"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Вижу, вижу… И как оно, на сексуальном фронте?
— У-у, Андреич… Это такое было! Полет к звездам! Белка и Стрелка, блин!.. А кончал как?! Как из дула!
— Ты смотри, докончаешься… Что потом с пузом ее будешь делать?
— Да брось, Андреич! Какое пузо? У нее уже и возраст не тот…
— Возраст не тот, а еться самое то?.. Если она, брат, у тебя такая ебливая, — прости, конечно! — значит, по этой части все в норме. Смотри, принесет тебе подарочек.
— А, ладно, Колян! Херня все это.
— Ну, я предупредил.
Потом Ракитин встретил Алексея, очумевшего, но тоже счастливого, — и здесь картина как на ладони. «Во дают! Дочка-пиздюшка, мама-поблядушка…» — беззлобно подумал майор и отдал приказ на построение.
— Ну что, товарищи бойцы и командиры? Ночь провели с чувством, толком, со смыслом жизни… — начал он, и по рядам прокатились смешки, чем Ракитин остался доволен. — А теперь нужно собраться! Нам предстоит боевая экспедиция. Состав и снаряжение уточним после завтрака. Выезд через полтора часа. Вопросы?.. Нет? Отлично! Командный состав — на совещание, остальным завтракать.
Совещались в том же составе, что и вчера.
— Ну, не будем разводить баланду, — с места в карьер взял слово Ракитин. — Командиром опять предлагаю Зверева. От добра добра не ищут, а дело слишком серьезное, чтобы эксперименты устраивать. Справишься?
— Легко! — отрубил Михаил.
У Николая малость отлегло от сердца.
— Дальше, — обратился он к Рылееву. — Надо твоих огнеметчиков, хотя бы отделение. И кого-то из офицеров — за старшего.
Максим кивнул:
— Да я сам и поеду.
— Так, — согласился Николай. — Мустафин, Костенко — они в технике смыслят…
— Я таких парочку могу подбросить, — добавил Рылеев.
— Ага… Вот и этот вопрос закрыли! Ну, и добровольцы: кто хочет, без проблем.
Алексей после бурной ночи ощущал себя в некотором полураспаде и большого желания идти в поход не испытывал. Да и никакого не испытывал. Испытывал он желание спать.
Ракитин мельком покосился на мятое лицо журналиста, сразу прочел его тоскливые мысли…
— Меркурьев сегодня может отдохнуть, — сказал Николай с усмешкой.
Зато возник Сабирьянов:
— Можно я поеду?! А то уж сколько тут торчу, как пень! Если что, и за водилу сгожусь. Запросто!
— Добро, — не стал возражать Ракитин, но тут всех удивил Зверев.
— Нет, — веско молвил он, — я без Лешки никуда.
Все замерли в недоумении. Затем Николай потребовал разъяснений:
— Это как понимать?
Михаил набычился:
— Да я и сам не знаю, как понимать… Но это… он у нас ясновидящий, типа того.
— Еще интереснее, — удивился Ракитин. — А сам ясновидящий что скажет?
Алексей чуть не поморщился с досады. Зверев задел то, что ему самому было не очень ясно, и не хотелось ни с кем обсуждать это, а поразмыслить бы всерьез наедине с собой… Но сказано так сказано. Алексей с неохотой протянул:
— Ну, возможно, в сложных ситуациях у меня обостряется интуиция… Несколько раз выручала. Но толком сам пока не знаю, как, почему… Объяснить не могу.
— И еще как выручала! — брякнул Зверев.
Ракитин мыслил практично.
— Объяснять — это ваше дело. — Он указал взглядом сперва на Рябинина, потом на Меркурьева. — А мне главное — польза. Если она требует твоего присутствия…
— Да ладно. — Алексей пожал плечами. — Надо, значит, надо!
— Ну и все. — Николай глянул на часы. — Час на сборы!..
8
Клич, обращенный к добровольцам, встретил скромный отклик. Кроме Сабирьянова, нашелся лишь один желающий: Павел Рябинин, всегда готовый к подвигам, как пионер. Своим свирепым рвением он, конечно, всполошил старшего брата; тот закудахтал, что никуда Павла одного не отпустит, что поедет с ним вместе… Но Ракитин категорически запретил ему это.
— На вас, Игорь, — внушительно заявил он, — принцип добровольности не распространяется. Вы слишком ценный кадр. А брат ваш человек взрослый, имеет право поступать как хочет.
После этого упрямый Пашка засобирался, в том числе и назло брату, оставив того в состоянии предынсультного криза. Прочие члены вылазки восприняли этот рейс как должное. Солдаты засуетились вокруг БМП, снаряжая ее огнеметными зарядами, вскоре взревел дизель, погнал из выхлопной трубы темную струю дыма, и механик-водитель забегал, матерясь, вокруг машины — что-то не так показали ему приборы на панели.
 
Но вот и это позади. Экспедиция была готова: БМП с десятью бойцами и капитаном Рылеевым да потрепанный «соболь». Собралась толпа провожающих, тут же оказались мать и дитя Мамаевы, они жались друг к другу, вроде бы стесняясь случившегося, а вид имели невыспавшийся, но счастливый. Алексею показалось, что Света хочет сказать ему нечто, может быть поцеловать… да и Тамара Викторовна не прочь прослезиться от чувств… но далекий от романтики майор Ракитин скомандовал:
— По машинам! Снаряжение проверить!.. — И через полминуты: — Открыть ворота!
Взревел дизель, БМП покатила вперед, расшвыривая гусеницами щебень.
— Бисмилла рахман рахим… — пробормотал Мустафин, воткнул первую передачу, и «соболь» двинул вслед за броневиком.
Поехали.
Алексея вдруг посетило виденье из минувшей ночи — даже не виденье, ощущение своей восставшей плоти, погруженной в нежную норку Светы и он усилием воли отогнал этот глюк. «Нечего! — подумал он. — Надо сосредоточиться на деле».
Почти все уральские города имеют большой перепад высот. Низовка потому и называлась так, что была далеко внизу, в сущности, занимая полуостров, образованный петлевым изгибом русла реки. Спуститься туда можно было двумя путями; один из них — извилистая, почти серпантинная дорога, проложенная по крутому склону, — был в данном случае кратчайшим. По нему и громыхал эскорт из БМП и «соболя».
Обочины серпантина — старые домики, густые заросли, сады… Сейчас здесь совершенно пусто, ни души, и это, к чему вроде бы привыкли все, неприятно зацепило Алексея. В самом деле, ведь миллион человек в городе! Куда все подевались?! Даже если предположить, что все заразились, переродились… Миллион зомби! Ведь этот миллион должен бегать, носиться везде, как саранча… а этого и в помине нет. Пусто! Ни людей, ни зомби. Что это значит?..
Вспомни заразу — появится сразу! В этой правде жизни пришлось убедиться Меркурьеву. Он увидел, как БМП странно вильнула, царапнув асфальт гусеницами, потом услыхал глухие выкрики… а потом вскричал и Мустафин:
— А-а, сука! Вон он, сволочь!..
Справа по заросшему склону метнулась вверх сутулая фигура. Алексей вздрогнул: в этом беге не было ничего человеческого, так бегают обезьяны, что ли… черт знает! Больше не успел подумать — распахнулся верхний люк БМП, высунулся пулеметчик. В следующую секунду загрохотал РПК.
Очередь метко накрыла фигуру, и по ушам ударил дикий визг. Алексей побледнел, видя, как подстреленное существо корчится, дергается, катается по земле… Михаил злорадно захохотал:
— Что, гнида? Щекотки боишься?..
Тут дорога сделала крутой изгиб, и отвратительная картина пропала из виду.
— Всем быть наготове! — приказал Зверев. — Не расслабляться! Леха, как твоя эта… интуиция?
— Пока молчит, — сухо ответил Меркурьев.
— Все это имеет рациональное объяснение… — начал было Павел, но тут же получил от начальства дельный совет:
— Не делай умное лицо, студент! Ты не на зачете.
— Да нет, — вскинулся было Павел, — я вполне серьезно говорю… — Но по взглядам окружающих понял, что ученую дискуссию они считают неуместной. — Ну, хорошо, я потом вам докажу, — все-таки не сдался он.
Дальше ехали без приключений. Комбинат стройматериалов был заметен издалека: высоченная пыльная башня с длинной наклонной галереей из ржавого железа — для переработки извести, что ли. Это сооружение вообще выглядело сумрачно, а уж сейчас, в обезлюдевшем городе, в неживом безмолвии… оно и вовсе рождало зловещие предчувствия. Бог знает, как у остальных, но у Алексея что-то смутно промелькнуло.