Обратный эффект (СИ)

– Так, так. Его рюкзак остался под склоном, он не попал под «стакан».
– Да, за ним надо только сходить. Вместе сходим, принесем и придумаем, как его протащить на корабль.
– Если было бы все так просто. Эта мерзкая тварь с такой силой меня бросила, что кажется, я сломал ногу.
Только сейчас Сергей обратил внимание на то, что Юргис как-то неестественно держит ноги. Но за время разговора Юргис не простонал, ни как-то по-другому не выразил, что у него перелом.
– Какую? – спросил Сергей.
– Левую.
Сергей притронулся к ноге.
– Полегче. – Лицо Юргиса перекосилось.
– Надо наложить шину, – вспомнил Сергей уроки по оказанию первой помощи.
– Ерунда, переживу. Нам нечем ее приматывать. Поэтому за устройством придется идти тебе одному.
– А как вы здесь останетесь? Вдруг «кузнечики» опять пожалуют.
– Пожалуют, буду отстреливаться.
– Но их же не берут наши пули.
– Вот поэтому и надо их взорвать. Все. Иди. Не теряй времени.
***
Надежда никогда не испытывала боязни замкнутых пространств, но она никогда и не попадала в такие ситуации, когда ее насильно где-то закрывали. Загадочный купол или «стакан», как его назвал Сергей, давил на нее. И хоть стены его были практически не заметны, наличие их угнетало. Она не могла выйти за пределы огороженной территории. Ей приходилось находиться в кругу одних и тех же людей. Нет, она не испытывала к ним неприязни, но постоянное мужское общество, навязанное неведомой силой, вызывало непременный дискомфорт.
Алина продолжала пребывать в состоянии легкого помешательства. Она то рыдала, то молча сидела, уйдя в себя, то принималась вновь рассказывать историю про монстра. Доктор пытался ее успокоить, давал какие-то таблетки. На время это помогало. Поэтому Надежде не очень-то было уютно в ее компании.
Литюк все так же лежал, пригвозденный к земле. Он продолжал жить, но от такого существования он впадал в уныние. Временами он начинал рыдать и проклинать небесные силы, что они не спешат закончить его страдания. Айкиз пытался его утешить, два раза давал обезболивающее.
Алексей после того последнего разговора больше не подходил к Надежде. Они вместе с Олегом снова взяли в руки лопаты и пробовали подкапывать в разных местах, но всегда натыкались на одно и то же.
Дождь стекал по стенкам стакана с той стороны, а сюда не попадало ни капли. После того, как Юргис и Сергей ушли, доктор предложил перекусить. Все вспомнили, что завтрак был очень давно. У Надежды тут же засосало под ложечкой. Она раскрыла свой рюкзак и достала остатки сухого пайка. Остальные тоже вынули из рюкзаков, у кого что есть. Разделили. Всухомятку пожевали. Разводить костер Айкиз категорически запретил. Сказал, что внутри «стакана» количество кислорода ограничено, и огонь быстро съест его добрую часть, наполнив воздух угарным газом.
Олег и Алексей продолжали свои безуспешные попытки с подкопом, а Надежда слонялась без дела по площадке. Прошло уже несколько часов, а Сергей и Юргис не возвращались. В какой-то момент из леса донеслись приглушенные выстрелы. Это встревожило всех.
– Я могу ошибаться, но готов поспорить, – сказал Олег, – что один выстрел принадлежит Юргису. Так стреляет его карабин. А два других – студенту. Его двустволку тоже трудно не узнать.
– Что же с ними могло случиться? – произнесла Надежда.
Никто не решился спорить с Олегом, и высказывать предположения тоже. Слишком уж грустные мысли приходили на ум каждому.
Выстрелов больше не последовало, и что там происходило дальше, было неизвестно. Алина зашлась в очередной истерике. Она кричала, что монстр убил Юргиса и Сергея, что он скоро придет сюда и разорвет всех остальных. От ее слов становилось не по себе.
Доктор вновь дал ей успокоительное. Он сел рядом с ней. Алина постепенно утихла и опустила голову на плечо Айкизу. Он сидел, поджав колени, и вновь теребил в руках свою рыбку. Надежда приблизилась к Айкизу и спросила:
– Вы постоянно носите с собой эту рыбку. Она что-то для вас значит?
 
– Она напоминает мне об очень дорогом человеке, – Айкиз тяжело вздохнул. – Если хотите, я расскажу. Только это очень грустная история.
– Сейчас даже самая грустная история хоть как-то скрасит наше пребывание здесь.
– Вы правы. Мне самому хочется отвлечься от назойливой мысли, что наше заточение никогда не закончится.
– Тогда рассказывайте, я с удовольствием послушаю.
– Эту рыбку подарила мне одна девушка. Моя пациентка. 
Доктор задумался. Наверное, вспоминал ту девушку. Надежда смотрела на него с нетерпением, уж очень ей хотелось услышать его историю.
– Это было десять лет назад. Я тогда работал в онкологической клинике. Мою пациентку звали Машей. И было ей всего шестнадцать. Она проходила курс химиотерапии. Я вел Машу с первого дня ее поступления к нам. Вы знаете, – доктор как-то смущенно потупил глаза, – она сразу вызвала во мне симпатии. У нее была такая искренняя улыбка и большие добрые глаза. Я понял, что она очень любит жизнь и ценит в ней каждое мгновение. Я просто не мог не полюбить ее. Нет, вы не подумайте, у меня не было никаких плотских намерений по отношению к ней. Но я очень любил видеть ее каждый раз, когда приходил в палату. Она всегда поднимала мне настроение одним только своим присутствием. И мне начало казаться, что она тоже не равнодушна ко мне.
Все шло хорошо, она готовилась к выписке. Во время последнего обхода Маша подарила мне вот эту самую рыбку. Она сплела ее из капельниц. Не правда ли, очень тонкая и умелая работа?
Айкиз продемонстрировал рыбку Надежде, сам любуясь этой нехитрой игрушкой. В уголках его глаз блеснули слезы.
– Да, замечательная рыбка, – ответила Надежда, желая хоть как-то поддержать доктора.
– В то утро Маша была сама не своя. Она сказала, чтобы я не расставался с ее подарком. «Эта рыбка приносит удачу. И она всегда будет напоминать вам обо мне». Я говорил Маше, что все будет хорошо, и ее вот-вот выпишут. Я уехал домой с ночной смены. А вечером позвонила медсестра и сообщила, что Маши не стало. Она умерла через четыре часа после нашего расставания.
Надежда представила себе ту давнюю историю, и ей стало жаль доктора, оказавшегося в плену этой невероятной любви. Она смотрела на рыбку, которую он перебирал пальцами, и думала, что та девушка, Маша, наверное счастлива там на небесах, потому что ее до сих пор любят.
Размышления Надежды прервал раздраженный голос Олега:
– Это какой-то пиндец!
Олег отшвырнул лопату и со всей силы пнул невидимую стену. Нога его отскочила, а сам он схватился за носок сапога и дико закричал.
– А-а, подлючая скотина! Нас тут наглухо заточили!
Алексей, стоявший с ним рядом, произнес:
– Если Сергей и Юргис погибли, мы обречены.
– Вы уже сдались? – сказала Надежда, подойдя к ним. – Вы готовы сложить руки?
– А что нам делать? – Алексей посмотрел на нее горящими глазами. – Кто нас спасет? Кто найдет в этой глуши? У тебя есть какая-то идея?
– Нет. Но я все же верю, что они живы.
Надежда повернулась в ту сторону, откуда пару часов назад были услышаны выстрелы, и заметила среди деревьев какое-то движение. Она подбежала ближе к стене. Сквозь стекающие, словно по стеклу, капли она пыталась разглядеть, что там. Очень скоро она увидела темную фигуру, приближающуюся к ним. Фигура была человеческой, и это обрадовало Надежду. Через пару минут она могла точно сказать, что это был Сергей. Она узнала его походку и очертания. Но куртка и брюки его почему-то стали черными. Сергей шел быстро, но местами спотыкался и, казалось, с трудом поднимал ноги. Он взобрался по склону холма и остановился у стенки напротив Надежды. Подошли Олег, Алексей и Айкиз. Сергей широко улыбнулся им, всматриваясь в их лица так, будто не видел их целую вечность. 
  
Глава 31. Самое трудное
 
Он вкратце рассказал о том, как были найдены геологи, о корабле пришельцев и о плане, который придумал Юргис. Он видел, что его товарищи не прочь узнать подробности, но времени на долгие разговоры не было. Сергей спросил: