Я к тебе привязался (СИ)
— Тиффани нужно больше времени. Не хочу на нее давить.
— Ладно. Надеюсь, помиритесь к рождению дочери. А то негоже это — оставлять беременную жену на произвол судьбы.
— Я стараюсь все исправить, пап.
— Как? Ты уже просил прощения?
— Просил, и не раз.
— Сделай дорогой подарок, женщины это любят, — тоном эксперта заявил отец.
— И сколько женщин у тебя было? — усмехнулся я в ответ.
— Сын! — недовольно выпалил он. Уверен, если бы был сейчас рядом, то дал бы мне подзатыльник.
— Я сам во всем разберусь, не переживай.
— Как я могу не переживать? Я боюсь, ты оставишь нас с матерью без внучки!
— Ну что за глупости! Тиффани в любом случае разрешит мне видеться с дочерью, она не такая стерва.
— Все равно для ребенка лучше, если родители живут вместе.
— Я знаю, — устало выдохнул, потирая лоб. — И я все исправлю, у меня есть план.
— Какой?
— Пока не скажу, чтобы не сглазить.
— В прошлый раз ты дал взятку, никому не сказав, и что из этого вышло? — упрекнул он меня как маленького ребенка.
— Ладно, хватит. Не буду я делать никаких глупостей! Если ты звонил только поэтому…
— Нет, есть еще кое-что, — перебил отец. — Зачем ты послал нам с матерью столько денег?
Я замялся на секунду, не ожидая такой претензии. Думал, родители наоборот обрадуются, особенно мама, она у нас любительница покупать новые платья.
— Как зачем? На ваши личные траты.
— Это слишком много. Лучше оставь деньги на ребенка.
— Для ребенка я уже завел отдельный банковский счет.
— Ты снова влез в долги? — забеспокоился отец.
— Нет, конечно! Я заработал. Я играю на бирже, говорил же. Недавно акции одной перспективной компании поднялись в цене в пять раз, я прилично заработал.
— Вот как… Хорошо. Рад за тебя, сынок!
— И я нашел новых инвесторов для строительной фирмы. Надеюсь, следующий год будет не таким провальным.
— Смотрю, ты взялся за голову. Похвально. Это Тиффани на тебя так повлияла?
— Повлияла куча свободного времени и гребаное одиночество.
— Побыть одному иногда полезно. Можно не спеша все обдумать, прийти к согласию с самим собой.
— Ты подсел на философию? — закатил я глаза.
— Ну, на пенсии особо нечем заняться, сижу книжки читаю, — хохотнул отец. — Ладно, не буду тебя отвлекать, ты, наверное, ужинать собирался. Позвоню на следующей неделе.
— Хорошо. Пока.
Я скинул звонок и взглянул на часы: семь вечера. Сразу набрал Тиффани, попутно беря в руки важные документы и запихивая в портфель.
— Привет, — ответила она, слегка запыхавшись.
— Привет. Ты дома? Я подготовил документы, чтобы у тебя был доступ к моему банковскому счету. Нужно, чтобы ты поставила свою подпись.
— Нет, я на йоге. Давай завтра. Или лучше послезавтра. А то завтра мне к врачу, а потом я хочу кое-куда заехать.
— Оу, — разочарованно выдохнул, ведь уже настроился на встречу. За эти два дня безумно соскучился, и руки каждый раз чесались позвонить ей. — Тогда я заберу тебя с йоги и отвезу домой, — предложил, не упуская возможности.
— Ну что ты, не нужно так утруждаться. Я возьму такси.
— Я тебя заберу, Тифф. Просто пришли мне адрес.
На несколько секунд повисла тишина, и я уже побоялся, что она просто скинула звонок, чтобы мне не отвечать. Но тут раздался ее слегка взволнованный голос:
— Ладно. Выйду примерно через полчаса, мне надо принять душ и переодеться.
— Хорошо. Договорились, — ответил с улыбкой на губах.
Когда подъехал к нужному месту, Тифф уже стояла на крыльце и ждала меня. Я вышел из машины и помог ей забраться на переднее сидение. Она так забавно кряхтела, пока садилась.
— Чего лыбишься? — поинтересовалась, недоуменно глядя на меня.
— Просто рад тебя видеть, — пожал плечами и закрыл дверь, пока не дошло до скандала. Иногда Тифф зверела за несколько секунд.
Сев за руль, протянул ей коробку любимого печенья с малиновой начинкой. Ее глаза сразу засияли радостью.
— Это мне?
— Ну конечно тебе! Знаю, что ты их любишь.
— Откуда знаешь? — спросила, беря коробку в руки.
— Много раз видел такое печенье дома, именно с малиновым вкусом.
— Спасибо, — смущенно пролепетала, отворачиваясь к окну.
— Давай тебя пристегну, — потянулся к ней, чтобы помочь с ремнем. Но это была плохая идея, потому что Тифф оказалась слишком близко — наши губы буквально в сантиметре друг от друга. Я замер, поняв свою ошибку, а она шумно выдохнула, проверяя меня на прочность. До меня донесся запах молока, исходящий от нее, немного сладкий и напоминающий детство.
— Картер, — прошептала Тиффани, и мне понадобилась вся сила воли, чтобы ее не поцеловать.
— Прости, — отстранился через несколько секунд, ощущая, как горят щеки. Отчего-то бросило в жар, словно я прыщавый подросток на первом свидании.
— Я сама пристегнусь.
— Ладно.
Я завел двигатель и стал выезжать с парковки, избегая взгляда бывшей жены. Боялся увидеть там недовольство.
— Как прошло занятие? — поинтересовался, чтобы не сидеть в неловкой тишине.
— Нормально. Хотя я чертовски устала.
— Доктор разрешил тебе занятия, да? — уточнил я, мельком на нее глянув.
— Да. Йога полезна, помогает размять мышцы. Но думаю, скоро перестану ходить в зал и лучше буду заниматься дома.
— Ладно… Тебе не жарко? Включить кондиционер?
— Нет, мне нормально, спасибо. Кстати, где бумаги, которые ты привез? — осмотрелась она по сторонам.
— В портфеле на заднем сидении. Достану, когда довезу тебя домой.
— Значит, открыл счет в банке для дочери?
— Да. На нем уже есть деньги, так что можешь тратить.
— И сколько там? — поинтересовалась, разглядывая мой профиль.
— Двадцать тысяч. Но я буду пополнять счет ежемесячно.
— Вау, немало. Дела у фирмы идут хорошо?
— Неплохо, — пожал плечами, выворачивая на популярную туристическую улицу. Сразу попал в небольшую пробку, останавливаясь за серым седаном.
— О, пиццерия, — вдруг указала Тифф пальцем. — Давай зайдем? Я хочу сырную пиццу.
Она прикусила губу и нетерпеливо заерзала на сиденье, словно маленький ребенок. И как я могу ей отказать? Осмотрел периметр, ища глазами парковку. Чуть дальше по улице есть одна, метрах в триста.
— Хорошо, — перестроился в правый ряд. — На вынос или поужинаем там?
Тиффани призадумалась на секунду, взвешивая все «за» и «против». Возможно, не хотела проводить со мной так много времени, но все же решилась:
— Поужинаем, я полагаю. Иначе пицца остынет, пока мы доедем до дома по всем этим пробкам.
Через пятнадцать минут мы сидели за угловым столиком пиццерии. Тиффани сразу заказала сырную, даже не заглядывая в меню.
— Ты же вроде любила с пепперони, — припомнил я, ведь мы часто заказывали пиццу, когда устраивали ленивые дни.
— Мне сейчас нельзя острое, — поморщилась она. — И слишком жирное. Так что никаких жареных кальмаров и прочего, не то живот разболится.
— Потерпи еще два месяца.
— Больше, чем два. Я же потом грудью кормить буду, нужно будет продолжать следить за питанием.
— О, — неловко протянул, ведь совсем в этом ничего не понимал. Хотя я прочитал несколько десятков статей про беременных, но все равно мои познания на уровне первоклассника. — Все еще боишься родов?
— Боюсь, — призналась Тифф, опуская взгляд. Начала ковырять ноготь на указательном пальце. — Это чертовски больно. Говорят, многие потом с кровати встать не могут, пачками едят обезболивающее.
— Все будет хорошо, — постарался успокоить, накрывая ее ладонь своей. Тиффани тут же подняла на меня глаза, в которых застыли слезы. Моя маленькая плакса. — Не стоит сильно переживать, ты же выбрала лучшую больницу города.
— Я знаю, просто… — начала говорить, но запнулась. Все же еще не настолько мне доверяла, чтобы поделиться всеми страхами. — Ладно, давай не будем об этом.
Она откинулась на спинку стула, увеличивая расстояние между нами, и стала высматривать официантку с нашим заказом. А я поспешил поменять тему: