Очень Страшный Властелин. Том II (СИ)

Странный холод на краю сознания, казалось, стал чуть сильнее. И это было не из-за потери верующих, приносивших тепло. Что-то другое. К сожалению, славянский бог не обращал на это внимание.
Сейчас ему нужно было выйти на охоту. Ещё раз. На этот раз лично.
В этот же миг в материальном мире отдыхавший в своем частном доме пожилой непримечательный мужчина резко открыл глаза, после чего его тело несколько раз дёрнулось в лёгком припадке. Вокруг него начали распространяться молнии, глаза засветились синим. Наверное, когда (или если) мужчина придёт в себя и вернется домой, начнёт громко ругаться, увидя, что произошло с его мебелью.
Первожрец (на самом деле, по факту, единственный жрец) бога встал с кресла, прикрыв глаза. Спецэффекты все тут же исчезли. Чуть кривовато улыбнувшись, бог в смертной оболочке пошёл за гадами, которые подпортили ему репутацию.
Жрец редко когда себе принадлежал, и этот случай не был исключением.
  
Глава 37
 
Как я и предполагал, божок появился. Да не просто отправил кого-то из своих людей, а лично «спустился в мир смертных», вселившись в тело своего первожреца. На самом деле, достойная альтернатива, когда нет своего тела — по своему опыту могу сказать, что не одно и тоже, но ощутимые плюсы от этого не пропадают.
Тут тебе и дополнительная защита в виде материального тела (энергетические тварюшки довольно уязвимы к ударам по энергетике благодаря чему, казалось, совсем хилая оболочка могла помочь больше, чем может показаться на первый взгляд), и увеличение перечня возможностей в материальном мире. Плюс, особо боязливые за свою энергетическую тушку существа могут использовать своё вместилище как «приманку», сами свалив в личное пространство. Сам я таким никогда не располагал, ибо пошёл по пути воплощения внутреннего мира впервые, но с уверенностью могу сказать, что может спасти существование.
Ну, или оттянуть скорую мучительную кончину, как было в случае моих недоброжелателей. В голове появляется всё больше и больше воспоминаний моих приключений, так что выводы сделать определённые могу — по флеру энергии в чужое пространство попасть легче, чем кажется. Если, конечно, воспринимать реальность на моём теперешнем уровне, кхе-кхе.
Естественно, что первой «жертвой» нападения стал не я. Ещё бы мне так повезло. Первой жертвой стал один из культистов, возвращающийся после своего похода к одному из потенциальных верующих в Перуна людей. Связь между нами была налажена моими частицами (в конце концов, мы изначально ожидали подобного), но успеть спасти физическое тело от смерти всё равно не смог — божок в теле человека выскочил неожиданно, пальнул своей молнией, убил культиста и аки мелкий гопник подался в бега.
Ну не гад?
Душу не успевшего толком охренеть культиста моя частица подхватила и вернула к законному владельцу — то есть, кхе-кхе, мне.
На протяжении следующих пары дней наше «противостояние» стало более явным — начались небольшие потасовки противоборствующих групп, время от времени появлялся божок и делал грязь, а потом просто убегал. Из-за этого у меня даже состоялся небольшой разговор с группой пойманных «вражеских культистов», без которых нормально наладить связь с божком и не получилось бы.
…как же это всё странно звучит, блин.
— Вам не кажется, что он гопник какой-то? — вежливо поинтересовался, закинув ногу на ногу, сидя на своем диване. — Нет, я серьезно: поджидает за углом, неожиданно выбегает, бьет и убегает. Телефон только не гопает, но мне кажется, что это временно. Я ведь тоже так могу, знаете? — на манер папы приподнял бровь. Ну, почти — он гуру, а я просто учусь.
Коротко о славянских богах двадцать первого века, ага.
Атмосфера в этом подобие церкви, посвящённой мне и моей жрице, встречала трёх связанных мужчин со всей возможной гостеприимностью: было мрачно, куча мутного живого и просто существующего народу, холодно (то-то белое облачко при выдохе появляется, а так не чувствую), ещё и витраж странно выделялся, мистично сверкая, привлекая своими красотами лишнее внимание. Чувствуй я нормально страх, так сам бы мог поделиться весьма и весьма специфическими ощущениями.
 
— Я со стенкой общаюсь? — вздохнул я.
Культисты продолжали молчать, испытывая что-то среднее между «мама, я хочу проснуться» и «да пошло оно всё в задницу».
— Нам нечего тебе говорить, культист, — огрызнулся один из лежавших мужчин. — Наш Бог придёт. Рано или поздно.
— Мы этого и ждём, — хмыкнул я, с какого-то перепугу сейчас чувствуя себя злом, которое гнусно похитило добро. — И, чтобы ты понимал, я не совсем культист. — Видя непонимание на лице вражеского культиста, терпеливо пояснил: — Шишка я чином повыше, сечешь?
Раз не получается договориться языком практически здорового человека, буду говорить иначе.
Судя по лицу, «секут» не особо. Ну, во всяком случае, прямо говорить вероятному проводнику воли божка, что культ не просто «может огрызаться» (а ведь это выходит, что он боялся прямо нападать на практически простых людей, неужели так не хочет лишнего внимания?), а имеет в своих рядах сам объект поклонения, пока рановато. Скорее всего меня могут максимум посчитать упавшим с неба могущественным говорящим. Кто вообще в здравом и не особо уме подумает, что вдруг объявиться «бог», фактически, полумертвого небольшого культа? Ещё и с материальным телом? Ха-ха!
Обдумывая это, встал со своего дивана, после чего подошёл к трём вмиг напрягшимся телам.
Смотря в глаза одному из мужчин, засунул руку в карман, достав оттуда только что сформированную полусуществующую зубочистку, после чего положил её в рот, прикусив. Для антуража ещё и наступил одному из мужиков на голову. Не хватало только беретки, но её доставать из кармана, наверное, было бы палевно.
Впрочем, образ малолетнего гопника божественного уровня получился практически полным. На славу.
— Забиваю стрелку, мудила, — смотря в глаза одному из культистов (и чего он трястись начал, м?), обратился я к кому угодно, а не к пойманному «жалкому смертному». Не сомневаюсь, что божок может следить за своими верующими, выступят передатчиком. — Завтра. Место можем перетереть отдельно. — Вот так вошёл в образ, блин. Вот так вошёл. — Стенка на стенку. Или зассал? Давай, не боись. Знаю же, что следишь за всем.
Тело культиста неожиданно дёрнулось. Я увидел протянувшуюся едва заметную, практически несуществующую мерцающую нить, соединившуюся с телом, на которое я по-хозяйски наступил.
— Ни один вымесок, отрок, не величал меня ещё ссыкуном, — заискрились пафосно глаза культиста, голос мистично исказился, по округе начали раздаваться лёгкие раскаты грома. Души бога в теле, увы, не было — просто кусочек… м-м-м, воли. Сознания. Могу и вырвать его, но бесполезно — сбежит, а там не поймаю. — Стрелка!
Мысленно довольно улыбнулся, достав изо рта зубочистку.
— Тогда предлагаю место, кент…
***
Собирался ли я действовать честно? Против гопника-то «божьего»? Да ни в жизни. Договорились мы устроить «забив» за городом, в лесу. Естественно, ночью, дабы минимизировать количество свидетелей. Ночных гуляк хватает, но… тут мы уж ничего поделать не можем. Не в пустыню же переносить подобные побоища?
Уже представляю, как мы сидели бы вместе в самолете и читали новостные журналы, дружно давая друг другу советы, как не обгореть. Никто таким заниматься не будет, а переносить довольно большую группу людей на такое расстояние — нафиг надо.
Эх, не напоминают мои стычки битвы богов, не напоминают… В воспоминаниях оно всё как-то попафоснее было. Время было другое, вечность другая, м-да.
Поляна, на которой мы собирались устроить локальную войнушку, была довольно большой. Свободного пространства хватало для того, чтобы спокойно поместилось под тысячу и больше человек. Кучкой, но всё же.
Почему я сказал, что не буду честно «играть»? Ну, тяжело назвать честной игрой заминированное поле. Да не бомбами какими, а ужасами. Да не просто ужасами, а ужасами, вдоволь покрытыми моей сущностью, ещё и маленько модифицированными — как ни странно, я имею до абсурда много опыта разного рода манипуляций чужого тонкого тела — накачать весьма и весьма специфической энергией, подкорректировать возможные мутации, не дать подобию сознания разбиться на тысячи осколков… слишком сильно, — всё это умею и практикую, и чем больше времени проходит — тем лучше. Опыт. Профессионал широкого профиля, блин. Понятно, что другая сторона попытается сама устроить какую-то подлянку, использует какой-то гадкий приём, проверит заранее местность, в конце концов, только…