"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Все это пронеслось в голове у Брока быстро — Марфа даже не успела моргнуть. И сыщик уверенно ответил, даже ногой притопнул для убедительности:
— Нет, Марфа Алексеевна. Простите, никого. Обознался.
— А вас самого как звать-величать? — спросила красавица.
— Олег Константинович Брокалев, — церемонно поклонился сыщик. — Можно Олег. А лучше — Брок.
— А его? — кивнула Марфа на начавшего шевелиться дубля, лицо и волосы которого больше не напоминали иллюстрацию из учебника судебной медицины. Странным образом кровь исчезла и с рубахи, и с травы вокруг. Впрочем, чего уж там странного, вспомнил Брок, — обыкновенное волшебство. И, продолжая любоваться целостным видом своего второго тела, ответил женщине:
— Аналогично.
— Это как же? — взмахнула Марфа черными ресницами.
— Вот так вот, — развел руками Брок. — Так уж получилось.
— Но разве братьев называют одинаково?
— Да как вам сказать… — замялся сыщик. — С одной стороны — почему бы и нет? Разве кто-нибудь запрещает называть братьев одинаково? Согласен, на бытовом уровне это не очень, так сказать, удобно. Зовешь Васю — бегут два. Или кормишь Петю, потом еще раз Петю, а в результате один Петя объелся, а второй — голодный. Но я вполне допускаю, что в некоторых случаях это может быть, напротив, о-о-очень удобной штуковиной. Мало ли. То, се…
— Так вы — не братья? — непонятно каким образом сделала девушка вывод из броковского объяснения.
— Практически нет, — сознался Брок.
— А кто же вы тогда?
— Люди.
— А почему одинаковые? — продолжала настаивать Марфа.
— Я ж говорю, — вздохнул Брок, — так получилось. Нечаянно.
— Ага, результат неумелого колдовства. Как и это вот, — кивнула болотноглазая красавица на подтаявшую сосульку.
— Это — да, — кивнул сыщик. — А то — нет, — помотал он головой. — То, так сказать, — результат многомерности Вселенной.
— Вот оно что, — прищурила глаза Марфа. — Тогда конечно. Все ясно, как на ладони.
— Типичный, знаете ли, случай, — убедительно закивал Брок и поспешил перевести разговор на другую тему: — Он будет жить?
— Какое-то время — да.
— Как это? — подпрыгнул сыщик. — Недолго ему, что ли, осталось?..
— Откуда ж я знаю? — теперь уже открыто улыбнулась молодая женщина, обнажив белейшие зубы. Брок думал, что такие лишь в рекламе бывают, и то благодаря компьютерной графике. — Я ведь не господь бог.
— Что?.. — прохрипел вдруг с земли второй сыщик. — Бог? Я в раю? — Тут он раскрыл глаза и, не мигая, уставился на Марфу. — Точно, в раю… Вы ангел?
— Ага, — кивнул первый Брок. — А я — серафим. Шестиногий.
— Шестикрылый, — машинально поправил Брок-два.
— Да?.. — удивился сыщик номер один и попытался заглянуть за спину. — Ты смотри, не наколдуй!.. Волшебник, блин. В голубом вертолете… Наелся своего эскимо?
— О чем это ты? — спросил дубль, хотя вряд ли ему был интересен ответ. Он по-прежнему не отрывал взгляда от красавицы с черной косой, которая (красавица, а не коса, хотя, возможно, и весь комплект сразу) явно заинтересовала его куда больше.
— А ну-ка, вставай! — нахмурился Брок, прочитав в глазах «братца» нечто, совсем ему не понравившееся.
— Зачем это? — так и не посмотрев на коллегу, лениво махнул рукой Брок-два.
— Вставай, вставай, самоубийца недоделанный, — притопнул сыщик номер раз, — разговор есть.
— Да будет мне от тебя покой когда-нибудь? — наконец-то перевел дубль недовольный взгляд на первого Брока.
— Уже был. Только что, — хмуро ответил тот. — И был бы он вечным, кабы не Марфа…
— Марфа?! — воскликнул Брок-два и тут же резво вскочил. — Вас зовут Марфа? Какое чудесное имя! А я — Олег, — заулыбался он (совершенно по-идиотски, подумал первый сыщик, которого, к тому же, передернуло от слова «чудесное», да еще почти из собственных уст).
— А я знаю, — улыбнулась в ответ девушка. — Меня уже ваш… друг просветил.
— Вот как? — чуть не прожег в «близнеце» взглядом дырку Брок номер два. — И что же он вам наговорил?..
— А вот пойдем-ка, — взял его под локоть первый сыщик и потащил в сторону, словно буксир баржу, — я тебе как раз все и расскажу.
Брок-два отчаянно упирался, выворачивая шею и цепляясь жалобным взглядом за улыбающуюся Марфу, но «братец» оказался еще отчаянней в своем целеустремленном порыве. Он оттащил двойника подальше, прижал того спиной к березе и зашипел в ухо:
— Ты что?! Совсем очумел?! Это не Ирина!
— Это ты очумел! — задергался Брок-два, пытаясь сбросить с себя руки напарника. — При чем тут Ирина? Это Марфа.
— Вот именно!
— Да! И что?
— Это я у тебя спрашиваю: что? Ты чего на нее так смотришь?
— А какое твое дело? — удалось наконец второму сыщику сбросить одну «братскую» руку с плеча. — Тебе что, жалко? Ты вообще, так сказать, женат…
— Ч-т-то?! — задохнулся Брок-один, отпрянув от дубля. — Вот ты как дело поворачиваешь?.. Не ожидал я от тебя…
— Чего ты не ожидал? — Теперь второй Брок попер на первого и прижал того к дереву. — Что тебе от меня надо? Зачем ты лезешь в мою личную жизнь?!
— Но это не Ирина! — воздел руки к алым от закатного солнца березовым кронам сыщик номер один. — Я обещал тебе найти Ирину! Ирусика!..
— А я тебя об этом просил? — прищурился дубль.
— Нет, но… — заморгал Брок. — Но как же?.. — Казалось, еще немного, и он заплачет. — Но ведь она тебя ждет… Страдает… Можно сказать, неосознанно любит…
— А можно и не сказать, — буркнул второй сыщик, ослабляя нажим на «близнеца». — И вообще, это дурь. Кто меня где ждет? Кто любит? Меня вообще кто-нибудь когда-нибудь любил? Ты думаешь, мне не хочется любви? Ты хоть знаешь, что такое одиночество? Ты жил один сорок лет? Больше даже…
— Вот именно, больше! — колыхнулся Брок-раз. — Ты ведь старше ее на двадцать лет!
— На восемнадцать, — быстро поправил его «братец».
— Ах, ты уже все подсчитал? Глаз, как говорится, алмаз? Возраст любой женщины не секрет для суперсыщика Брока!
— А если и так! И не любой, а конкретно этой. Можешь спросить у нее.
— Значит, не двадцать, а восемнадцать?
— Не двадцать, а восемнадцать.
— Ну коне-е-ечно! Разуме-е-ется!.. Что такое восемнадцать лет — тьфу! Чепуха какая. Не двадцать же, правда что. Двадцать — это да-а-а! А восемнадцать — что? Можно и в расчет не брать. Типичный, знаешь ли, случай.
— Не ерничай, — буркнул сыщик номер два. — Сам знаю, что много. Но что мне делать-то, если я…
— Втюрился? — сурово прищурился Брок-раз.
— Да ты что… — хотел возмутиться дубль, но к концу фразы потух.
— Втрескался! — кивнул первый Брок, сведя брови.
— Ну-у… — пожал плечами «близнец».
— Врезался, — констатировал Брок-один и посмотрел в незнакомо блестящие глаза «брата». — По уши.
— Так ведь… — развел тот руками. — Тут уж… Как говорится, так сказать.
— Э-эх, — махнул рукой первый сыщик и, понурив голову, побрел назад.
— Ну чего ты, чего?.. — заныл, догоняя его, Брок-два. — Ну, правда, так-то зачем уж? Я ведь понимаю, что ты мне добра хочешь… Но ты сам-то подумай, так сказать… Разве бывает любовь по заказу? Как там у тебя было: сосулька упала — бац! — и любовь пришла. Что мне теперь — сосульку ждать остаток жизни? Не бывает же чудес, сам знаешь!..
— Кстати, — остановился Брок и обернулся к дублю. — Насчет сосульки. Ты что, не помнишь, что с тобой было?
— Где? — отчего-то испугался сыщик номер два.
— Не где, а когда.
— Почему? — заморгал Брок-два.
— По кочану, — буркнул первый сыщик. — По твоему тупому кочану сосулькой.
— Ка-а-акой сосулькой?.. — разинул рот «близнец».
— Та-а-кой сосулькой, — передразнил Брок-один. — Огромной. И сладкой. Как пятьсот эскимо.
— Я мороженого захотел, — прошептал Брок-два побелевшими вмиг губами. — И что?.. У меня получилось?..
— Ага. Можно и так это назвать. Только не получилось, а получил. Ты! Огромной белой сосулькой по маленькой глупой башке.
— И я умер?..