь пальчиками по моему паху:
— Ты сношаешься как жаба! И член у тебя жабий!
— Я не виноват, что у тебя дыра как у лошади! И вообще рот закрой, а то из пизды сквозит!
Смешок вырвался из нас двоих. Коммуналка оживала. Зная как любит покричать во время секса Муррка, я решил воздержаться. День длинный, лес большой, найдётся ещё более подходящее место и возможность.
Бегло спустившись на первый этаж, замечаю как самые мелкие из семейства Эрла, уже убирают и доедают объедки, оставшиеся после вечерних посиделок взрослых. Несмотря на своё текущее положение и отношение к себе их родителей, ушастики, относившиеся к семье старосты, выглядели в разы выше, сильнее и плотнее, чем их уличные одногодки. Да и в глазах их я не видел того же блеска и энтузиазма, который наблюдал у голодных, готовых на любую авантюру сорванцов. Поприветствовав молодняк жестом руки, вышел на улицу. Тут-то уже во всю кипела жизнь.
Корзинки моего производства наблюдались у каждого второго шалаша. Каждый третий житель, имевший хоть какую-то одежду, в качестве пояса или подвязки использовал мою веревку.
— Доброе утро, шаман, — приветствовала меня, какая-то едва знакомая женщина кролли с грудничком на руках.
— Доброе, — пытаясь вспомнить где ту видел, отозвался я, пройдя чуть дальше по плотно утоптанной, ставшей словно асфальт дорожке.
— Доброе утро, шаман, — под удар камня, дробящего череп рыбы, произнёс мужчина с повязкой на ноге. Вчерашний Озерный охотник очень переживал, что из-за своей травмы не сможет добыть еды для семьи. Сегодня лицо его выглядело не таким уж и испуганным.
— Доброе. Как твоя нога?
— Стараниями Хохо всё хорошо, после ночи прям чувствую, иду на поправку, наверняка вкусный отвар, названный Уха, тоже помог мне в исцелении. Скажите, вам ведь сегодня ещё нужна наша помощь? Мои сыновья уже ждут вас у черного котла!