Нейронная одержимость (СИ)
— Ваши ищейки уже взяли след?
— Нет, коллега. И не возьмут, — проскрипел Амбаст в коммуникаторе и закашлялся, прочищая горло. Лежать в кресле без движения целыми днями — вредно для кого угодно. — Проклятые диаволопоклонники использовали слишком сильные реагенты, так что девочек нужно отправлять на калибровку нюха и переосвящение. Камеры снова врут, или вы поголовно ходите без респираторов? — Анастас кивнул. Резкий химический смрад его не пугал, он за свою жизнь оказывался в местах и похуже. — Вот очень зря вы так. Состав атмосферы весьма агрессивен.
— Понятно. Оставайся на линии. Кто-нибудь уточнил личность покойного?
— Это действительно Лассо Каллиник, о кафолик. По данным орденского скрипториума, он находился на вакации. На восточных воротах города зарегистрирована отметка о выездной визе три дня назад. Мэтр Лассо при небольшой свите собирался на воды.
Храмовники негромко хмыкнули. Несмотря на гарь, сырость чувствовалась всеми.
— Хорошо съездил, ничего не скажешь. Медик, причина смерти?
— Не могу сказать наверняка, но определённо — вот это, — медичка протянула руку, упакованную в перчатку тончайшей кожи, и обвела пальцем пулевое отверстие.
— Пуля?
— Выпущенная с близкого расстояния. Вокруг отверстия ожог, предшествовавший пожару вокруг. Когда упокоившегося доставят в покойницкую — расскажу подробнее. Возможно, идиоты использовали явленный раньше ствол.
— Ясно. Амбаст, твои коллеги что-нибудь считали с местных информаториев?
— Пока не ясно. Есть явно порченные потоки, но их характер определить затруднительно.
— Мощность? — коротко осведомился кафолик.
— А вот это подсчитали точно, — оживился мнемонический кафолик. — Еретики не использовали канал на полную мощность, но схватка в Пургатории нисколько не нарушила связь в канале. Знаешь, почему? Потому что его мощность была порядка четырёх гигапергов в секунду.
Кто-то присвистнул. Белькаллин понимал, почему — средняя мощность канала обычно была раз в сто так слабее. Для обычных пользователей. То ли дело любители невм — для обхода строгих протоколов защиты и очищения, для сокрытия своих диавольских планов им нужны были мощность канала и много памяти. Впрочем, духовный кафолик уловил кое-что более важное. Упоминание схватки, с которой и начался этот проклятый день.
— То есть ты уверен, что события связаны?
— Я сравнил точное время схватки и вспышки нагрузки на сеть. Они совпадают, Анастас. Есть, правда, пара аномалий…
— О них позже, — поднял руку церковник. Ни к чему обычным дознавателям и храмовникам знать о потенциальном одержимом: наломают много дров. К счастью, Амбаст понял намёк и заткнулся. — Пусть у вас с коллегами будет время подумать над их природой. Хотелось бы мне понять, как они умудрились взломать экзарха.
Настойчивый вызов прервал мрачные размышления кафолика. Его названный отец и непосредственный начальник вызывал к себе. Вверх, из смрада подулья — к освящённому и стерелизованной атмосфере шпиля. Оставалось только повиноваться.
* * *Шпиль улья Каллиник. Капелла святого отца Доткома.
Анастас не любил шпиль. Некоторые жители Нижнедонска при попадании в них застывали у первого же узкого, стрельчатого окна недвижимыми статуями, не в силах оторваться от зрелища бесконечной степи и зеркала моря, или же бесконечного ковра облачности. Иные, жившие хоть в средней части, хоть в Арках или тем более в Плёснах (они же стопы, они же подулье), не могли оторвать взора от мрачной торжественности, богатых украшений и бесконечных гимнов, наполняющих высокие залы покоев и общественных мест не хуже ладана.
Но Белькаллин видел во всём этом и нечто другое, сокрытое от взглядов иноуровневиков. Сплетение породнившихся и враждующих Великих домов. Боковые ветки старых родов, старавшихся перекрыть старые записи в разрядных книгах новыми и куда более славными. «Шпилевики», младшие сыны боярские, стремящиеся заработать насилием славу, богатство и достойные записи в разрядной книге. Отравленное вино, свары мирских, духовных и мнемонических орденов с гильдиями, академиями и между собой. И, будто бы этого мало, шпиль был роженицей для бесконечного людского любопытства, открывающее двери нечеловеческому разуму.
Именно поэтому кафолик ненавидел высшие уровни. Может, в стопах Шпилей было мало солнечного света (контрфорсы и массив основного улья перекрывали), много криминала, а грех там обыден, как пыль от зерна. Зато противник всегда не пытался прикрываться светлыми идеями. И, наоборот — союзник не был вынужден погружаться во тьму. Совсем как мужчина напротив, облачившийся по случаю в церемониальное облачение Каллиников. Длинный, мешковатый плащ с люминисцентной вышивкой и шлемом, отдалённо напоминающем голову совы. Очень отдалённо.
— Значит, вы упустили и покупателя и продавца, — проскрипел собеседник, вставая с трона. Белькаллиник закончил краткий отчёт о первом из проваленных дел. Первом за сегодня. К счастью, высшие иерархи духовных орденов относились к провалам подопечных снисходительно. До поры до времени.
— Истинно так, ипат. Провал.
— Можешь называть меня по имени, Анастасий, это первое, — традиционно сварливо напомнил магистр, начиная мерять зал шагами. — И перейти, наконец, к следующей проблеме, прежде чем мочить себе розги в уксусе. Я так понимаю, день сегодня вышел излишне насыщенный.
— Боюсь, господарь, масштаб произошедшего лучше уточнить, — покачал головой молодой мужчина. — Покупатель и продавец не должны были уйти. Ничего не предвещало проблем. Время встречи оказалось точным. Как нам и подсказали Хитрово, встреча продлилась ровно столько же, сколько и обычные деловые встречи в киберпространство. Ударный отряд вошёл в Пургаторию через обычные точки подключения к дополненной реальности. Внутри они застали двух мужчин и одного инфодемона.
— Инфодемон… что ж. Мы постарались изгнать их в Ад теми силами и той верой, что нам дал Первосоздатель — но только оптимисты считают, будто изгнали всех. Что ж. Сумели определить личность? Имя названное или истинное, поклоняющийся культ?
— Только то, что это демоница. Мои специалисты уже собирают психометрию у всех участников облавы.
— Допустим. Дальше?
— Произошла стычка. Нечестивое создание создало мощную вспышку информации и призвало около пяти диких бесов. Штурмовую группу выкинуло в реальное пространство. Трое в коме. Плюс: один умер сразу, не сумев освободиться от вериг, ещё один — освобождён от тела после проявления признаков нейронной одержимости. Подозреваемые ушли из подпространства. Удалось отследить только одну точку входа, штурм оказался неудачным. Мужчина, проживавший в квартире, ушёл. Попутно он применил неизвестные нам невмы, приведшие к гибели биомеханического кадавра и приданной ему штурмовой группы.
— Штурм-неудача, штурм-неудача. Мда. Скольких мы потеряли в итоге?
— Полторы дюжины. Ещё одну ищейку и четырёх херувимов отправили на переосвящение. Пока точно неизвестно, что с ними произошло, но через тридцать две минуты после начала операции в телесном мире биомехи и укрощённые бесы в них сошли с ума. Точнее, в биомехах, имплантах и механизмах. Везде. Итог: рынок в Птичьих Плёснах оказался разгромлен, мы получили боевые потери, а подозреваемый — ушёл. Пока неясно, сам ли он учудил, или ему помогал демон.
Птичья фигура прервала мерный ход и застыла.
— Экзарха ты ведь включил в список сегодняшних неудач? — проскрипел наставник.
— Оставил напоследок, ипат, — хладнокровно склонил голову кафолик. Он и не надеялся, что информация о смерти настолько высокопоставленного лица проскользнула мимо высших иерархов Каллиников. — Духовный орден пока только исследует эту проблему. Мирской орден копает с другой стороны, но уже сейчас ясно, что Лассо служил защищённым сервером для еретиков.
— Или очень наглых преступников. Не отметай версии сразу. Особенно в том, что может пошатнуть спокойствие Великих Домов.
— При всём уважении, милсдарь. Обычные преступники боятся использовать неизвестные невмы в том количестве, в котором они всплыли.