"Фантастика 2023-193". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Правда, кроме самих ворот, никаких оборонительных механизмов не наблюдалось: либо их хорошо укрывали-маскировали, либо оборонительная линия Сталедара была вынесена вовне города. Что-то типа укрепрайона на мосту: вполне вероятно, что оборона этого большого города контролирует именно подступы, что разумно со всех точек зрения, если, конечно, позволяют ресурсы.
Охрана у ворот присутствовала, но стояла за декоративным, из пластика, шлагбаумом. Который, вдобавок, перекрывал далеко не весь проход: справа и слева от него оставались немаленькие зазоры, очевидно — для пешеходов.
— Свет, идём вместе, — озвучил я, припарковав Автобус перед шлагбаумом и поднимаясь из водительского кресла.
— Думаешь, положительно отреагируют на андроида? — уточнила Светка, надевая своё скрывающее отсутствие руки пончо.
— А чёрт их знает, — честно ответил я. — Рассчитываю, что да. А если нет, или даже негативно отнесутся — то хоть сразу узнаем.
— Тогда из люка высунусь, но выходить не буду, — заключила Света, на чем и порешили.
После чего потопал я общаться с местной милицией. Милицией не ради красного словца — вся пятёрка за шлагбаумом носила космотрудовскую форму милиционеров. Правда с дополнением: на груди у каждого был вычурный, с завитушками, значок-монограмма «СД».
Сталедар, догадался проницательный я. И подошёл к шлагбауму, а навстречу мне шагнула парочка из милиционеров, с чуть отставшей тройкой позади. Вооружены они были, кстати, совершенно неизвестными мне моделями оружия. Вот вообще непонятно, что за фигня, но разберёмся, думаю, со временем.
Хм, низкорослые и субтильные. Даже меньше, чем жители владимирской области: метр семьдесят — потолок.
— Ипануться, ты здоровый, — озвучил своё отношение к занимающей меня разнице в росте один из милиционеров, постарше, очевидно — главный. — Мутант, что ли? Тогда учти, паря: ношение огнестрельного оружия мутантами на территории Сталедара запрещено, — указал он рукой на мой «КАГ», — Владеть можешь, но за огнестрел за шлагбаумом — расстрел. Это если повезёт, и нам попадёшься.
А я внутренне херел, по нескольким причинам. Меня, носителя генома Советского Человека, обвиняет в мутации явный мутант. Не патологический, конечно, да и у самого явно есть код, но малый рост — явная мутация.
А вот следующая была именно интересной: мутантам разрешено. То есть, если во владимирской области рожу с явной мутацией в девяноста процентах случаев пристрелят, как только увидят. Не самое правильное отношение, конечно, да и те четырёхсуставные из-за такого отношения озверели, тут понятно. Но в общем — понятное и оправданное.
А тут — просто стволом не размахивай, а так ходи-броди, проблем нет. Помахивая мутантными частями организма. И, наконец, «нам попадёшься». И расстрел — везение. Это что, местные граждане самосудом Линча занимаются, против вооружённых мутантов? А милиция это просто признаёт, как факт?
— Каши много кушал, — ответил я, пока пауза не перешла в напряжённое молчание. — И не мутант я, не видно, что ли?
— Да видно, что не мутант, Кузьмич, — подал голос один из троицы. — Только здоровый, как козёл.
— Сам такой! — возмутился я. — А я просто — норма… здоровый. Как тягач, — уточнил я.
Ну, быть сравнённым со слоном — как-то приятнее, чем с козлом каким-то там!
— А ты не обзывайся, паря, — посуровел главный.
— А ему можно?
— А мы — Власть, — важно заявил он, начав меня СИЛЬНО напрягать, — Хотя с козлом ты, Стёпка, неправ. И вправду тягач вылитый, — потыкал он в меня пальцем под смешки милиционеров. — Ладно, хорош трепаться. Оружие массового поражения, наркотики, рабы — есть? — потыкал он пальцем в Автобус.
— А зачем тебе? — подозрительно уточнил я.
А эти милиционеры все дружно заржали. И Светка, из Автобуса выглядывающая, хихикнула.
— От ты дурной — не знаешь, зачем они нужны, — аж вытирая слёзы, выдал главный, но посерьзьёнел. — Так есть?!
— Да нету ничего такого, — буркнул я.
— Тогда ладно. За въезд средней уашки, тебя и… андроида. А кто-то ещё есть? — уточнил он, на что один из троицы сзади вполголоса ответил «нет», сверившись с наручным приборчиком. — Да, за уашку — полсотни жоп. За тебя — двадцать, за андроида… а, не помню, тоже двадцать пусть будет, — озвучил он.
 
— За въезд? — уточнил я, на что последовал кивок. — А чего так дорого?
— А поищи дешевле, — глумился этот нехороший человек. — А если жоп нет — вали, не отвлекай людей при исполнении!
Что-то мне всё это не нравится, но что делать? У нас Автобус в хлам раздолбан, перед нами — казлы, позади — козлы. Ну может, и не совсем казлы… разбираться надо. Может, за эти жопы что-то делается полезное, медицина там, образование. А приехал — вложи свою долю, что в чём-то логично.
Так что заплатил я жопы, да и проехал на указанную милиционерами стоянку. Светка пофыркала, на тему: «почему не узнал ничего?» — но и сама понимала: какие-то эти милиционеры не такие, надо разобраться, прежде чем вопросы задавать, особенно на въезде.
Подъехали мы даже не к стоянке — просто открытому полю, забитому вразнобой различной техникой и слонами. Страусов не было, а вот ряд техники меня заинтересовал: натуральные танки, самоходки… Правда, при ближайшем рассмотрении это оказались новоделы, сделанные по лекалам красноармейской техники. А то я уже было обрадовался: если есть техника, то и красноармейцы, а значит, цепочка преемственности не разорвалась, есть обучение, имплантация опознавателя. Но, видимо, всё же нет. Может, и есть, конечно, но техника-новодел — не показатель.
И тут к Автобусу подошла группа граждан, от которой отделился паренёк, вопросительно уставившийся на лобовое стекло.
— Чего это ему? — уточнил я, на тему нет ли у Светы каких мыслей.
— Думаю — жоп хочет, как и его эскорт, — озвучила андроид.
— За стоянку, — сообразил я.
— Угу, за деньги будут удерживать хулиганов и вандалов от слома техники.
— Это каких это? — оглядел я, в общем-то, пустое пространство стоянки.
— От себя, конечно, — фыркнула она.
— Ну, может быть. Хотя я думаю — просто поставим мину, на десятой части заряда, но не одну, — прикинул я.
— И плакаты пригодятся, — ухмыльнулась Светка.
— Но сначала — выясним, может, дело какое, — разумно отметил я.
Высунул я физиономию из Автобуса и тут же был контужен таратореньем паренька. Видимо, его товарищи говорливостью скинулись, да всю ему отдали. Сами-то стояли в десятке метров, глазами лупали, молчали.
— Предлагаем защиту твоей уашке, паря! За результат отвечаем — колёса не открутят, добро не потырят! У нас имя! — аж приподнял он палец, — Хорьки, не хер лосиный! Аж под Парткомом ходим! А то видно, что потрепало вас знатно. Но мы не дорого возьмём! И фирма гарантирует! А чего это ты, паря, на такой развалюхе ездишь? И чего такой здоровый? И…
— СТОП! — рявкнул я.
А то у меня уже глаза в кучку стали сходиться, а уши в трубочку сворачиваться! Этот деятель строчил, как из пулемёта, руками размахивал, жестикулировал, чуть ли не на месте подпрыгивал. Тем временем Светка, видно, пожалевшая мой мозг, высунулась рядом, да и как застрочила…
— Имя. Должность. Принятые обязательства. Взаимоотношения с Парткомом. Чёткие сроки и расценки на услуги. Место базирования, на случай неисполнения принятых обязательств! Отвечать чётко, только на заданные вопросы! — рублено, командно так озвучила андроид.
Паренёк аж присел, а его группа товарищей даже приосанились, что-то вроде «смирно» пытаясь изобразить. Хреново получилось, но видно было, что старались.
В общем, провела Светка настоящий «полевой допрос подозреваемого в несоветском поведении гражданина». Паренёк на неё глазами испуганно лупал, отвечал голосёнком подрагивающим. А я в очередной раз себе напомнил: Светка — не только стервозная рыжая, андроид с тяжёлой историей и явными проблемами с характером, но и высококлассный психолог. И, кстати, в своих подколках и язвлении она всегда держалась ровно на «грани», никогда меня не доводя до ручки. А главное, в некоторых случаях скорее помогает, приводя в себя, встряхивая. В десятой части, остальное время — стервозничает из любви к стервозности, но факт того, что она ЗНАЕТ, что делает, это не отменяет.