"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Во время всего разговора Ирина Геннадьевна не сводила глаз с мужа и с каждым его словом все больше и больше хмурилась. А когда Брок вернул ей телефон, сердито прищурилась:
— Что ты наговорил мальчику? Какие еще мемуары? Ты ведь отчитывал его до этого, что он нафантазировал всякой чуши и выдает ее за правду. Звездолеты, драконы!.. А теперь что случилось?
— Ой, Ирусик, перестань, — отмахнулся сыщик. — Не бери в голову. Когда я тебе свои мемуары расскажу, ты их тоже за фантазии примешь. Так что, кто его знает, этого Костика… А вдруг?..
— А как же… твое кредо?.. Неужто ты отказался от него?
— Да ты чего? — подпрыгнул Брок. — С моим кредо все в порядке! Чудес не бывает! Ни-ни, так сказать. Все можно объяснить с научной точки зрения. Если захотеть, конечно. Если верить людям, а не зачислять их сразу же, не разобравшись, в фантазеры. В обманщики, если можно так выразиться. Ну, подумаешь, звездолеты! Эка невидаль!.. Да и драконы, если посмотреть непредвзято… Разве это чудо? Просто редкий вид животных, как говорится. Это даже не блины у Берендея Четвертого. Вот те, скажу я тебе…
— Олеженька, что с тобой?.. — заплакала вдруг Ирина Геннадьевна. — Какие драконы? Какие блины?! Я так и чувствовала, что шастанья по иным измерениям повлияют на психику!.. Вон, и Сашенька неадекватная вся…
— Ну-ну, Иришечка, успокойся, — придвинулся Брок ближе к супруге и обнял ее за плечи. — Все у меня с психикой в порядке… Ну, во всяком случае, какая она была — такой и осталась. А у Сашеньки просто любовные переживания… Ну, то есть, не просто, конечно, а сложно, — поправился он, — но все вполне закономерно и, так сказать, объяснимо.
— Ну так и объясни же мне все наконец! — всплеснула руками Ирина Геннадьевна.
И Брок объяснил.
Супруга слушала, не произнося ни единого слова. Только изредка покачивала головой, то ли сочувствуя услышанному, то ли сомневаясь в его достоверности. И, когда Брок выдохнул: «Все», оказалось, что второе предположение более правильно.
— Что-то это как-то… — произнесла, отведя взгляд в сторону, Ирина Геннадьевна.
— Ты мне не веришь?! — подскочил Брок.
— Ну, не то чтобы не верю, но хотелось бы доказательств.
— Ты мне не веришь! — констатировал сыщик и, рухнув на табуретку, схватился за голову. Так он сидел, раскачиваясь и вздыхая, с полминуты, а потом встрепенулся: — Доказательства есть! Пойдем! — Он схватил жену за руку и потащил за собой в Сашину комнату.
Саша в прежней позе лежала на кровати. Но перчики с тарелки исчезли. Стакан тоже был пуст.
— Александра! — строго позвал Брок. — Покажи маме фотографии. Она мне не верит.
Сашенька подняла заплаканное лицо. Шмыгнула носом, буркнула: «Сейчас» и слезла с кровати. Вскоре позвала из общей комнаты:
— Идите сюда, все готово.
Супруги прошли к столу, где светился дисплеем ноутбук. Рядом, соединенный с компьютером проводочком, лежал фотоаппарат. Саша сидела на диване и щелкала клавишами.
— Садитесь, я все сбросила.
Брок и Ирина Геннадьевна сели возле дочери. Сашенька запустила слайд-шоу. На экране, медленно сменяя друг друга, стали появляться кадры.
— О! Это чердак! — воскликнул Брок. — Там переход в параллельный мир. А ты не верила, — глянул он на супругу.
— Верю, что чердак, — ответила та. — Самый настоящий чердак.
— А это я, — ткнул в следующий снимок Брок.
— Да что ты говоришь? Никогда бы не подумала…
На следующем кадре оказался Мирон. Взлохмаченный, улыбающийся, еще в очках. Саша тихонечко взвыла.
— Перелистывай, перелистывай! — скомандовал сыщик. — Покажи лучше маме царя.
Сашенька, всхлипывая, защелкала мышкой. На экране появился Берендей Четвертый.
— Ой! — прижала к заалевшим щекам ладони Ирина Геннадьевна. — Вячеслав Добрынин! Вы с ним встречались? Автограф взяли для меня?
— Это царь, — насупился Брок. — Я же рассказывал.
— Ага, царь, — закивала супруга. — Король поп-музыки. Доктор Шлягер.
— Ирина! — вскочил сыщик. — Да что это такое?! Ты хочешь сказать, что мы на концертах прохлаждались? Эх, говорил же я тебе, Александра, зря ты космос не сняла! Теперь нам даже родная мать с женой не верит… Хорошо еще хоть ты там была, а то бы вообще меня заклевали…
 
— Да никто тебя клевать не собирается! — рассердилась и супруга сыщика. — Но ты сам-то посуди: вот вернулась бы я через двое суток домой и заявила, что летала, дескать, в космос с Царем-батюшкой. Ты бы мне сразу поверил?
— Я бы? — нахмурился Брок. — Да я бы… — затряс он кулаком, — показал этому батюшке, как с чужими матушками летать.
— Вот видишь.
— Но я-то никуда с царем и не летал!.. — Тут сыщика осенило: — О! Сашенька, будь добра, покажи маме дядю Олега.
Саша снова заклацала мышью. На мониторе появилась физиономия Брока-два.
— Ой, Олежа, — воскликнула Ирина Геннадьевна, — что это на тебе такое зеленое? Вы там маскарад, что ли, затевали?
— Это не я, — буркнул сыщик. — Этот Олег.
— Да, мамочка, это дядя Олег, — поддержала отца Сашенька.
— А по-моему, это папа. Не понимаю, дорогой, — сурово посмотрела она на супруга, — как тебе удалось подбить нашу дочь на этот спектакль? Чем он тебя подкупил, Александра? — перевела она взгляд на Сашеньку.
— Да ничем он меня не подкупал, мама! Ну почему ты нам не веришь? Вот же фотки!.. — Саша принялась лихорадочно перелистывать снимки.
— На этих фотках я вижу только вас двоих, Мирона… — Ирина Геннадьевна взглянула на Сашу. — Прости, доченька… Вячеслава Добрынина, какого-то лысого старика, жгучую брюнетку… — Теперь уже досталось взглядом и Броку. — Опять вас двоих, теперь двоих Олегов и… Постой-ка!.. Верни предыдущий кадр… А почему тебя двое, Олежа?.. — заморгала она.
— Ну, наконец-то! — воздел Брок к потолку руки.
— Что «наконец»? Ты ведь не хочешь сказать, что у меня двоится в глазах от половины рюмки коньяка?
— Нет, мама, — помотала белой головкой Сашенька. — Это не у тебя в глазах двоится. Это на самом деле два папы. То есть, вот это папа, а это — дядя Олег. Или наоборот.
— Так значит… параллельный мир и впрямь существует?!..
— А о чем я тебе битый час толкую! Да какое там час, два скоро…
— Боже мой, — сказала Ирина Геннадьевна. — Боже мой.
— Вот именно, — кивнул Брок. — Так сказать.
— Сашенька, ты приберись тут пока, — притворно-ласково сказала мать дочери, а сыщику легонечко двинула в бок локтем и шепнула: — Пойдем-ка, выйдем…
Оказавшись с мужем наедине, Ирина Геннадьевна плотнее закрыла дверь в кухню и горячо зашептала:
— Так значит это все правда, что ты мне тут рассказывал?
— А как же! — прижал Брок к груди руки. — До последнего слова — одна лишь правда.
— И с Марфой этой ничего у тебя не было? — прищурилась супруга. — Что-то уж больно ласково она на тебя смотрит на снимках…
— Да это не на меня! — замахал сыщик руками. — Это на Олега! У них любовь, говорил же тебе!
— Значит, меня для него ты найти не сумел, — поджала губы Ирина Геннадьевна.
— Я пытался! Правда, пытался. А он — ни в какую. Я ведь тебе рассказывал — ему сосулька на голову упала, вот он с Марфой и познакомился. Прям, как у нас с тобой история вышла. Судьба, видно, такая.
— Давно ты стал верить в судьбу? — подняла на мужа удивленный взгляд Ирина Геннадьевна.
— Не очень, — поморщился Брок. — Но тут уж случай такой, так сказать, характерный.
— Вот-вот, — вздохнула супруга. — У меня тоже характерный. Для того я тебя и позвала, чтоб рассказать… О-хо-хо, да может и не стоит теперь уж…
— Нет уж, давай выкладывай! — запротестовал сыщик. — Так нечестно.
— Да чего там, — отмахнулась Ирина Геннадьевна. — Это ведь не меня касается.
— А кого?
— Мирошеньки горемычного…
— Его-то каким боком?
— Таким вот, Олежа, таким… Ладно, слушай. Помнишь, он про аварию рассказывал, в которой родителей лишился?
— Дык!..
— Ну вот, а у меня в бухгалтерии женщина работает, Андратова Валентина Сергеевна. Моего примерно возраста…