Революция не всерьез. Штудии по теории и истории квазиреволюционных движений

«Кружок» давно действует в Москве («Муравинские четверги») и за несколько лет своего существования уже доказал полную свою бесперспективность. (С. 233) Кружок успешно работает, решает те задачи, которые были перед ним изначально поставлены — самообразование участников и обмен идеями. Идеи А. Тарасова большим спросом там не пользуются. Может быть, по этому случился такой суровый приговор.
Мое мнение о «Мурчете» основано на моих впечатлениях о работе этого кружка. Поскольку А. Шубин оспаривает вывод, вынужден пояснить подробнее. Этот «кружок самообразования» работает так: достаточно случайные люди (неспециалисты, как правило) рассказывают в свободной манере на кружке обо всем на свете: от творчества Марины Цветаевой до. роли анархистов в Испанской революции. Как правило, это пересказ по памяти какой-нибудь недавно прочитанной статьи или книги. Но слушатели довольны: они знают еще меньше. Подбор слушателей случаен, состав их непостоянен. Записи не ведутся. Материал не прорабатывается. В головах у слушателей едва ли что-то остается, кроме иллюзии знания (а еще вероятнее — смутных воспоминаний, что по этой теме что-то рассказывали). Не говорю уже о «компетентности» «лекторов». Это не кружок самообразования, а фикция. Кружки самообразования у революционной молодежи XIX — начала XX в. работали по другому принципу — так, как это делал Союз коммунистов (см. ответ на замечание Шубина № 11). Никаких «задач», конечно, при таком образе «самообразования» «решить» не удастся. Основатель «Мурчета» Н. Муравин и М. Цовма это хорошо понимали. В конце 1995 — начале 1996 г. они вели со мной переговоры о том, чтобы создать внутри «Мурчета» еще одну структуру из небольшой группы постоянных участников, которые бы занимались самообразованием академически — по принципам кружков самообразования XIX в. Речь шла также и о привлечении к работе «Мурчета» (или этой группы внутри «Мурчета») в качестве лекторов меня, Б. Кагарлицкого, М. Грецкого, В. Арсланова, В.Бабушкина, П. Кудюкина, В. Роговина, Г. Ракитской и некоторых других. Ничего из этого не вышло ввиду органической неспособности анархистской вольницы к систематической работе и соблюдению дисциплины. Меня лично выступать на «Муравинские четверги» приглашали неоднократно. Я ни разу не выступал, так как понимал полную бесперспективность этого кружка. (Примечание для Шубина: слово «поэтому» пишется слитно.)
1 апреля — 7 мая 1998
  
Обиженным
 
Я рад, что мне удалось спровоцировать сезонное обострение и трогательное пасхальное единение сразу у стольких взаимно ненавидящих друг друга людей, в большинстве своем — жутко ленивых и ригидных. Даже вялый Цовма ради такого случая нашел в себе силы и смелость что-то сочинить!
Я понимаю, вы обиделись. Вы думали, я напишу, что вы — герои, совершившие всемирную анархистскую революцию. Ну так вот: вы не герои и никакой революции никогда не совершите. Не потому, что революцию вообще нельзя совершить, а потому, что именно вы на это не способны. Вы — не революционеры, у вас нет никакого революционного опыта (к Владу Тупикину это не относится: у него за спиной опыт подполья OK ВРМП). Вот Бакунин, Кропоткин, Махно — действительно революционеры: они участвовали в революциях (пусть буржуазных, как Бакунин), сражались на баррикадах, сидели в тюрьмах, рисковали своими жизнями, убивали других. А чем можете похвастаться вы? Тем, что зачарованно смотрели в рот политическим перевертышам Шубину и Исаеву (к Дамье это не относится, он раскусил, с кем имел дело), когда они вешали вам лапшу на уши, используя вас как ступеньки в своей карьере буржуазных политиков и манипулируя вами по заказу «реформаторского крыла» номенклатуры? Когда наша бюрократия решила стать буржуазией, она использовала все ваше «анархическое движение» — как предмет одноразового пользования. А потом, естественно, за ненадобностью выбросила. Вам понятно, или вам надо «доступно разъяснять», на что вас надевали и куда засовывали? Но вы же ничего не поняли и ничему не научились — судя по тому, как вы любите таскаться в Минск, чтобы там орать «Долой Лукашенко!» на пару с местными фашистами на митингах, оплаченных деньгами Сороса.
 
У вас нет никакого будущего. Вы так и будете до конца жизни (если не сопьетесь, не сторчитесь или просто не станете обычными российскими обывателями) пьяно трепаться на кухнях, писать суконным языком листовки, устраивать клоунские пикеты (хоть бы один из вас задумался: а может быть, это все — устаревшие формы пропаганды!) да печатать скудоумные журнальчики, которые никому, кроме вас, не интересны и не нужны. Тот самый капитализм, с которым вы якобы боретесь, даже не обращает на вас внимания — а зачем? Опасен только умный противник.
Я не намерен с вами дискутировать. Бесполезно говорить с людьми, которые не понимают того, что они читают. Я давно уже составил мнение об умственных способностях, например, Боярского. [522] Его «отклик» только укрепил меня в этом мнении. Если у меня (см. с. 84–85) черным по белому написано, что никогда не стать вам рафовцами, а Боярский читает точно наоборот — о чем с ним говорить? О нарушениях процессов понимания и запоминания? Я не психиатр. Да и вообще, какой РАФ? Вам всем так хорошо жить в условиях «буржуазной демократии», вы так дорожите своим комфортом, своими компьютерами, магнитофонами, пивом, водкой, жратвой, противозачаточными, возможностью беспрепятственно печатать какой угодно бред, возможностью безопасно трепаться часами на «революционные» темы, что никогда не рискнете променять ваше удобное существование при капитализме (с сохранением имиджа «революционеров») на активное сопротивление режиму. А если бы и захотели — не сможете. Вооруженная борьба в подполье требует жесточайшей дисциплины, самопожертвования, четкого разделения ролей, полного устранения тщеславия (для деятельности одного боевика нужно двадцать человек прикрытия — содержателей подпольных квартир, информаторов, изготовителей документов и т. д.). Вы слишком ленивы, самовлюбленны, разболтанны, гедонистичны, трусливы да и просто глупы для такой деятельности. Кухонные революционеры. Балаболки. Такими и умрете, ничего не сделав. Никому вы не нужны и не интересны. Если бы я не написал «Леворадикалов» — вообще бы никто за пределами вашего анархистского гетто не знал о вашем существовании.
Десять лет вашей «деятельности» — достаточный срок для выводов. Вот я и сделал выводы. Все, что смогли, вы провалили. Но считаете себя героями. И очень обижаетесь, прочитав о себе правду.
Вот Петя Рябов. Он у меня и «ненависть к КАС» нашел и черти что. И про «Общину» мало написано, и про «Хранителей Радуги». Нет бы внимательно почитать книгу и узнать, что на «Хранителей Радуги» и на КАС будут отдельные справки в специальном справочнике. [523] И про Товарищество социалистов-народников (ТСН) у меня не написано, и про Прямухинскую вольную артель, и про Сандружину им. М. Волошина… Похоже, и у Пети крыша едет. ТСН — это эсеры, которые правее большевиков, почему я о них должен был писать?!! Это же не леворадикалы. Прямухинская ваша «артель» — это не организация! Съехались полтора десятка человек на пару недель в Прямухино, [524] стали рыть канавы, ставить столбы, купаться в пруду и загорать — это что, политическая деятельность? И Сандружина, существовавшая один день, — тоже не политическая организация! Я уже не говорю, что это вообще было позорище: ну пришли вы к правильному выводу, что октябрь 93-го — это не ваша драка, ну какого же хрена вы бросились помогать обеим сторонам? По-русски это называется: дурная голова ногам покоя не дает. Вообще, впечатление такое, что если Петя в чем-то лично участвовал, — то это событие мирового масштаба. А вот ни хрена подобного. Ни нашей стране, ни нашему народу (о котором вы так любите радеть) на фиг не нужны были ни ваша «артель», ни ваша Сандружина. Никак на судьбах страны и народа это не сказалось и никогда не скажется. Ну и дальше у Пети такой же бред. Я пишу, что феминизм, профсоюзы и экологизм не являются сферой деятельности леворадикалов (революционеров), поскольку это реформизм, а Петя вместо «леворадикалов» и «революционеров» читает левых. Это что — глюк? Ну и как мне с Петиными глюками полемизировать? Левые — это, например, и «демлевые» (Бузгалин и т. д.). Вот для них, действительно, это органичная сфера деятельности — пусть они этим и занимаются. Если же Петя и впрямь думает, что левые — это только он или только анархисты, — то перед этим я бессилен. Тут опять нужен психиатр. Надо уметь читать то, что написано, а не то, что хочется. Нигде союз с НБП не рекомендуется у меня как «панацея для движения». Поскольку «движения» нет, то и панацеи ему не нужны — труп не оживишь. К тому же я ясно написал (с. 223–225), что перспективы у НБП точно такие же, как у леваков (то есть никаких). Но у Пети выходит, что я написал: если к одному тупику прибавить другой тупик — получится проспект. Вообще, я с изумлением понял, что Петя считает свою касовскую деятельность «освободительным движением». А может быть, поработительным — если судить по результатам? Если сравнивать сегодняшний день с тем, что было, скажем, при маразматике Брежневе?