Я к тебе привязался (СИ)
— Я ушла, потому что боялась, что ты отправишь меня на аборт.
Картер поднял на меня растерянный взгляд. Наверняка до сих пор не догадывался об истинной причине моего ухода, ведь я никогда не говорила прямо.
— Я тебя не разлюбила. И твоя репутация, и тот скандал никогда не играли для меня роли. Я ушла, потому что ты говорил, что не хочешь детей. А я очень хотела этого ребенка, — машинально положила ладонь на живот. Всем сердцем люблю свою малышку.
— Тифф, дурочка, — Картер накрыл мою ладонь своей. — Ты бросила меня только из-за этого?
— Я хотела тебе признаться, но ты о детях и слушать не желал. Снова стал пропадать на работе, избегая моего общества. Я была тебе не нужна.
— Тебе следовало мне сказать. Я вовсе не избегал тебя, просто старался заработать немного денег, чтобы раздать долги.
Об этом я даже не подумала. Приняла занятость Картера за отстраненность. Настолько была не уверена в себе, плюс всегда сомневалась в его чувствах. Наверное, в этом тоже есть моя вина, что сбежала, не сказав ни слова, вместо того, чтобы спокойно поговорить.
— Выходит, каждый из нас сделал неправильные выводы.
— Выходит, что так.
— Картер, я…
— Не бросай меня, Тифф, — взмолился, крепче сжимая мою ладонь. — Ты мне очень нужна. Я заглажу вину, обещаю!
Такие теплые слова, которые я всегда мечтала услышать. И раньше я бы расплакалась от счастья. Раньше бы эти три слова затронули мою душу, но не сейчас.
— Не думаю, что смогу простить тебя, Картер.
— Тифф, пожалуйста. Дай мне еще один шанс…
— Я попросила врача связаться с моими родителями. Они поживут со мной какое-то время. Мне сейчас нельзя волноваться, нужна спокойная обстановка дома. Надеюсь, ты понимаешь.
— Ты уверена?
— Да.
Разочарование отразилось на его лице, но он принял мое решение. Казалось, впервые в жизни Картер перестал упрямиться. Слабо кивнул и даже вяло улыбнулся.
— Ты не хочешь видеть меня до самых родов? — осторожно спросил, заглядывая в глаза.
— Не знаю, — пожала плечами. — Возможно.
— Могу я тебе хотя бы звонить? Пожалуйста.
— Ладно.
— И ты можешь мне звонить, если тебе что-нибудь понадобится.
— Хорошо.
— Только не исчезай, Тифф. Не исчезай насовсем, — произнес с мольбой в голосе.
— Не исчезну. Куда мне с таким животом, — хихикнула я.
— Мне кажется, или он стал больше, — Картер погладил животик, глядя оценивающим взглядом.
— Он растет. Уже срок шесть месяцев.
— Пошлешь мне сообщение, когда в следующий раз пойдешь на плановый осмотр? Хочу знать, что скажет доктор. Нет ли каких-то…отклонений, — его голос слегка дрогнул, а в глазах застыл страх.
— Хорошо, — пообещала я. — Я тебе напишу.
— Ладно. Тогда я пойду, — нехотя произнес, но продолжил сидеть на кровати. — Твои родители уже здесь.
Я лишь кивнула, не зная, что еще сказать. Между нами вдруг возникла неловкость, словно мы прощаемся навсегда. Картер задержал на мне взгляд, а затем потянулся и поцеловал в щеку. Погладил животик, прошептав: «Увидимся, малышка». Вскоре поднялся с кровати и с тяжелым сердцем вышел за дверь.
Глава 20
Тиффани
— Все в порядке? — спросил папа, заходя в палату минутой позже. Отсканировал меня взглядом и нахмурился. — Или он снова довел тебя? Ты что, плакала?
— Не плакала я. Все нормально, — успокоила его. Папа всегда меня слишком опекал.
— Тиффани, ты точно в порядке? — переспросила мама. Буквально подбежала к кровати и принялась меня внимательно осматривать. На ее глазах выступили слезы.
— Со мной и ребенком все хорошо. Не переживай.
— Что вообще у вас произошло? Что он натворил? — требовательно поинтересовался отец.
— Просто поругались, — соврала я, отводя взгляд. Признаваться в том, что Картер привел домой другую женщину, слишком унизительно.
— Из-за чего поругались? — прищурившись спросил, словно мы на допросе.
— Мне надо в туалет, — я поднялась с кровати, ловко избегая ответа. Обсуждать бывшего мужа сейчас не хотелось, лучше думать о чем-то позитивном, чем зацикливаться на плохом.
— Дойдешь сама? — мама подхватила меня под локоть, желая сопроводить, но я отказалась.
— Дойду. Все в порядке.
— Ладно, — кивнула, нехотя отпуская мою руку. — Просто я так распереживалась после звонка врача. Места себе не находила. Рада, что все обошлось.
— Кстати, мы только что с ним говорили. Если к вечеру все показатели будут в норме, мы поедем домой. Незачем в больнице торчать, домашняя обстановка намного лучше и уютнее.
— Ладно, — согласилась я, проходя мимо отца. Больницы я не люблю, да и кто их любит?
— Я уже позвонил Дилану. Вечером он отвезет нас домой.
— Что? Зачем? — резко обернулась недоумевая. — Мы можем вызвать такси.
— Зачем нам такси? Там накурено и тесно, — фыркнул папа.
— Тогда возьми машину напрокат.
— Дилан нас отвезет. Он как раз живет недалеко, полчаса езды, — пропустил мои слова мимо ушей.
— Я рассталась с Диланом, — напомнила я, чтобы он не думал снова заниматься сводничеством.
— Это не помешает ему отвезти нас.
— Он довольно навязчивый.
— Дочка, хватит капризничать, — отмахнулся отец в конце концов. — Сходи в туалет и давай завтракать. Не мори мою внучку голодом.
Я закатила глаза, понимая, что до него не достучаться — бесполезно. Тяжело вздохнула и отправилась в уборную. Когда позавтракала, в палату пришла медсестра с букетом роз.
— Мисс Тиссон, для вас принесли цветы.
— Цветы? — встрепенулась мама, сидящая в кресле у телевизора. Родители решили не оставлять меня здесь одну до вечера. Мама нашла себе развлечение в виде сериала, а папа отошел позвонить по делам.
— Спасибо, — растерянно пролепетала я, беря в руки букет белых роз. Красивые и пахнут приятно.
— Дилан прислал? — подумала мама. — Какой молодец! Все же присмотрись к нему, Тифф. Ты же говорила, он очень заботливый и милый, как раз для тебя, — завела она старую пластинку.
Родители в Дилане души не чаяли, в отличие от меня. Да, парень он неплохой, но я к нему совсем ничего не чувствовала. А когда в нем открылась новая сторона — навязчивость — это еще больше меня от него отвернуло. Хотя отец назвал бы это упорностью.
Заметив маленькую открытку в цветах, я аккуратно ее достала. «Мне правда жаль, детка».
— Картер, — выдохнула почти шепотом. Второй букет за все время наших отношений. Бывший муж не дарил цветы просто так, только если провинился, как сейчас.
— Что? — не расслышала мама.
— Цветы от Картера.
Ее взгляд сразу поник, а улыбка сошла с лица.
— Он извинился? — поинтересовалась, на что я утвердительно кивнула. — Барт не хотел его впускать. Но мне показалось, е нужно было сказать тебе что-то важное. Он выглядел очень взволнованным.
— Он испугался не меньше вашего, — припомнила я, каким бледным он был вчера.
— Что у вас произошло, Тиффани?
— Мы просто не слушали друг друга, вот и поругались. Он все еще таил обиду, что я от него ушла, слишком зациклился на прошлом. К тому же приревновал к Дилану.
— И все же он должен был понимать, в каком ты положении. Тебе нельзя волноваться, стресс пагубно сказывается на ребенке.
— Знаю. Поэтому я сказала, что нам лучше пока не видеться.
— Это правильно, — кивнула мама соглашаясь. — Хоть он и отец ребенка, но слишком беспечный. Лучше мы с Бартом за тобой присмотрим.
— А как папа вел себя, когда ты была беременна?
— Он меня на руках носил и задаривал подарками. И никогда со мной не ругался.
— Вы и сейчас не особо-то ругаетесь, — заметила я. Отец на маму почти не кричал, всегда уважительно и трепетно к ней относился.
— Мне повезло найти хорошего мужчину. И я бы очень хотела, чтобы и у тебя был такой.
Я обхватила живот, с досадой вздохнув. Картер никогда меня на руках не носил и, наверное, не будет. И никогда не говорил слов любви. Когда-то у нас была идиллия, когда мы готовились к суду. Но это было так давно, что кажется неправдой.