Я к тебе привязался (СИ)

Так, где там вино?
— Лукас сказал, вы с Элли расстались? — в голосе Лилли уловил грустные нотки. Еще недавно она так радовалась, что я начал с кем-то встречаться.
— Угу. И она Элла.
— Поругались?
— Девчонка стала раздражать. Пыталась залезть мне в душу, а я хотел побыть один.
— Расскажешь, что случилось? — осторожно спросил Лукас.
Он уже умял свою порцию и лениво потягивал вино, изучая меня глазами. Наверное, понимал, что мое спокойствие фальшивое. Я тяжело вздохнул, откидываясь на спинку стула, и выдал без прелюдий:
— Я видел ее вчера.
— Где?
— В ресторане.
— И что она сказала?
— Ни хрена не сказала! Сидела там вся такая счастливая. А потом ее забрал какой-то мудак, — я поморщился от воспоминаний и залпом допил вино в бокале. Как будто в нем можно утопить боль и чувство сожаления.
— Она была с парнем? — ошарашенно переспросила Лилли.
Я кивнул и добавил безжизненным голосом:
— А еще у нее большой животяра.
— В смысле?
— Эта сука беременна и готовится выйти замуж.
Повисла тишина. Друзья явно не знали, что сказать. Я в это время плеснул в бокал еще вина и сделал несколько глотков. На душе словно кошки скребли, чувствую, опять напьюсь сегодня.
— Ты уверен? — уточнила Лилли.
— Ну, насчет свадьбы не уверен. Это уже мои додумки, — признался я. — Но они определенно встречаются.
Парень смотрел на нее как на сокровище и взял за руку. Надо быть дураком, чтобы не догадаться, что они вместе.
— Я имею в виду беременность.
— Я своими глазами видел округлый животик. Она точно беременна.
— Но… — нахмурилась Лилли, слегка задумавшись. — Какого он размера?
— Не знаю. Такой, как у тебя на Рождество… Да какая разница? В общем, живет Тифф припеваючи, — с горечью произнес я.
— Я к тому, что…если живот большой, то и срок большой.
— В смысле? — не догонял, что она пытается мне сказать.
— Картер, на Рождество у меня был шестой месяц.
Мысленно прикинул в голове гребаные месяцы, что провел без женушки и до меня дошло.
— Хочешь сказать, она уже трахалась с ним на стороне, пока я готовился к суду? — мне вдруг стало тяжело дышать. Неужели Тиффани настолько меня предала? Лилли покачала головой и посмотрела она на меня как на недалекого.
— Ты не думаешь, что ребенок может быть от тебя?
— Нет. Мы всегда предохранялись.
— Ну, иногда происходит осечка… — старалась она донести до меня то, во что я упорно не хотел верить.
— Мы и правда много трахались, — припомнил я, как брал Тиффани на столе, диване, кровати, словом, везде. Старался насытиться ею, запомнить ее и ощущения с ней. — Но обычно с резинкой. А если нет, то я в нее не кончал.
Лилли тяжело вздохнула и переглянулась с мужем. В это время сработала радио-няня, и послышался детский плач.
— Ох, Санни проснулся, — сказала, вставая из-за стола. — Вы общайтесь, я пойду его успокою.
Жена друга быстро упорхнула из столовой, оставляя нас наедине. На какой-то момент повисла тишина. Я все вертел бокал в руках, уставившись в одну точку и обдумывая слова Лилли.
— Тебе стоит поговорить с Тиффани, — нарушив тишину, предложил Лукас.
— Не думаю, что переживу еще одну встречу с ней… — мрачно произнес я, поднимая на него взгляд.
Вчера я чуть не сдох. Словно стоял на краю пропасти и вот-вот упаду и разобьюсь насмерть. Один ее взгляд, и я забывал, как дышать, а сердце так сильно барабанило в груди, словно меня настигнет инфаркт.
— Ты все еще ее любишь, — догадался друг.
— Я ее ненавижу, — прорычал я.
Ненавижу эту суку всем сердцем!
— Так иногда бывает…
Я молчал, не зная, что сказать. Со мной такого никогда не бывало. Я никогда никого не любил, ни по кому не убивался и спокойно себе жил до появления Тиффани. Эта девчонка меня просто растоптала. Ушла и забрала с собой все краски. Как я могу ее любить? Как я вообще могу кого-то любить, когда мое сердце превратилось в камень?
Я залпом допил очередной бокал вина и осмелился задать вслух мучивший меня вопрос:
— Что, если она беременна от меня?
— А ты хочешь этого ребенка?
 
— Не знаю, — честно ответил я. — Это меня пугает. Я не готов к детям, Лукас. Это охренительная ответственность. Я со своей жизнью-то разобраться не могу. Но…
Это ребенок от Тифф…
Представил ее, качающую на руках маленькую кроху. Она улыбается, такая счастливая. Все это похоже на сон.
— Что тебя больше расстроит: что ребенок от тебя или от другого парня?
Я на секунду задумался. От мысли о том, что ребенок от того мудака, меня начинало тошнить. А от мысли, что он прикасался к ней и трахал, меня стало выворачивать наизнанку. Кулаки сами сжались до белых костяшек. Лукас все понял по моему лицу.
— Поговори с ней, Картер.
— И что я ей скажу? «Привет. Давно не виделись. Это мой ребенок? Нет? Ну тогда я пошел. Кстати, гори в аду, дрянь!».
— Звучит неплохо, кроме последнего предложения, пожалуй, –усмехнулся друг и потянулся к вину. — Ты ведь так и не говорил с ней с того раза?
— Нет.
В тот день я пришел с работы, мы как всегда поужинали, занялись сексом. Все было нормально, а утром она просто исчезла. Только гребаную записку оставила.
— Наверное, время пришло. Лучше сразу все прояснить, чем ты будешь себя накручивать. Это как сорвать пластырь. Ты можешь оттягивать этот момент до бесконечности, а можешь просто сорвать и идти дальше.
— Ты в институте философию изучал, что ли? — закатил я глаза. — Снова твои заумные речи.
— Я, в отличие от тебя, хоть что-то изучал, — подколол Лукас с улыбкой на губах.
Я шумно выдохнул и протер лицо ладонями, собираясь с мыслями. Возможно, друг прав, но…
— Я боюсь услышать ответ.
— Ну, по крайней мере, ты узнаешь правду. И потом уже решишь, что делать дальше.
  
Глава 3
 
Картер
 
Я ехал в такси и все барабанил пальцами по колену, дергал ногой и прикусывал щеку изнутри. Ужасно нервничал, хоть и выпил полбутылки вина. Мне одновременно хотелось и не хотелось ее увидеть. Когда-то она меня бесила, а теперь рядом с ней я не мог дышать.
Приехали мы как-то слишком быстро, и казалось, к разговору я вовсе не готов. Сердце ухало в груди, ладони потели. Я вышел из такси и замер у ворот. Еще несколько минут собирался с мыслями и, наконец, позвонил в звонок. Мне никто не отвечал, и я продолжал трезвонить как одержимый. Потому что видел горящий свет в доме, и меня бесило, что она игнорировала меня. Словно я не стою ее гребаного внимания. Бессердечная сука!
— Кто?
— Ты прекрасно видишь кто, — процедил я, глядя в камеру. — Открой, нам надо поговорить.
На территорию Тиффани меня не пустила, а вышла сама. Наверное, чтобы ее новый парень меня не увидел. Открыла ворота и встала в метре от меня, неловко обхватывая себя руками. Живот выпирал под белой домашней футболкой.
Какое-то время мы молча пялились друг на друга. Черт, как она близко! Кончики пальцев покалывало от желания прикоснуться к ней, провести по шелковистой коже. Но я сдержался и не сдвинулся с места.
— Зачем приехал? — спросила Тиффани дрожащим голосом. Глаза бегали из стороны в сторону, она избегала моего взгляда. Неужели ей стыдно? Или просто не хочет меня видеть?
— Он мой? — кивнул, указывая на ее живот. — Только не смей мне врать. Я все равно сделаю ДНК-тест.
Почувствовал, что задержал дыхание в ожидании ответа. Во рту пересохло, а руки начали подрагивать.
— Твой, — ответила Тиффани, виновато опуская глаза, а я учился дышать заново.
Мой… Ребенок мой…
Испытал всю гамму чувств и эмоций. Удивление, облегчение, панику, злость.
— И когда ты собиралась мне об этом сказать⁈ Никогда⁈ — повысил я голос, не сдержавшись.
— Я бы сказала… — пролепетала она. — После того как ребенок родился.
— Ага, как же, — не поверил я, вспоминая ее парня. — Ты уже нашла ему нового папочку!