Я к тебе привязался (СИ)
— Я велел ему убираться из этого штата и был очень убедителен. Больше он вас не побеспокоит, будь уверен.
— Рад слышать, — как камень с души упал.
— Что за история с Диланом? — поинтересовался отец, навострив уши. Моим родителям мы об этом так и не сказали.
— Да так, пустяки, — небрежно махнул рукой и поспешил перевести тему. — Кому еще картошки? Я старался, в этот раз получилось неплохо.
— Очень похвально, Картер, — улыбнулась теща, окидывая меня довольным взглядом. — Не знала, что ты умеешь готовить.
— Тиффани меня немного научила.
— Так когда свадьба? — спросила моя мама. — Официально вы все еще в разводе.
Тиффани пожала плечами, переводя на меня взгляд, словно я должен все организовать. Я бы не прочь, только вот пока некогда. Помимо ухода за Дженни я все еще работал из дома несколько часов в день и одним глазом приглядывал за котировками на бирже.
— Скоро, — уклончиво ответил я. — Нам пока немного не до этого.
— Я рада, что вы в итоге помирились.
Да, мы долго к этому шли.
За год наши отношения кардинально поменялись и поменялась жизнь в целом. Еще на прошлый день Благодарения я терпеть не мог семейные посиделки и мечтал избавиться от Тиффани. Сейчас же, спустя год, я не представляю жизни без нее и благодарен за дочку.
Тиффани за год тоже изменилась. Из слепо влюбленной, наивной девочки, превратилась в ценящую себя женщину. Больше не липла ко мне, как и раньше, а занималась собой. Это заставляло меня самому отрываться от работы и пойти узнать, чем таким она занята.
Мы притерлись друг к другу, больше не ссоримся по пустякам, вопрос с доверием тоже решен. Мы прошли ту стадию, когда каждый перетягивает одеяло на себя. И теперь у нас есть Дженни — это самое главное.
Ну и, наверное, я повзрослел, перестал думать только о себе. Даже отец теперь смотрит на меня по-другому — с долей гордости, хотя раньше я был его разочарованием.
— Мы можем взять к себе Дженнифер на время, чтобы вы могли все устроить и вообще немного отдохнуть, — предложила теща, возвращаясь к теме свадьбы.
— Мы тоже готовы во всем помогать, — не отставала моя мама.
— Спасибо, мы обязательно этим воспользуемся.
Семейный день прошел неплохо. Мы предлагали родителям остаться на ночь, но они решили вернуться домой. Тифф прибиралась на кухне, а я отправился кормить и убаюкивать Дженни. Уже полчаса пел ей песенки своим хриплым голосом, но она упорно не хотела засыпать.
— Как дела? — заглянула в детскую Тиффани.
— Как видишь, мы еще не спим.
— Ты пробовал петь и укачивать?
— Пробовал, и она определенно в этом не заинтересована, — мрачно отозвался я.
— Давай я попробую.
Когда она взяла Дженни, ее взгляд сразу смягчился, а голос стал нежнее. Вообще, когда Тифф брала дочку на руки, слегка менялась в лице, становилась более лучезарной.
— Привет, малышка. Кто это у нас тут не спит? Папочкина песенка тебе не нравится, да? — посюсюкала она, на что дочка улыбнулась.
— Ты видел? Она улыбнулась! Улыбнулась! — перевела на меня радостный и одновременно ошарашенный взгляд.
— Видел, — кивнул я и не стал раскрывать, что уже видел улыбку дочери, когда Тиффани не было рядом. Подумал, что она может расстроиться, что все пропустила, поэтому ничего не сказал.
— Малышка, когда ты улыбаешься — такая красавица! — завороженно смотрела на нее Тифф. — Жаль, не успели сделать фото.
— У нас будет еще много возможностей, — успокоил я ее. Дочке почти два месяца, а у нас и так уже около двухсот ее фотографий. Тиффани делала снимки чуть ли не каждый день.
— Давай, посмейся еще раз, — попросила она, но Дженни никак не отреагировала. Уставилась на нее зелеными, почти идентичными глазками. Тогда Тифф широко улыбнулась, но и это не принесло результатов.
— Наверное, она уже сонная, — предположил я. — Лучше спой ей, чтобы она поскорее уснула, и пойдем отдыхать. Я за сегодня чертовски устал.
У Тиффани тонкий мелодичный голос, Дженни быстро под него засыпала. И она знала много детских песенок, в отличие от меня. Я обычно пел то, что слышал по радио или какую-нибудь отсебятину. Единственную колыбельную, которую я выучил, про то как папочка купит много разных вещиц, Дженни терпеть не могла и от нее еще больше плакала.
Когда дочка уснула, мы перешли в спальню. Я сразу повалился на кровать, утягивая за собой Тиффани. Сегодня она надела обтягивающее платье, и я весь вечер сдерживался, чтобы не полапать ее за грудь или задницу.
— Картер, — пискнула она. — Я собиралась переодеться.
— Я тебе помогу, — хищно улыбнулся, стягивая лямку платья с плеча. Поцеловал ключицу, проводя языком по нежной коже. Сходил с ума от того, как приятно она пахнет.
— М-м-м, — промурлыкала Тифф, тая под моими поцелуями.
Я залез ладонью под платье и стал с жадностью шарить по девичьему телу. Сжал грудь и укусил за шею, возможно, оставляя следы.
— Может, сначала душ? — протянула она почти шепотом.
— Позже, — ответил, выкладывая дорожку из поцелуев, спускаясь ниже. Когда оголил грудь и втянул в рот твердый сосок, Тиффани простонала.
В следующий миг я сорвал с нее платье, оставляя в одних трусиках. Черные кружевные — мои любимые. Впопыхах снял рубашку и стал расстегивать ремень брюк. Тифф все это время блуждала по моему торсу взглядом, сексуально прикусив губу.
— Иди сюда, — резко обхватил ее за талию и придвинул к себе ближе. Она пискнула, а потом рассмеялась:
— У-у-у, папочка сегодня страстный.
— Меньше слов, детка!
Я высвободил каменный член из трусов и посмотрел на жену. Она поняла мой намек и тут же взяла его в рот, на что я блаженно простонал, прикрывая глаза. Обожал минет, особенно ее.
Тиффани водила языком по всей длине, посасывала головку и глубоко заглатывала. Я почти кончил, потому что было невероятно кайфово. Выпал из реальности, на время погрузившись в нирвану.
Не желая, чтобы все так быстро заканчивалось, я отстранился, чтобы полностью раздеться. Затем уложил Тифф на живот и шлепнул по заднице. Она пискнула, но не сильно-то сопротивлялась. Медленно провел кончиками пальцев от ее плеч до ягодиц. Нежная кожа покрылась мурашками.
— Картер, — выдохнула Тиффани, когда я добрался до трусиков. Она уже вся была влажная и изнывала от желания, я понял это по ее томным стонам.
Стянув кружевные трусики, снова звонко шлепнул по заднице, а затем пробрался пальцами внутрь. Тифф приподняла попку, чтобы мне было удобнее. Такая сладкая и желанная.
Я поигрался членом у входа, потеревшись о киску головкой, и вовремя вспомнил про презерватив. К еще одному ребенку мы пока не готовы, так что использовали защиту.
— Резинка, — сказал я Тиффани, и она потянулась к тумбе и подала мне презерватив.
Надев его, я поставил ее на колени, а затем резко вошел. Громкий стон разнесся по комнате. Жена сжимала одеяло в кулаках, пока я ее жестко трахал. Схватился за задницу и вколачивался снова и снова, наслаждаясь каждой секундой.
Тифф любит, когда я страстный, а потому кончила, не успели мы поменять позу. Слегка устав, я лег на спину, заставляя теперь ее попотеть. Помог ей задать темп, а потом просто получал кайф, пока она на мне прыгала. Сиськи прыгали вместе с ней, притягивая мой взгляд, и я не удержался и вцепился в один сосок зубами, легонько прикусил.
— О боже!
— Тебе нравится?
— Да…
— Тогда давай быстрее, — шлепнул ее по заднице, заставляя ускорить темп.
Мне нравился секс с ней. В этом плане мы всегда друг другу подходили. У Тифф почти никогда не болела голова, и часто она была инициатором наших любовных утех. Игривая сексуальная кошечка.
Спустя несколько минут, когда она выдохлась, я уже был на грани. Обнял ее, прижимая к своей груди, и стал сам двигать бедрами.
— Картер, — пискнула, тяжело дыша мне на ухо, а затем я почувствовал, как ее тело задрожало, а киска стала сжиматься.
Сделав еще несколько толчков, я тоже кончил, хватая воздух губами. Какое-то время мы лежали молча и неподвижно, стараясь отдышаться и приходя в себя.