"Фантастика 2023-193". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Вас это не ка… — начал было Носик, но тут загудел ПОМПА.
— Протокольно установлен факт нападения помощника народного дружинника Степанова на гражданина Верхазова и гражданку Радужную. Через две минуты после иммобилизации нападающего произошёл разговор гражданина Верхазова с народным дружинником Герцем, продолжавшийся тридцать восемь секунд.
— Вот после этого — не встречался, — ответственно заявил я. — И видеть их рыл… лица не симпатичные никакого желания не имел и не имею.
— И не увидите, — пристально вглядываясь в меня, мазнув взглядом по ПОМПе, рубанул Носик.
— Э-э-э… — озадачился я. — А что случилось? И вопросы вы мне странные задаёте, гражданин участковый. Я ни к Степанову, ни к Герцу не подходил, они сами к нам приставали, словами нехорошими ругались.
— Нормальные вопросы, Верхазов. Мертвы они, оба! — как выстрелил мне в лицо словами Носик, пристально вглядываясь.
То ли физиономистом себя мнит, то ли он и есть. То ли ловит меня на вранье через ПОМПу — его полиграф, конечно, хорош, но абсолютного полиграфа и не существует. А на безумцах, вроде бы, машинные методы определения правдивости работают вообще через раз. Что в данной, конкретной ситуации — мне скорее плюс. Этот Носик от моей персоны видно, не в восторге. Но и явно не настолько оголтелый, как Герц, ныне вроде как упокойный. А значит, ему, чтоб меня на реакции всякие раскачать, на возможной лжи поймать — надо самому говорить. Так что расскажет, а что это два деятеля померли, потому как иных тем для задушевной беседы у нас не имеется.
— А что с ними случилось? — ожидаемо Носиком произнёс я, на что тот веком дёрнул, на ПОМПу опять зыркнул и нехотя процедил.
— Степанов в отхожем месте захлебнулся.
— Ну ни хрена ж себе! — искренне удивился я, переглянувшись со Светкой, — Нет, ну он ужратый, конечно, был, но чтоб настолько, чтоб в рвоте задохнуться… Или он с горя продолжил?
— Не продолжил. И не в рвоте. А в самом унитазе захлебнулся, — пырился на меня, как прожекторами, участковый.
— Ну он, блин, даёт! — реально фигел я, — Какое зверское самоубийство…
— Какое есть.
— А Герц? — уже совсем заинтересовался я.
— Распорная балка УЖМа, с третьего этажа, на голову.
— Это что, здание разрушилось?!
— Нет. Одна балка. Технарь?! — опять выстрелил вопросом Носик.
— Технарь, — не стал скрывать я.
— И скажи мне, технарь-Верхазов, как такое может быть?!
— Да никак, — решительно заявил я после нескольких секунд раздумий. — УЖМ — быстроразборная конструкция, если балка выпала, то минимум один блок складывается. Если комплекс из УЖМов — то весь комплекс. Быстро.
— А тут не сложился, — протянул Носик.
— Ну значит, точно кто-то специально сделал. Потому что просто так распорные балки не падают, они конструкционную нагрузку несут!
— И не ты?!
— И не я! Я у тебя волшебник выхожу! Мы в Безигетс Швайне сидели, сразу после встречи с этими не совсем живыми гражданами! И как я их удушегубил, если оттуда — сюда бегом?!
— Ладно, — в очередной раз позыркал на ПОМПу участковый. — И голос повышать не стоит. Врал? Психически здоров? — вслух поинтересовался он у ПОМПы.
— Все реакции гражданина Верхазова соответствуют реакциям психически здорового человека, ВРиО участкового уполномоченного народной милиции Носик! — отрапортовал ПОМПА. — Гражданин Верхазов врал, — выдал он, отчего булки у меня сжались, а рука и у меня, и у Светки, потянулась к нашим карабинам, ну а физиономия у Носика стала настолько хищной, что и не передать. — Гражданин Верхазов, вы — не волшебник, — обратился ко мне ПОМПА, укоризненно покачивая пальцем манипулятора. — Нехорошо обманывать ВрИО участкового уполномоченного, — добавил он укоризненное покачивание башкой к покачиванию пальца.
Следующие несколько секунд вся наша троица стояла с каменными рожами, зыркая то друг на друга, то на укоряющего ПОМПу. Носик выход нашёл первым — коротко ржанул, сплюнул на землю и кратко озвучил:
— Узнаешь что-то — сообщи, первый участок по правой стороне главной улицы от ворот Сталедара, — на что я с каменной мордой кивнул.
Видел я его, «Опорный Участок Правопорядка Сталедара». Тем временем участковый с ПОМПой утопали, а мы со Светкой сначала заперлись в Автобусе и умеренно проржались. А потом даже призадумались.
— Да просто так сложилось, — наконец, озвучила Светка. — И пьянь эта, и Герц — видно же, что людей притесняли. Вот кто-то и свёл счёты.
— Похоже, что так, — согласился я. — Ладно, Свет, давай в Дюрер…
— Стоп! — решительно заявила Светка.
— Что такое? — опешил я. — Ты что, не хочешь…
— Конечно, хочу, Жор, — отмахнулась Светка. — Но это — не горит. Первое: вот добудем мы руку, допустим. А ионообменник у нас есть? И даже с ним, сколько деактивация займёт?
— От трёх до шести недель, как я прикидываю, — озвучил я.
— Вот. Второе: деактивировали. И что? Как устанавливать будем?
— Так, во-первых — я обломки осматривал. В принципе — справлюсь, посадочное гнездо — несложное у тебя там. Несколько болтов, винтов, гаек и гибких соединений — ну, полчаса работы. У тебя даже нейрокомутационное соединение — на самозатягивающимся блоке, без пайки и чего-то такого.
— Точно справишься?
— Точно. Вот с временной синтоплотью…
— С ней как раз нормально, Жор, — улыбнулась Светка. — Я же из неё «перчатки» как раз на такой случай в сервисном центре делала. Срастётся, она квазиживая. Не так, как настоящая, но достаточно.
— Тогда…
— Тогда всё равно: оголтело кидаться к Дюреру нет никакого смысла. День-другой осмотримся, получше город узнаем. И не смотри так на меня — я сама этого побольше твоего хочу! Но просто смысла нет туда, сломя голову, нестись.
— Убедительно, — признал я. — Ладно, Свет, давай смотреть, что в Сталедаре интересного есть.
И занялись мы беготнёй по магазинам и прочим местам Сталедара. На людей посмотрели, на места всякие. Город — да сносный, если разобраться. Даже с теми же мутантами — заходили мы к ним. Апартеид, да. Но там часть, помимо того, что страхолюдные чудища, так говорят-то с трудом! Не все, конечно, но в целом — они работают, за это им платят. В город пускают только со справкой и по отдельным разрешениям каждый раз — это да. Но не гонят, и каких-то там злобных притеснений не видно, а я приглядывался. Тут скорее даже гуманизм определённый: во владимирской области явных мутантов просто прогоняли, ну если уж не убивали сразу. А с местной зверской фауной — что прогнать, что убить — разница невелика. Всяким козлам и пчёлам пофиг, сколько у тебя рук.
Ну да ладно, фиг с ними, с мутантами. А в целом — вроде и нормально народ жил, даже в махновской торговой зоне. Ни разборок кровавых на глазах, ни нищих каких. На первый взгляд — точно нормально.
Вот только с нашими целями выходило кисло, как ананасы. Ну, в смысле, пошли мы искать приличное снаряжение, технику…
И есть, очень даже ничего есть, просто замечательное даже! Только… дорого запредельно. Ручное красноармейское оружие в Сталедаре стоило гроши, да и не продавалось, а скупалось на переделку-переплавку. Не было у местных целей ни на «КАГи», ни на «ГАДы», тем более, «ОКО» — и то считалось оружием бедных. А основа стрелкового ручного оружия местных было немецкое производство, причём порохового там было раз-два — да обчелся. Электромагнитные разгонники, нескольких типов и видов. Лазерное оружие — я офигел, когда увидел, но поговорив с продавцом, понял, что в текущих условиях оправданно.
А именно, в чём беда луча в атмосфере, даже лазерного, когерируемого — он быстро рассеивается, теряет энергию. И если атомная батарейка позволяет на десяти, пятнадцати, да даже полусотне, при желании, метрах приличные режущие термические свойства луча удержать — то дальше дело швах, как говорят немцы.
Соответственно, солдата таким в свое время вооружать просто глупо: этих лазерных вояк просто из «КАГа» с безопасного расстояния положат, особо не напрягаясь.