Ромеи и франки в Антиохии, Сирии и Киликии XI–XIII вв.

Определенно можно проследить лишь линию преемства на самом патриаршем престоле Антиохии, прерванную на 40 лет в начале VIII в., но затем возрожденную [135]. Патриаршая епархия охватывала церкви и православные общины как самой Антиохии, так и обширных окрестных территорий, в том числе и многочисленные монастыри вдоль гор Аманоса, от предместий Алеппо на востоке до прибрежных земель на западе. Среди монастырей северной Сирии, православной, мелькитской братии по-прежнему принадлежал величественный монастырь Св. Симеона Столпника (Калаат Саман), лежавший на полпути между Антиохией и Алеппо. Монастырь возник во второй половине V в., на месте подвижничества св. Симеона Столпника (Старшего). Кафоликон монастыря, освященный к 475 г., по праву считается одним из величайших шедевров позднеантичной архитектуры. Состоявший из четырех базилик, соединенных крестообразно над столпом святого отшельника, соборный храм покрывал площадь, лишь немногим уступавшую константинопольской Софии [136]. Монастырский ансамбль дополняли еще два храма, а также великий баптистерий, воздвигнутый близ кафоликона [137]. Массовые паломничества к столпу и обители святого привели к созданию целого города — Дейр Самаана, «города Симеона», возникшего у подножия монастырской горы [138]. Монастырь Св. Симеона входил в патриаршую юрисдикцию и периодически служил резиденцией и местом убежища для Антиохийских первосвятителей [139].
В Антиохии, в годы арабского владычества, введении православного Патриарха и его паствы оставались две великие византийские церкви — соборная церковь Кассиана и Юстинианова круглая церковь Пресвятой Богородицы [140]. Эти две церкви имели первенствующее значение для христиан Антиохии. Вовремя схизмы в Антиохийском Патриархате, в середине IX в., обе церкви претендовали на роль патриаршего собора, поскольку каждая отошла к своему претенденту на патриарший престол: Патриарху Евстафию отошла церковь Кассиана, Патриарху Николаю — церковь Пресвятой Богородицы [141]. Арабский географ аль-Масуди приводит яркое описание новогодних празднеств антиохийских христиан, совершаемых у церкви Кассиана. «Первый день месяца (января) именуется календами; это великий праздник среди сирийцев. В Антакье в канун этого дня они зажигают огни и совершают евхаристию. Это обычно происходит перед церковью Кассиана, которая является одной из самых почитаемых церквей города. Христиане Антакьи, как высокопоставленные, так и простолюдины, совместно принимают участие в этих празднествах, увеселениях и возжигании огней; ибо в этом граде, Антакье, находится и их Патриарх» [142]. С ранневизантийских времен сохранилась и еще одна антиохийская церковь — церковь Маккавеев или церковь Св. Ашмунит, представлявшая собой перестроенную позднеантичную синагогу, возведенную на месте захоронения ветхозаветных праведников — семи братьев Маккавеев, их матери Ашмунит и старца священника Елеазара, казненных по приказу селевкидского царя Антиоха IV Эпифана [143]. Целый ряд знаменитых антиохийских церквей впервые упоминается лишь со времен арабского господства, к примеру — церковь Св. Варвары [144]. Причем, здесь следует отметить, что церковь Маккавеев и церковь Св. Варвары, вероятно, принадлежали сиро-яковитам или переходили из рук в руки (от халкидонитов к миафизитам и обратно). Во всяком случае, прямо связать их с антиохийскими мелькитами, как церкви Кассиана и Пресвятой Богородицы, невозможно.
 
Со времен арабского правления впервые начинают упоминаться и православные монастыри Антиохии — обитель Св. Апостола Павла, расположенная на склонах горы Стаурин, близ Персидских врат, и монастырь Св. Арсения, лежавший за пределами городских стен [145]. Согласно описаниям аль-Масуди: «В Антиохии находится церковь Павла, известная как Дейр аль Барагит (Монастырь Блох); она прилегает к городским воротам, именуемым Баб аль Фарис (ворота Всадников). В городе есть и другая церковь, которую они называют "Ашмунит", где проводят праздник, пользующейся славой среди христиан. Эта церковь ранее принадлежала евреям. Там же находятся церковь Варвары и церковь Мариам» [146]. Впоследствии, в годы второго византийского правления (969–1094 гг.), число мелькитских церквей Антиохии увеличилось как за счет строительства новых церквей, так и восстановления старых, ранневизантийских храмов.
Если говорить об епархиях, располагавшихся в глубине континента, то наиболее благоденствующей кажется мелькитская митрополия Дамаска, занимавшая девятое место среди великих митрополий Антиохийского престола. Митрополиты Дамаска сохранили как преемство иерархии [147], так и несколько действующих епархий-суффраганов. В самом Дамаске за мелькитами первоначально оставалась половина старого кафедрального собора Св. Иоанна Крестителя; вторая его половина была отдана под мечеть при арабском завоевании. Кроме того, к 702 г. мелькиты смогли существенно расширить и перестроить возведенную на Прямой улице церковь Пресвятой Богородицы, основанную еще во II в. С момента окончательного перехода собора Св. Иоанна к мусульманам [148], Богородичная церковь стала кафедральным собором дамасских мелькитов и их митрополита. Посещая Дамаск в конце XII в., Ибн Джубайр отмечал красоту православного собора Пресвятой Богородицы: «В городе есть церковь, которую весьма почитают румы; ее называют церковью Мариам. После храма в Иерусалиме нет для них более почитаемой церкви. Она красиво сооружена, ее росписи удивительной работы ошеломляют ум и приковывают взоры; это — дивное зрелище. Она принадлежит румам, без каких-либо посягательств» [149].
К северу от Дамаска находилось несколько крупных мелькитских анклавов, сосредоточенных вокруг поселений Кара, Ябруд, Маалюля и Сайданая [150]. В христианском поселении Кара находился целый ряд древних мелькитских церквей, в том числе кафедральный собор Св. Николая, церковь Свв. Сергия и Вакха и почитаемый монастырь Св. Иакова Рассеченного (Иакова Персиянина). Преимущественно христианским был и остается населенный мелькитами город Ябруд, расположенный несколько к юго-западу от Кары, ближе к Дамаску. В Ябруде же находится и действующая по сей день церковь Свв. Константина и Елены, основанная в IV в. на месте храма Ваала [151]. Поселения Вакха и Маалюля известны, прежде всего, за счет того, что их население избежало лингвистической арабизации и сохранило, в качестве родного наречия, диалект арамейского. Правда, в средние века сирийский был еще распространен не только как богослужебный язык, но и как повседневное наречие среди значительной части ближневосточных христианских общин, не превратившись еще в «реликт». Следует также отметить, что в XVII в. население Вакхи принуждено было поголовно перейти в ислам, так что последним арамейским центром халкидонских христиан Сирии остается лишь населенная православными и греко-католиками Маалюля [152]. В Маалюле располагались и знаменитые обители сирийских мелькитов: монастырь Свв. Сергия и Вакха (Мар Саркис) и монастырь Св. Феклы (Мар Текла). Монастырь Мар Саркис возводит свое основание к началу IV в. Обитель была возведена на месте высокогорного языческого храма Аполлона. В главном и южном приделах монастырского кафоликона (по крайней мере до разорения монастыря осенью 2013 г.) находились два древнейших святых престола, очевидно поставленных еще до Первого Вселенского собора (325 г.). В главном приделе Свв. Сергия и Вакха — полукруглый алтарь с бортиком (атрибут, являющийся наследим языческих алтарей); в северном приделе, посвященном Пресвятой Богородице, святой престол фактически представляет собой капитель колонны, также обрамленную небольшим бортиком. Поскольку подобные алтари вышли из употребления с момента Первого Никейского собора, остается лишь предполагать, что два святых престола в кафоликоне монастыря Свв. Сергия и Вакха были поставлены и освящены еще в первой четверти IV в. [153].