Мистер Фермер. Морковка за интим! (СИ)
Пленники, придерживая на руках не способных стоять, с надеждой на спасение, глядели в зарешеченное небо, видя наши с кроликом растерянные лица. И как быть дальше? В небе громыхнуло, и без того сильный ливень стал ещё сильнее, хотя казалось куда уже. Словно желая покарать хищников, призвать их к ответу за все грехи, вода прям на глазах затапливали их ямы, за считанные минуты поднимаясь в уровне.
— Без намёка на просветление! — Как и я, оглянувшись на мрачное небо, подтвердил и без того очевидный факт Боб.
Цепей способных сдержать хищников нет, другого места, кроме как содержания раненых с Пом, я выделить не мог, а значит, либо я должен отдать команду их переселить, либо прирезать, либо…
— Приведи Пом… — Попросил я Боба, и тот послушно кинулся за пленницей. Подозвав пару здоровяков Му на помощь, коопирируюсь с хищниками снизу, начинаю поднимать их самых слабых товарищей. Я не стану палачом, и отправлю Пом с предложением обменять тяжело раненых на любую еду, любую сталь, на любую полезную в быту всячину, лишь бы только избавиться от умирающего у меня на глазах баласта. Пусть цена будет не равна, пусть жизни их я продам за копейки, но, это лучше, чем отдать приказ о казне, или бросить их утопать в грязи. Видит бог, смерти их я не желаю. Не хочу вновь видеть покойников, не хочу глядеть на то как бездыханное тело раненой волчицы выносят за пределы деревни. Будь они рабами принадлежащими только мне, я бы вышвырнул их всех и глазом не моргнув, но, они не мои рабы, и принадлежат всему поселению. Отпустить их просто так нельзя, меня не поймут свои…
«Парламентарий», такая роль была отведена Пом. Пусть расскажет сородичам обо мне, пусть опишет им мои лучшие стороны, докажет что мне можно верить и со мной можно и нужно сотрудничать. Я пытался договориться с Чёрным глазом, и как казалось, он меня услышал, теперь настало время запустить в строй врага ещё кого-то из рода лис. А с ней, знаком доброй воли, я отпущу одного из пленных. Девочка волчица, её я и хотел отправить с лисицей, но прибывшая Пом, внезапно помрачнев возразила. Настроение её и без того казалось паршивым, ещё бы в дождь на улицу вытянули. Только помимо этого, чувствовалась и кое что другое.
— Не донесу, лучше его. — Указав рукой на более тяжёлого, раненого мужчину, сказала Пом. Лисица в открытую лгала, но зачем? Не хочет помогать девочке, нет, не то…
— Хочешь что бы она заняла твоё место? — Спросил я, но прямого ответа не услышал. Обреченный, резкий взгляд и немой кивок косвенный мне ответ. Так и есть, по мнению лисы волчица должна остаться. Пом кажется что с нами волчице будет лучше. Внезапно, внутри всё сжалось, теперь я понял почему она не хоте мне смотреть в глаза. Лиса, моя пленница Пом, она не хочет уходить! Словно я предал её, будто подставил под удар невидимого кинжала, она опустив голову, помогает здоровяку, что больше её в размерах, забраться к себе на спину. Больше я не видел блеска в его глазах, не видел того выражения лица, с которым она последние дни, смотрела на меня. Лишь холод, и мрачное, местами гнетущее, недовольство её хищной, вмиг обледеневшей души.
Я провожал хищницу взглядом до тех пор, пока силуэт её, и выводивших девушку Му, не исчез за стеной дождя. Кажется, в очередной раз я поступил неправильно. Но так ведь было нужно. Пом, она была той единственной из хищников, кому я мог хоть немного доверять, она одна из немногих, кто по-настоящему ощутила всё моё радушие, заботу и доброту. Её не били, над ней не издевались, не морили голодом(почти). Рыжехвостая Пом казалась единственным из всех кандидатов, кто мог описать все плюсы дружбы с нами. И почему то, мне казалось, она непременно сделает это.
— Всех тяжело раненых хищников в комнату Пом.
— Что, прям всех, а не жирно им будет? — То ли удивившись, то ли возразив, выдал Боб.
— Всех, это приказ. — Коротко и резко выдал я, вновь переведя взгляд на оставшихся барахтаться за решеткой.
Хищники, те кто мог стоять на ногах, кто мог вырыть в грунтовых стенах для себя лежанки, глядя на меня с низу вверх, не выражали того же недовольства что и кролли. Они не рычали от злости, не ругали меня, не обливали словесными помоями. В глазах их читалась благодарность, пусть и разбавленная обещаниями отомстить, но всё же благодарность.
Мда… вы уж извините ребятки, хотел бы я сделать больше, но увы, это вы пришли нас убивать…
На горизонте, показалась очередная, запыхавшаяся мокрая кроличья фигура. Это был тот самый, накаркавший о несчастьях кролли, и почему-то, я знал что он сейчас скажет.
— Староста, беда!
Да заебал… Сплюнув на землю, ещё раз взглянул на хищников. В этот раз кто-то из них, увидев моё недовольство, даже посмел улыбнуться. Эти шпроты, запертые в грязевой банке, насмехаются надо мной?
Холодный порыв ветра, дождём остудив лицо едва не сорвал с головы капюшон. Прохладный, умывший лицо дождевой бриз, остудил голову.
— Ну что ещё? — Копируя хриплый и храбрый голос блондинчика из варкрафта, отправляюсь решать следующие проблемы я.
От автора: Ребят, 900 лайков то добьём? Пятница на носу и бонусная глава хорошо бы её украсила.
Глава 37
На одних лишь пленниках проблемы не закончились. Вода, она была по всюду, затапливала туалетные ямы, потоком своим смывала шалаши наших кролли. Неплохо показали себя жилища из плетеных секций, их стены оказались более устойчивыми, а улучшенные самими жителями крыши не пропускали воду, однако, полы у всех всё ровно были затоплены. Наши люди буквально сидели один на одном. Первой из озвученных часовым бед стал подвал. Его залило как и камеры пленников. В вопросе этом инициативу проявили кролли, по грудь в воде, они вытаскивали продукты на поверхность, переносили в дом, в очередной раз превращая мою кухню в склад. Второй проблемой стал застой воды… Мой частокол окруженный насыпью под собой не имел сливов и стоков, от чего всё поселение превратилось в большую пиалу наполненную водой и грязью. Жители, те, кто находился на небольших возвышенностях, ещё кое как могли спасти свои шкурки от наводнения. А вот основная масса была вынуждена страдать, мокнуть и замерзать на ветру, ища спасение на высоких стенах.
К вечеру поселение, окружённое насыпью, взвыло, а пленники, едва не захлёбываясь от поднявшихся вод, всплыли до самых решёток. Держась за те руками, они не в силах преодолеть преграду, жадно хватаясь ртами, всасывали воздух и вновь погружались головами в воду. Смотреть на то, как они утопают, как захлёбываются будучи запертыми в ловушке, я не смог. Подняв солдат, вместе с Кобаго в очередной раз двинулся к ним на выручку.
— Сколько же с вами хлопот!
Последний из пленников, выбираясь из ямы и видя хмурое, искажённое недовольством и шрамами лицо Кобаго, зашитого в костяную броню, испуганно посмел сделать лишнего. Подумав, что их сейчас милостиво прирежут, он, дрожа от страха, обнажил когти и кинулся на охотника, когда тот повернулся к нему боком. Фатальная ошибка.
Охотник на хищников, как и ранее, был на чеку, рубил с плеча и в один удар. Чёткий, резкий, выверенный, разрубающий плоть и кости взмах, проходит прямо по горлу хищника. Башка нападавшего, отделившись от тела, летит в наполненную водой яму, следом за ним падает и туловище. Пав на колени, слезами заливаясь и моля о милосердии, взвывают девушки хищницы не желающие умирать. А я, даже слова не успев сказать, рукой прикрываю скривившееся от омерзения, собственное лицо. Кобаго, по его улыбке я знал, он ждал чего-то подобного. Ждал и получил. Пиздец…