Эксклюзив (СИ)

– Я никого не убивала, – уверенно произносит «кабачок», сложив руки на груди. М-да, последняя у нее выдающаяся. Кажется, Валентина специально ее выпячивает, дабы запудрить мозги Федору.
К счастью, на этот раз его взгляд не прикован к ее груди. Неповторимый подходит к шкафу в углу комнаты и проводит пальцем по книгам. Пыль ищет?
Оставляет в покое книги и берет хрустальную вазочку. Готова поклясться, что на его лице, при отсутствующей улыбке, мелькает радость. Он достает из вазочки барбариску и кидает ее в рот. Он настолько голоден, что радуется конфете?
– Откуда у вас эта флешка? – достает из вазочки флешку и демонстрирует кабачковой путане.
Флешка! Господи, как я о ней могла забыть?!
– Не знаю. Это не мое. Я даже не знаю, что это такое.
– Конечно, не ваше. Ноутбука и компьютера у вас нет, а флешка есть. На этой штуке хранится важная информация. Ее украл покойный Виктор. Если вы сейчас не расскажете, что произошло, на вас повесят еще и кражу этой флешки. А это ого-го какой срок, – явно врет, но как же правдиво.
– Я не хотела его убивать! – вдруг вскрикивает Валентина. – Это случайно. То есть он сам на меня напал, – никогда не думала, что скажу это, но туда тебе и дорога, Виктор. Три женщины и на трех напал. – Это было самообороной, вот.
– Предположим, так и есть, Валентина. Тем более рассказывайте в подробностях, как все было. Если это действительно была самооборона, то дела обстоят не так уж и плохо. Как у вас оказалась эта штука?
– Когда Люська с малой выгнали пьяного Витю из дома, я случайно его подобрала по пути. Мне стало его жалко, я привела его к себе домой и… ну, у нас все случилось. Я утром проснулась, приготовила ему завтрак, а он злющий как собака. Орал как ненормальный, что я у него украла… ну вот эту штуку. Я тогда и не знала, что это такое. Да и ничего я не брала. А он меня чуть не прибил. Витя весь мой дом перерыл. Ушел злющий. И в этот же день я полола грядку, смотрю около забора эта штука. Вспомнила, что Витя споткнулся, когда я открыла калитку. Тогда, наверное, и уронил. Я потом уже узнала, что это. Мы больше с ним не виделись, аккурат до дня убийства. Я хоть и обижена на него была, но ничего такого не хотела. Наоборот, случайно услышала крик, когда проходила возле Люсиного дома. Поняла, что Витя там. Взяла эту штуку, чтобы ему вернуть. И вот после этой, – указывает взглядом на Катерину. – Зашла в дом. А Витя как будто невменяемый, как с цепи сорвался. Он даже слушать меня не стал, сразу начал бить. Я машинально схватила со стола нож и ударила его. Я не хотела, – заканчивает свою речь, громко шмыгнув носом.
С одной стороны, радоваться надо, наконец раскрыто то, что не давало мне спать два месяца, а с другой, жалко кабачковую путану. Из-за какого-то гада сядет в тюрьму. Надеюсь, все же ненадолго.
– Итак, леди, слушаем меня внимательно, что и как надо говорить.
Дежавю. Хоть обращение не ко мне, но отчего-то приятно слышать это позабытое леди. А ведь здесь и началась наша история…
***
Мой самый голодный день рождения. И одновременно самый сытный на события. Бывает же такое. Желудок урчит от голода, а слюни так и текут от запаха беляшей. Но я стойко держусь, ибо хочу съесть это вкусно пахнущее чудо вдвоем с Федором. Представляю, что творится с ним. Он, в отличие от меня, даже мидию не съел. И все же рано купила, потому что они уже остывают.
За столько времени нахождения в участке, я изучила не только все стены, но и имеющихся работников. Двое из них очень даже приятные парни, не один раз пытающиеся позвать меня на чай. Но я стойко держусь. Пока еще держусь.
– А может быть, все-таки чай, Лизонька? Или какао? У нас и сладкое есть. Торт хочешь? – блин, а может съесть все-таки кусочек. Именинница, как-никак. Только я хочу согласиться, как слышу:
– Елизавета Евгеньевна не хочет торт, она следит за фигурой, – ну да, ну да, это особенно видно по пакету, в котором столько беляшей. – Ну все, пойдем отсюда, – берет меня за руку и тянет за собой к выходу из отделения. – Устала?
 
– Чуть-чуть. Я нам кушать купила.
– Я заметил. Давай дома поедим.
– А давай сейчас, нас еще в магазин за вещами.
– Может, ну их на хрен?
– Ты что? Столько денег. Почти как обручальное кольцо. Надо забрать.
Мы садимся в машину и уплетаем беляши за обе щеки.
– Ну все, дело раскрыто. Еще одна галочка в копилку наших расследований. Классно, – прожевав, говорю я.
– Моя галочка.
– Ты про то, что ты поймал Екатерину?
– Я про то, что я узнал, кто убил Витю.
– Ну, чисто теоретически, если бы мне не захотелось купить шторки в ванную, мы бы не поехали в тот магазин. Стало быть, и Катерину мы бы не встретили.
– Магазин выбрал я.
– У нас скоро будет фамилия одна на двоих. Тебе что, с будущей женой сложно разделить успех операции? Это мы нашли убийцу Вити и точка.
– Тебе флешки от Кротова не хватило?
– Ты что до сих пор переживаешь по этому поводу?
– Я не переживаю по этому поводу.
– Оно и видно. Ее мы тоже получили общими усилиями. Если бы ты не придумал отправить меня в парк, тогда бы я не треснула камнем тетеньку и не встретила бы Даниила. Так что и флешка, и раскрытие убийства Вити – наша общая заслуга.
– Договорились, – целует меня в губы и только сейчас до меня доходит.
– Кстати. Феденька, ты мой герой. Так бежал за Екатериной. Значит так хотел поскорее раскрыть убийцу Вити и взять меня в жены, – не скрывая улыбки выдаю я.
– Только об этом и мечтал, – улыбается в ответ.
– Ладно, так уж и быть. Я согласна выйти за тебя замуж и стать Неповторимой.
  
ЭПИЛОГ
 
 ЭПИЛОГ  
В который раз смотрю на свое сожжённое свадебное платье и слезы градом стекают по щекам. Самый ожидаемый в жизни девочки день с самого утра превращается в полные нижние девяносто. Это даже не попа, это просто жопа вселенских масштабов. Я потратила почти все скопленные деньги на свадебное платье моей мечты. Это был мой личный вклад в платье принцессы. А что в итоге? Принцесса оставила подогреваться плойку на платье. На свадебном платье!
Что делать – ума не приложу. Денег нет, а даже если я их и найду на какое-нибудь самое простое платье, салоны работают только с десяти. А регистрация в ЗАГСЕ уже в десять. Я физически не смогу купить себе новое платье. Голова раскалывается от непрошенных слез, а уж что с лицом…
Выхожу из спальни, стараясь не попасться зареванной на глаза бабушке. Захожу в ванную и вместо того, чтобы успокоиться и приводить в порядок опухшее лицо, я реву еще больше.
Дура. Вот надо было мне ночевать в ночь перед свадьбой у бабушки? Дурацкие приметы погубили лучший день в моей жизни!
Обливаю лицо холодной водой и ничегошеньки не помогает. Слезы так и льются, а глаза и губы опухают все больше.
– Лиза! Ну сколько тебя звать? – вздрагиваю от стука в дверь. – Федор звонит.
– Я сейчас выйду, бабушка.
Выключаю воду и накладываю на лицо жирным слоем крем, аля маска. Так на моем лице хотя бы не заметно опухшие веки. Подхожу к телефону и беру трубку.
– Привет.
– Ты почему на мобильный не отвечаешь?
– Не слышала.
– А где была?
– А что тебе сказала бабушка?
– Что ты сидишь в туалете, – ну хорошо, что не на унитазе.
– Я была в ванной, а, впрочем, неважно.
– Что случилось?
– Ничего.
– Ты меня за идиота держишь? Что у тебя с голосом?
– Нормально у меня все с голосом.
– Я еще раз спрашиваю, что случилось?
– Ничего. Просто встала с утра, хотела сделать прическу и… накрутила такого барана на голове, что хочется постричься налысо.
– Тоже мне проблема. Сейчас семь утра, помой голову и больше не крути барана.
– Да, так и сделаю, – после небольшой паузы, наконец выдаю я.
– Лиза?
– Что?
– Дело же не в бараньей прическе, – не спрашивает, скорее утверждает.