"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

«Ха! — усмехнулся про себя Алексей. — Да разве я человек?.. Вот ведь вопрос, ребята! У меня на него ответа нет, а вы, поди, и знать еще не знаете, хотя вам и порассказали обо мне, наверно, всяких сказок…»
Пока шел, мелькнула мысль: «А вот интересно, чего это такую мощь сюда нагнали? Вроде как замирились с Роем…» Хотя, в общем, все правильно: хочешь мира — готовься к войне. С зубастыми и разговаривают иначе — почтительно. Впрочем, Даже такая орава бойцов и техники — это все-таки очень деликатно. А для Роя — тьфу и растереть… Ему своих зомбаков не жалко, пусть их и несколько тысяч сотрут с лица Земли. В запасе останутся еще сотни тысяч.
Когда Алексей подошел поближе, от группы отделился плечистый мужик и быстро зашагал ему навстречу. Что-то знакомое в походке… Алексей всмотрелся. Господи! Да это ж Николай! Ракитин!..
Ах ты чертяка — все-таки не утерпел, ломанулся в Зону вместе со всеми!..
Ракитин, просияв, бросился навстречу:
— Леха! Леха, брат!..
5
…После того как наобнимались, нахлопались по спинам, Ракитин успел сказать, что он попросился у начальства в экспедицию, мотивируя свое желание опытом пребывания в Зоне. Начальство сочло доводы майора убедительными и отпустило его.
Только он произнес это, как из-за угла высотки показалась статная фигура профессора Нахимова в сопровождении ухмыляющегося Подольского.
— Алексей Владимирович!.. — почтенный академик раскинул руки, готовясь заключить Меркурьева в объятия.
— И вы здесь, профессор, — усмехнулся Алексей.
— Как видите. — Нахимов обнял Алексея. — И не только я. Думаю, вы будете рады увидеть старых знакомых!..
Ученый муж произнес это столь загадочно, что Меркурьева на миг обожгла сумасшедшая мысль: неужто Света?! Но высокий гость тут же эту надежду развеял:
— С нами Игорь Рябинин, потом Слободчиков и ваш, так сказать, знаток и разведчик местных недр…
— Сачков что ли? — удивился Алексей тому, зачем такой солидной экспедиции мог понадобиться этот чудила грешный.
— Он самый, — ответил за Нахимова Ракитин. — Да и племяш его, кстати. Помнишь разговоры?
— А!.. Помню, — Алексей кое-что смекнул. — Ваня, кажется?..
— Да. — Николай улыбнулся. — Диггер. — И особенно глянул на Меркурьева.
Ну, мог бы и не смотреть. Алексей уже и так все понял.
— Ага… — протянул он. — Ладно. Ну, тогда что, отметим встречу?
— Да, да, — подхватил Нахимов, — непременно! Видите вот эту машину?
Алексей покосился влево и узрел армейский «Урал» с цельнометаллическим кузовом-кунгом. Выкрашенный в защитный цвет фургон ощетинился антеннами, в том числе и спутниковой тарелкой на крыше.
Проводник кивнул: вижу.
— Это так называемая КШМ, — начал пояснять и так всем очевидное профессор. — Командно-штабная машина, представляющая командный пункт. Мобильный. И, кстати, отапливаемый. Хотя сейчас тепло, даже жарковато с утра. — Он махнул рукой: — Идемте туда, там уютно, посидим, поговорим, вспомним былое… Я тотчас же распоряжусь. Товарищ полковник!
Тут оба наших мутанта, не сговариваясь, слегка озадачились: надо же, целый полковник во главе отряда! Круто. Впрочем, оказалось — не полковник, а подполковник, и никто иной, как бывший капитан спецназа ВВ Слободчиков. Как потом выяснилось, Слободчикова и Ракитина после возвращения из Зоны за проявленные мужество и героизм представили к наградам: вэвэшник и эмчеэсовец удостоились звания Героя России. И еще Слободчикову сразу дали подполковника.
Обнялись, поулыбались друг другу — все получилось вполне по-взрослому. Новоиспеченный подполковник был спокойно-сдержан, чувства свои обозначил краткой улыбкой. Но и с ним, командиром отряда, Нахимов разговаривал привычно-властно, даже не замечая этого, так выходило у него само собой. А военных, судя по всему, тоже строго-настрого проинструктировали относительно ученого, и тем осталось только взять под козырек: есть!
— Идемте. — Нахимов махнул рукой.
Пошли. Рядом вмиг возник Роман, вопросительно взглянул на процессщо. Алексей счел за лучшее пояснить:
 
— Встреча старых друзей. Мы все были там еще, на складе МЧС. Посидим немного, помянем павших…
— Ага. — Роман кивнул, но Валера без большого труда уловил его недоверие. Ностальгия? Боевое братство?.. Чушь! Практик и скептик Роман не верил в силу человеческих чувств.
В целом он ошибался. Чувства — очень прочная материя. Но в данном случае в своей подозрительности Меркурьев был скорее прав, чем нет…
Все это промчалось в мозгу Подольского. Да, Алексей может почуять что-то, нюх у него на зависть — звериный… Но шут с ним! В конце концов, на всякий чих не наздравствуешься.
  
ГЛАВА 15
 
1
Нахимов энергично распоряжался — и забегали, подстегиваемые приказами, какие-то люди, зазвучали зычные командные голоса… А вот и Игорь Рябинин собственной персоной! Вроде бы спокойный, без истерик, без депрессий, только опять же странный какой-то… он сутулился, поводил плечами, как будто ему холодно, смотрел исподлобья. Алексей было ринулся ему навстречу:
— Игорь! Привет!.. — И услышал в ответ сдержанное:
— Здравствуйте.
Алексей несколько оторопел:
— Игорь, да ты что? Не узнал меня что ли? Я это, Алексей Меркурьев, ну? Помнишь?
— Как же. Прекрасно помню. Алексей Меркурьев. Здравствуйте.
— Ё-моё, — сказал Меркурьев, чувствуя себя в этот миг не мутантом-суперменом, а прежним журналистом, немного уже и самим собой позабытым… — Игорь! С каких это пор мы с тобой на «вы»?!
Рябинин так же исподлобья посмотрел на Алексея.
— Да, — сказал он. — Хорошо. Согласен. Будем на «ты».
Подольский рефлекторно, без всякой цели, «просветил» мысли Рябинина — и, как ни странно, ничего необычного не обнаружил. Все ровно, гладко, безмятежно, никаких волнений, завихрений, никаких темных уголков. Как после лечения транквилизаторами — мелькнуло у Валерия, но думать об этом было некогда.
Появился еще один знакомец: Сачков. Бывший охранник за эти дни сделался еще солиднее, даже вроде бы чуть раздался вширь, хотя и прежде симптомов недоедания не проявлял. А раздуло его, видимо, от осознания близости к профессору Нахимову, который, в свою очередь, был лицом, приближенным ко двору… Аборигенов Геннадий Юрьевич приветствовал важно, покровительственно — это вызвало у Алексея и Валерия беззлобную усмешку. Но улыбались они Сачкову по совсем иной причине: просто приятно было его видеть — жив, здоров, вот и в весе прибавил… ну и слава богу.
— Очень рад, — искренне сказал Алексей.
— Взаимно, взаимно… — снисходительно протянул Сачков, решил, что излияний довольно, обернулся и жестом подозвал невысокого юношу, скромно стоявшего в сторонке: — Вот, познакомьтесь. Племянник мой, Иван.
— А, Ваня! Гегемон подземного царства… Здорово! Рад с тобой познакомиться.
— Я тоже, — сказал Ваня почтительно, но без подобострастия. — Много о вас слышал.
— Ну, а теперь и видишь, — пошутил Меркурьев и подумал, что вот Роману еще пища для размышлений: Ваня-то боевым соратником не был, так какого черта он делает здесь, на встрече?..
— Ребята, ребята, — вмешался Нахимов, — идемте!.. Товарищ полковник! — Он продолжал упорно завышать звание Слободчикова. — Мы, как боевые товарищи, отметим встречу… полагаю, вы присоединитесь? Это ненадолго, не волнуйтесь.
Последние фразы ученый произнес нарочито громко — так, что не только Роман, но и весь двор, полный военнослужащих, это расслышал. Безмолвно улыбающийся Слободчиков в камуфляже без знаков различия, судя по его лицу, отвык волноваться лет двадцать тому назад, поэтому на слова профессора лишь кивнул.
2
Внутри КШМ для восьмерых было, пожалуй, тесновато, но ничего — худо-бедно разместились. Алексей с равнодушным любопытством оглядел убранство мобильного штаба: жидкокристаллический компьютерный монитор, трубки телефонов, переключатели и циферблаты каких-то приборов — наряду с современными, на основе микроэлектроники, еще и архаичные, электромеханические — так надежнее, сообразил он… Засмотрелся и не увидел, как в руках Нахимова оказалась бутылка коньяку.