"Фантастика 2023-193". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— А значит, Верхазов, будешь меня мучить, устанавливая, какую плотность подключения настраивать, — показательно пригорюнилась рыжая. — Ну, мучь меня, пытай! — патетично озвучила она. — Я ко всему готова!
— Готова — значит, помучаю, — не оценил я театрального представления товарища Радужной.
И ещё час, под взвизги, ругань и проклятья Светки, занимался подключением. Блин, самому девушку было жалко, но без этого — никак! Вот будет у неё, например, недостаточная тактильная чувствительность, а она меня за задницу, как любит делать, пощупает! А если наоборот, в смысле с другой стороны Жоры?! Совсем беда будет! Оторвёт, выжмет, сдавит…
— Садист ты, Жорик, — обессиленно откинулась Светка на кресле, когда я со словами «всё» зафиксировал защитные крышки соединений. — Но рукастый, — широко улыбнулась она, вращая рукой. — И я тебе это припомню! — посулила она.
— Это что это ты мне припомнишь?! — возмутился я.
— Всё, — отрезала Светка. — В мастерскую сходим?
— Давай, — не стал спорить я.
Сам понимаю, что ей не терпится. Да и мне не терпится, если начистоту: целая, здоровая и довольная Светка мне нравится гораздо больше, чем не такая!
Через пару часов обе половины моей многострадальной задницы подверглись жестокому андроидному надругательству. Во враньё Светки, что это «благодарное пожмякивание» я не поверил совсем: точно мстила. Но хорошо, что не наоборот, как я опасался.
Вернулись в мастерскую, причём, дела, похоже, на сегодня закончились — Светка и по взглядам, и по тонким (ОЧЕНЬ чувствительным) намёкам, хотела протестировать и в полной мере ощутить руку. Ну и отблагодарить, по её словам, что немного пугало… Но комсомольцы не из пугливых, так что пугаться я перестал.
Только было собрались перейти в условно-горизонтальную позицию (со Светкой она и вправду была весьма «условной»), как в дверь мастерской раздался требовательный стук.
— Это кого это принесло на ночь глядя, — риторически поинтересовался я, приводя некоторый беспорядок своего гардероба в порядок.
— Не знаю, Жора, но пошли этого «кого-то» подальше, — завернулась в одеяло Светка, у которой отсутствие гардероба в беспорядке быть не могло. — Я тебя жду.
— Угу, — кивнул я, ну и потопал к двери, присматриваясь в электрозрении.
Человек, один, что-то на поясе, на малой атомной батарее, вроде лазерник, но и всё. Так что открывал я дверь более или менее спокойно, но с твёрдым намерением неурочного визитёра послать подальше, как минимум — до завтра.
— Георгий Верхазов, известный как «Свинобой», — произнёс посетитель.
Такой, парень лет тридцати, довольно смазливый, с тонкими усиками и зализанными волосами, просто всем своим видом вызывал желание назвать его «лощёный». Одет в космотрудовскую костюмную двойку, с украшениями и висюльками, мужчине просто неприличными. В таком количестве они и женщине не каждой подойдут, точнее, редко какой подойдут.
— Завтра приходите, — буркнул я.
А то не представился и не поздоровался, даже не спросил моё имя, а снисходительно констатировал. Я в глаза эту лощёную физиономию никогда не видел! И у меня подруга в ожидании дружеских частей моего организма, после эмоциональных переживаний, да и мне неспокойно было, тоже хочется. В общем, пусть завтра припирается.
— Есть разговор, — ласково прищурился лощёный, вставив носок лакированного туфляра перед захлопываемой мной дверью. — Важный для тебя и твоей бабы. Жизненно важный, — снисходительно бросил он.
Я вот несколько призадумался — а не сделать ли фигуральную ласту в лакированном штиблете ластой фактической? Но… ладно, послушаю, что скажет. А потом можно и мордас начистить.
— Говори, — перешёл я на «ты», как и лощёный.
— Не тут же, — брезгливо оттопырил он губу. — Так дела не делаются. Выслушаешь меня внутри, — махнул рукой он.
— И рыло твоё наглое там начищу, — благожелательно сообщил я.
— Да ты… ты вообще понимаешь — кто Я? — вытаращился на меня лощёный.
— Конечно, нет, — хмыкнул я. — Ты же не представился. И глупости говоришь. Ладно, заходи, представляйся и вали. Десять минут. Или вали до завтра, — озвучил я.
Как-то мне в этот момент мне очень к месту вспомнился андроид Феликс Петушинский из Собинки. Так-то и я могу матом послать, но непривычно, всё-таки. А у Феликса получалось плавно, ровно, матом не ругаться, а разговаривать. И вот лощёная и хамская рожа посетителя прямо побуждала с ней общаться «как Феликс».
Глава 19
Пираты XXV века
— Свет, он ненадолго! — озвучил я, заблокировав лощёного типчика в дверях, не пуская в мастерскую. — Говорит что-то важное, с нами связанное.
— Да? А до завтра не ждёт? — недовольно осведомилась Света, высунув голову.
— Пара минут, — заверил я. — Ты кто? — поинтересовался я у надувшегося визитера.
— Я Егор Мухин, — выдал типчик задрав нос.
— И что тебе, Егорушка, от нас надо-то? — через четверть минуты тишины после этого начал звереть я.
— Жор, да выкини его от нас, на самом деле! — резонно высказалась Светка.
— Вы совсем идиоты? — выпучился лощёный, но на мою руку, протянутую к его лацкану, зачастил. — Я — первый секретарь развлекательного кооператива «Эйфория»!
— Сочувствую этому кооперативу, — честно высказался я, продолжая примеряться к лацкану.
— Жор, погоди, — напряжённым голосом высказалась Света. — Это наркопритоны?!
— Не «наркопритоны», а заведения с расширяющими сознания веществами!
— Понял, — всё понял я. — Пшёл вон, пока цел.
— Ты, Верхазов, плохо понимаешь, с кем говоришь! Ты и твоя девка крупно задолжали кооперативу «Эйфория»!
— И когда это мы успели? — несколько удивился я.
— Бандитское нападение с массовым убийством на колхоз «Хреново»! Выживший тебя опознал! И ты… ай!
Ухватил я лощёного за лацкан, приподнял — ну, Космотруд халтуру не делал, всё-таки! — развернул, приоткрыл дверь. И с оттяжкой, почти в полную силу отвесил лощёному пенделя. Тот с противным писком покатился вдаль, ну и я, полюбовавшись, закрыл дверь. Урод-наркоторговец, блин!
— Знаешь, Жора, а вообще — могут быть некоторые сложности. В Торговом Районе, — задумчиво протянула Света.
— От этого урода?
— Урод он, конечно, урод. Но их поганая «Эйфория» никаких законов Сталедара не нарушает. Десять наркопритонов, большие прибыли у них. Влиятельные…
— И что? — уточнил я. — Ну увечат они народ, а властям Сталедара на это плевать. Но нам-то в чём сложность?
— Жопы, Жора. Большие жопы. Хотя по законам Сталедара все их претензии и выеденного яйца не стоят…
— И в жопу их, с их жопами! И вообще, на чём мы остановились? — целенаправленно потопал я к нашему спальному закутку.
Правда, наутро Светка предложила, да и я признал правильность выяснения, кто такие эти эйфорийцы. Ну, раз уж я их урода-начальника выкинул, да и вообще, выходило, что мы про них ничего не знаем. А раз они какие-то там «претензии» выставляют — знать разумно. Хоть и противно.
Вернувшаяся подруга озвучила такую информацию: Эйфорийцы существуют ТОЛЬКО в Торговом Районе, в остальных местах их продукция под запретом. Десять наркопритонов, пользующихся популярностью среди слабовольных дураков. Немалые деньги и очень дурная репутация. То есть, их если не прямо боялись, то опасались. С людьми, конфликтовавшими с этими уродами, случались нехорошие вещи. Причём, «махновщина» Торгового Района не проводила каких-то там расследований. Охрана охраняет, ну а что вне их зрения случилось — никого не волнует. Ну а лощёный урод, хамски ввалившийся к нам, и вправду был удивлён — судя по разговорам корреспондентов, Светы мы должны были ему чуть ли не в ножки падать и спрашивать, чего ему изволится.
— Уроды, в общем, — подытожил я. — От безнаказанности охеревшие и больших жоп.
— В целом — так, Жора. Но поаккуратнее нам быть не помешает.
— В принципе, парочку турелей защитных лазеров можно поставить, — прикинул я. — Когда достанем. А пока, Свет, ну чего нам опасаться? Что нападут на мастерскую? Так наш жлоб-хозяин на плате наёмникам не экономит, а отряд охраны и вооружён и сам по себе немалый.