"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

По понятным причинам не дождавшись ответа, насекомое заинтересованно сунулось мне в ноздрю. Адовы глубины! Хвост Люцифера! Как тут было удержаться? Я и не удержался — снова чихнул.
— Тихо! — вскинулась кляча. — Нас подслушивают!
Я затаил дыхание.
— Послышалось… — помолчав, определил старикан. — Нет никого, тихо. Хотя… Чую я: сопит кто-то поблизости. Никак схоронился кто рядом?
Адово пламя… Ничего я не соплю. Попробуйте бесшумно дышать, когда вам рот заткнули металлической перчаткой!
— Подслушивают! — грозно оскалилась кляча. — Самолично растерзаю! Где здесь проклятый вражеский лазутчик?
  
ГЛАВА 3
 
— Я не подслушивал, — объявил я сразу после того, как старикан вытащил кляп из моего рта. — Я ничего не видел. Ничего не слышал. Я слабослышащий. И слабовидящий. И вообще слабоумный. Мое дело — сторона, знать ничего не знаю, ведать ничего не ведаю. Отпустите меня, уважаемые колдуны, а?
— Ой, а кто это? — поинтересовался старикан. — На тех чужеземцев не похож. С рожками… Какой отвратительный… Лодур, глянь-ка, кто это такой-то?
Надо мной воздвигся лошадиный круп. Глубокомысленно мотнув гривой, кляча медленно выговорила:
— Ничего не отвратительный. Подумаешь, рожки… Рыжий. На кого он похож-то? Похож на кого-то… Фьяльни!
— Ась? — откликнулся чернолицый старикан.
— Ермунганда в пасть! Отвратительный! На себя посмотри! Этот парень на меня похож! Вот на кого!
— Ничего себе! — не выдержал я. — Как это — похож? Я, конечно, тоже парнокопытный, но не до такой же степени!
Кобыла с чернолицым переглянулись и заржали одновременно. Вот типы — шутя распугали дружинников и рейхсфюреров и продолжают веселье.
— Смешной паренек! — всхлипнула, вытираясь хвостом, кобыла.
— Да, не врубается, — поддержал старикан. — Зигфрид, иди глянь!
Змеюка с шуршанием подползла ко мне, приподнялась из травы и внезапно совсем по-человечески охнула:
— Господин Адольф!
— Вы знакомы? — удивилась кобыла Лодур.
— Никогда раньше не видел, — на всякий случай открестился я. — Я с ползучими вообще дел никаких не имею. Как-то встречался с одной летучей одноглазой змейкой — но только один раз. Она мне голову хотела отгрызть, а я ее в духовке запек… — Тут я запнулся, поняв, что наболтал лишнего. — Я надеюсь, э — э… уважаемое пресмыкающееся, у вас родственников в России нет?
— Есть! Есть! — взволновалась змея. — Господин Адольф, вы меня не узнаете?
— Ну, ладно, хватит! — крикнула кобыла и, подпрыгнув вдруг на задних копытах, изобразила «свечку». — Смотри!
Кобыла исчезла в облаке розового тумана. Змеюку затрясло, словно в припадке. Необычное было зрелище — будто сквозь батон докторской колбасы пропустили мощный разряд тока. Змеиные глазки увлажнились, зубастая пасть плаксиво сморщилась, выпустив нехилую струю плотного зеленого газа…
Продолжения я не увидел, потому что старикан Фьяльни, чтобы ловчей стащить с меня цепи, перевернул меня лицом вниз. Но когда я получил возможность подняться на ноги, никакой кобылы не было. Вместо нее стоял, подбоченившись, рыжий молодец в кожаной одежде — действительно здорово похожий на меня, только повыше, без всяких признаков рожек и с ожерельем из камешков на груди; а на том месте, где минуту назад перекатывалась змеюка, мялся с ноги на ногу Степан Федорович — Штирлиц собственной персоной. Честное слово, я обрадовался!
— Господин Адольф!
— Господин штандартенфюрер!
Мы обнялись, всласть похлопали друг друга по плечам, я трижды попытался уклониться от страстных поцелуев (не люблю телячьих нежностей), но не пре-успел в своих попытках ни разу; в конце концов Степан Федорович совсем раскис, прослезился и похохатывающий Лодур отлепил его от меня. И предложил:
— Ну, почтенный Зигфрид, расскажи нам с Фьяльни, откуда ты знаешь этого почтенного пленника?
— Зигфрид? — удивился я.
— Зигфрид, — подтвердил Лодур. — Повелитель Нотунга, Истребитель Великанов.
— Э-э… — немедленно смутился Степан Федорович. — Можно, я со старинным приятелем тет-а-тет потолкую? Буквально на минуточку?
 
— Пожалуйста, уважаемый Зигфрид, без проблем, уважаемый Тет-а-тет.
— Вообще-то меня Адольфом зовут, но это неважно… Я погляжу, данные от рождения имена теперь ничего не значат. Итак, Степан… то есть Штирлиц… то есть, тьфу, Зигфрид, пошли!
Степан Федорович ухватил меня за локоток и оттащил в сторонку.
— Значит, такое дело, — зашептал он. — Меня теперь Зигфридом прозвали. Вы уж не это самое… не разубеждайте мою новую компанию. Во-первых, неудобно, а во-вторых, они за обман и превратить могут нас обоих в какую-нибудь гадость…
— Ну, это мы еще посмотрим. Я и сам не лыком шит… Хотя, насколько мне известно, этот Лодур, он же Лофт, он же Локи, — довольно ушлый парень. Так что не расслабляемся. Рассказывай!
— Тут такая история вышла… Когда вас немного ранило и вы решили пробежаться вслед за этим бородатым…
— Гиммлером?
— Ага… Через некоторое время вдруг — бах! Шарах! Бум! И все полетело вверх дном. Зомби в одну сторону, я — в другую. Ну, я очнулся и понял, что мне ради разнообразия повезло — я остался жив. Иду, бреду, не узнаю местность… Туман вокруг, скелеты разбросаны. Страшно… Набрел на какой-то замок, зашел попроситься на ночлег, а в замке никого. Только сидит за столом перед пустым ведром детина и пучит на меня глаза. Я поздоровался вежливо, а он как заорет: «О, как долго я спал! Аж гости все разошлись! » Посадил за стол с собой, хотел вина налить, но вина не оказалось. Детина расстроился и снова заорал: «О; как долго я спал, все бочки высохли! И все слуги передохли! » Надо, говорит, немедленно пару бочек приобрести. И вот пошли мы с этим алкоголиком за опохмелкой…
— Алкоголика как звали? — осведомился я.
— Не знаю, он не представлялся. По дороге мы завернули в какую-то пещеру. Детина опять как заорет! «Етун! — орет. — Где ты, лентяй? Так-то ты мой меч охраняешь? А ну, подавай его сюда! » Из пещеры кто-то рычит, а что рычит — не поймешь… Детина тут же похвастался: «Вот, мол, какой у меня етун дрессированный. Хозяина по голосу узнает! Только надо крикнуть погромче. Подсади-ка меня на этот камень… » Я подсадил, но вы же знаете мое везение? Я поскользнулся, Детина поскользнулся и рухнул прямо головой вниз. Но сразу поднялся и завопил: «Ефун! Подафай фюда мой мефь! Фу, кавется, жуб вываливфя… » А из пещеры ему: «То не голос моего хозяина, сейчас я тебя, самозванец, буду жрать! » И вылезает громаднейший мужик — прямо с пятиэтажный дом ростом. Настоящий великан! Детина: «Ефун, опомнифь! Я твой ховяин! » Великан снова: «То не голос моего хозяина! » Детина осердился, великан осердился — и такая пошла драка! Я даже переволновался. В общем, когда я вылез из пещеры, рядом никого не было. В смысле — живых. Детину великан обработал так, что мама родная не узнает, но и великану не легче пришлось… А в пещере лежал большой такой меч с красивой рукояткой… Я его попытался поднять — просто так, для интересу, — но не смог. Только выволок из пещеры и выдохся. Ну, в общем, когда Лодур и Фьяльни наткнулись на меня, я как раз присел на великанью ногу — отдохнуть. И, знаете, Адольф, они меня почему-то сразу так зауважали… Приняли в свою компанию, разговаривают вежливо, потчуют без устали, а Фьяльни — так тот поначалу все кланялся и не смел в моем присутствии даже сидеть… Я вот и подумал: может, мой период невезения наконец-то закончился? Ни разу в жизни меня так не почитали…
Идиот! Закончился бы твой период невезения, не оказался бы ты в мире мрака и хаоса! Я почувствовал дыхание сзади и толкнул Степана Федоровича коленкой. Тот осекся.
— Чего там рассусоливать! — похлопал нас по плечам Лодур. — Дела пора делать! Я слишком долго спал, чтобы сейчас на болоте скучать. Чужеземцев мы спугнули, а вот бы выяснить, кто они такие и что им на наших землях понадобилось? Вот ведь — чуток в небытии покемаришь, а на родине уже полный разлад. Селения в прахе, половина народу в труху превратилась, подозрительные типы шастают где ни попадя… Тет-а-тет, друг милый, есть у меня к тебе предложение…