Тайны старой аптеки (СИ)

Прежде Джеймс прадедушку особо не разглядывал, полагая, что для его дела, давно почивший с миром аптекарь ему не нужен, но сейчас… Прочитав дневник, он будто лично свел знакомство с этим человеком. Изображение прадедушки странным образом словно дополняло его же записи. Высокомерное выражение лица, цепкий взгляд за стеклами очков в круглой оправе и легко читаемое коварство в улыбке, а еще…
И тут Джеймс заметил.
Подумать только!
Прадедушка был точной копией Лемюэля! Если снять парик-луковицу и очки, стереть с лица высокомерие с презрением, добавить во взгляд усталость, пририсовать мешки под глазами и сменить вышедшие из моды пышные подкрученные бакенбарды на короткие тривиальные, выйдет кузен!
Данное сходство испугало Джеймса: «Кажется, Лемюэль похож на своего предка не только внешне…»
Зазвенел уже знакомый колокольчик в комнате кузена.
Джеймс бросил взгляд на часы — десять вечера. Все верно: прибыл человек, о котором Лемюэлю писал мистер Блохх.
Время пришло!
Убрав альбом в чемодан, Джеймс подошел к двери, приоткрыл ее и выглянул в коридор. Фигура кузена исчезла на лестнице. Из комнаты мадам Клопп доносилось ворчание:
— Что ты делаешь, Мередит? Я же пытаюсь тебя покормить! Будешь кусаться — я сама тебя укушу…
Имя «Мередит» мадам Клопп дала своему новому питомцу. Теща аптекаря была в восторге от рыбы, которую принес к ней в комнату Лемюэль, — она мгновенно в нее влюбилась и потребовала у Лемюэля, чтобы он раздобыл фотографический аппарат — ей срочно захотелось запечатлеть Мередит. Что-то подсказывало Джеймсу, что, обладай он или Лемюэль похожими зубищами, старуха относилась бы и к зятю, и к его кузену намного лучше…
В любом случае мадам Клопп сейчас была слишком занята, чтобы помешать плану Джеймса.
Закрыв дверь, он бросился к лестнице, быстро преодолел ее и ринулся через пустой темный зал аптеки к входной двери. Отодвинув засов, Джеймс сунул в колокольчик над притолокой носовой платок, тем самым заглушив его, и взялся за ручку.
На миг застыл в нерешительности и тут же велел себе: «Давай же! Быстрее справишься — быстрее вернешься!», а затем открыл дверь. В аптеку пополз туман.
Оказавшись на улице, Джеймс с досадой отметил, что мгла уже стала такой плотной, что хоть ножом ее режь. Он вытянул руку перед собой, и бледно-серое марево сгрызло ее по локоть.
«Да уж, задачка предстоит не из легких…»
Джеймс двинулся вдоль стены дома и, дойдя до угла, остановился. Туман был повсюду…
«Что я делаю?! — подумал Джеймс. — Куда иду?! Ну я и болван! У сигнальной тумбы искать Тромпера бессмысленно, а я ведь не знаю, где он живет! Как же это глупо! И зачем я вообще сейчас вышел из аптеки?!»
До него донеслись голоса. Говорившие будто стояли совсем рядом, но в том-то и дело, что на улице никого не было — туман искажал звуки и расстояние.
«Это Лемюэль и его посетитель, — понял Джеймс. — Может, удастся выяснить, что аптекарь пообещал ему взамен на недостающий ингредиент своей коварной любовной сыворотки…»
Стараясь ступать как можно тише, он зашел в переулок. В проходе за зданием аптеки горели фонари — четыре больших круглых фонаря-глаза светились с покатых крыльев большого полосатого экипажа.
Джеймс распахнул рот от удивления. Подобных транспортных средств он никогда прежде не видел. Больше всего экипаж походил на аэрокэб, но не в пример изящнее габенских громоздких воздушных экипажей — в любом случае данная штуковина точно должна была летать: об этом свидетельствовали оболочка и установленные по ее бокам пропеллеры.
В окне рубки управления никого не оказалось. Обойдя экипаж, Джеймс подкрался к дверце в его борту. Шторы на иллюминаторе были задернуты, и увидеть говоривших возможности не представлялось.
— Меня преследуют неудачи, мистер Лемони, — сказал обладатель незнакомого голоса. Судя по интонации, этот человек был неимоверно возмущен, едва ли не обижен, а в его словах сквозило разочарование. — Этот город явил свою гнилую сущность сразу же, как я сошел с поезда этим утром. Не буду обременять вас подробностями — скажу лишь, что груз — очень важный груз, который я вез! — растворился в дыму. Хвала Осени, не весь — один лишь ящик, но это все усложняет — теперь мне предстоит искать его содержимое по всему Габену.
 
— Печально слышать, — негромко сказал аптекарь.
— Это еще не все! Прямо с вокзала я отправился в пакгауз у канала, чтобы проверить приготовленный для меня «Эйроббль», и что вы думаете? Ну конечно же, он был в нерабочем состоянии — за ним никто не следил много лет, и за это время он превратился в рухлядь! Еще одна неудача! Пришлось срочно искать механика и проводить ремонт, да и механик оказался той еще занозой в… вы догадываетесь, где, мистер Лемони?
— Догадываюсь, мистер Фиш.
— Вот именно! К сожалению, отыскать того, кто сможет все починить и сумеет держать язык за зубами, дело непростое — пришлось смириться с тем, что был. А потом выяснилось, что этот тип способен работать только, когда выпьет, вот только беда в том, что он не знает меры. Ему лишь удалось сделать так, чтобы «Эйроббль» смог передвигаться по земле, а потом он просто заснул! И это еще не все мои невзгоды!
— Не все?
— Механик сказал, что для полной починки «Эйроббля» требуются особые шестеренки. Я наведался за ними на ваш этот Железный рынок, и тамошний шестереночный воротила заявил, что здесь, мол, нужные мне шестеренки не производят, и, если я желаю, то могу сделать заказ, а пока он дойдет…
— Я вам сочувствую, мистер Фиш. Но вы уверены, что неудачи, которые вас преследуют, — это следствие какой-то вашей особой невезучести?
— Я уверен, но… — мистер Фиш замялся. — То, что мне предстоит провернуть в Тремпл-Толл… План разрабатывался слишком долго, и если он пойдет наперекосяк… Нет, даже думать о таком не хочу! К тому же мистер Блохх меня уверил, что поспособствует тому, чтобы все прошло гладко.
— И это приводит нас к тому, за чем вы приехали ко мне, мистер Фиш.
— Если вы сейчас скажете, что-то, вроде «Это невозможно», клянусь вам, я взорвусь!
— Попрошу вас воздержаться от взрывов, мистер Фиш, — сказал Лемюэль. — То, что вам нужно от меня, возможно.
— Вы сделаете… обе сыворотки?
— Верно. С одной трудностей быть не должно. Я даже знаю, с чего начать: противоядия делаются по общему принципу. Мне понадобится лишь отловить несколько подопытных и провести кое-какие исследования.
— Замечательно! А вторая?
— Со второй все сложнее… — Лемюэль задумчиво забормотал. — Думаю, если соединить несколько побочных эффектов, то вместе они образуют… комбинация из эффектов даст… Нет, это очень сложно. Мне нужно будет как следует все рассчитать и несомненно придется обратиться за помощью к…
— Постойте-ка! — прервал его мистер Фиш. — Вы хотите задействовать еще кого-то? Напоминаю вам, мистер Лемони, что все должно держаться в тайне. Если полиция прознает о том, что я задумал… К тому же речи о том, чтобы делить добычу на еще одного участника, не было.
— Об этом не беспокойтесь. Тот, кто мне поможет, не нуждается в вознаграждении.
— Превосходно. Итак… сколько времени вам понадобится на изготовление моего заказа?
— Думаю, две недели, не меньше…
— Две недели?! Это бесконечно долго! Я не думал настолько задерживаться в Габене!
— Вы понимаете, что просите меня сделать кое-что такое, что даже тяжело просто представить?
— Но вы сказали, что это не невозможно.
— Верно, но мне потребуется время. Вам стоит учесть это в ваших планах.
— Каждый лишний день, на который я здесь задержусь, увеличит шансы полиции меня схватить.
— Но ведь полиция за вами не охотится.
— О, мистер Лемони, это пока что. Но будет, уверяю вас. После второго туманного шквала вы поймете, о чем я сейчас говорю.
— Второго?! Будет еще один?
Фиш хмыкнул.
— Следите за погодными сводками, мистер Лемони. К слову, мне уже пора. Шквал начнется с минуты на минуту, а мне еще нужно успеть добраться до укрытия.