Измена. Месть подают холодной (СИ)

Замечаю, что Сэм сияет, словно начищенный медный таз.
– Вы тоже заинтересовались этим? – спрашивает он оживлённо. – Ведь драконица аллиры Брисби заснула после того, как баронесса родила ребёнка! Прямо как в нашем случае!
– Это скрывали, – кивает Лисанна. – Но слуги поместья в курсе, и слухи просачиваются. Всё потому что… – сестра на миг прикладывает ладонь ко рту, словно боится собственных слов. – Аделаида создала зелье, способное заменить магическую силу истинности на жизненную силу одного из супругов.
– Что? – недоумённо восклицаем мы нестройным хором. Лисса поджимает губы.
– Я копалась в её комнате, проникая туда украдкой. У неё много записей, но это исследование она проводит уже много лет. Первым её экспериментом были собственные дети. Аллор дель Монрок, сам того не зная, дважды выпил зелье, позволив родиться Эйвану и тебе, Руби. И на это ушла почти вся его магия.
– Вот почему он прожил так недолго, – ошарашенно договариваю я. Руби бледнеет.
– У отца всегда были проблемы со здоровьем, хоть он и держался бодрячком. Я слышала легенды о его силе, но при мне он уже не мог оборачиваться в дракона. А причина этому… мы?
– Не вы, а Аделаида, – поспешно поправляет её Лисанна. – Но это было лишь началом. Я не знаю подробностей, но она добивалась от своих экспериментов каких-то определённых результатов. И драконов для договорных браков выбирали неслучайно.
Мы с Руби переглядываемся.
– Уж не химеру ли она жаждала получить? – предполагает подруга, без труда выражая повисшую в воздухе мысль.
– Не знаю. Они с Лестрейлом что-то задумали, что-то настолько спорное, что он не посвящал в это даже собственных людей, – продолжает Лисса.
– Смешение драконьей крови, – бормочу я. – То, что могли не одобрить многие его подданные. Они со скрипом приняли смешанные браки, но двухстихийный дракон в их глазах был бы чем-то отвратительным.
– Но могущественным, – задумчиво произносит Райден. – А если получить несколько таких…
– Думаю, в этом и был план, – кивает Лисса. – А для грязной работы император подобрал остатки отступников из ордена пылающего ока – вероятно, он наобещал им что-то, так что они с радостью помогали ему. Я нашла этот дом, думая, что я мастер шпионажа, только они меня заметили и потешались, – довершает она уныло. – Так я и попалась.
– Но зачем им было посылать к нам в дом шпионку? – недоумеваю я. – Она говорила, что должна навести суету.
– Дайте угадаю, – Сэм скрещивает руки на груди. – Если я и понял что-то о личности императора, так это то, что он не любит платить по долгам. Могу поспорить, он хотел кинуть отступников, да и, к тому же, они вряд ли одобряли его идеи с получением химеры. Они ведь за чистоту крови!
Лисанна вдруг склоняет голову к плечу, с любопытством глядя на Сэма.
– Так и есть, – улыбается она. – У него был план избавиться от них, а они в ответ решили пустить в прах его многолетние усилия.
– Вот уж пауки в банке, – фыркает Руби.
– Пустить в прах его усилия, – устало произношу я. – Моего ребёнка ещё никогда не называли «усилиями императора».
Лисанна виновато вжимает голову в плечи.
– Я лишь хочу сказать, что они жаждут заполучить Ингвара. И в отличие от Лестрейла, что явно планирует взрастить из него могучего воина в рядах армии Ристайла, они… могли задумать что-то кошмарное.
– Потому они и послали лже-Лисанну, чтобы та следила за домом и выбирала удобный момент – или создала его самостоятельно, – подытоживает Райден. – Интересный план. Вступать в конфликт с имперской охраной в открытую они боятся.
– Если в деле шпионы императора пополам с отбитыми отступниками, этот вечер нам запомнится надолго, – ухмыляется Руби. – Чтобы безопасно доставить Ингвара в Академию, нам придётся попотеть.
– Да, – с улыбкой произносит Райден, складывая пальцы в замок. – И чётко следовать плану, в котором каждому из нас предстоит сыграть свою роль. К слову об этом…
  
Глава 19. Льются песни, льются вина
 
Конечно, выспаться нам не удаётся. Ночные разговоры отнимают почти всё время, а утром ещё предстоит заехать в дом, который мы снимаем Лисанне, и зайти в ателье, глянуть готовые наряды, чтобы легенда о том, что с утра мы сбежали за платьями, выглядела правдоподобно.
 
У меня много вопросов к слугам и особенно к дуэнье, которая допустила, что лже-Лисанна повсюду шаталась одна и спокойно крутила с моим мужем. Но сестра со свойственной ей жалостью умоляет:
– Вилле, это моя вина! Я специально выбрала аллару Вайсс, потому что при ней могла бы сбегать без последствий. Винс хотел, чтобы со мной поехала Хильда.
Я лишь вздыхаю. Хильда – дядюшкина вдова, бывшая нидхёгг, сосланная собственным мужем за строптивый характер – была бы, наверное, лучшим выходом. Под её зорким глазом Лисанну бы никто не посмел похитить. Но тогда сестре не удалось бы разнюхать всё про пылающее око, Аделаиду и зелье ложной истинности.
С другой стороны, тогда бы всё разнюхал Сэм, но не будь у нас фальшивой Лисанны, вряд ли я бы вообще обратилась к юристам, так и не получив ту самую первую встряску, что заставила меня хоть как-то действовать.
Размышляя обо всём этом, я оставляю слуг в неведении об их грандиозной промашке. Хотя лучше бы их наказала я и сейчас, чем потом Винс, когда всё вскроется. А оно вскроется…
– Интересными тропами иногда ведёт нас судьба, – бормочу я, рассеянно глядя сквозь платья, которые развесила перед нами владелица ателье. Лисса задорно смеётся.
– Говоришь, как вашнийка. Уже собралась переезжать?
– Не торопи события, – мягко улыбаюсь я.
Взгляд Лисанны становится лукавым.
– О, поверь, я-то их не буду торопить. А вот кое-кто заждался уже момента, когда сможет схватить тебя и умчаться в край прозрачных источников и джунглей! – восклицает она, хватая нежно-розовое платье с открытыми плечами и кружась с ним по ателье в дикой смеси вальса и мазурки. – Мечтаю встретить кого-то, кто смотрел бы на меня, как Рай на тебя! Неужели вы наконец-то будете вместе?
Владелица ателье возвращается с новой охапкой платьев, и Лисса притихает. Мало ли, кто может узнать нас, а мне не нужны слухи.
Лисанна выбирает несколько платьев и несёт их ко мне.
– Вот, – прикидывает она.
– Слишком открыто.
– Ой, молчи! – морщит носик сестра. – Не могу больше видеть, как ты одеваешься в мешки по указке Эйвана. Если он так боится, что другие мужчины засмотрятся и уведут тебя, так надо было быть достойным мужем!
Я разглаживаю воздушную шёлковую юбку и с улыбкой качаю головой.
– В таком виде меня из дома не выпустят.
Лисанна хитро щурится.
– А кто сказал, что из дома ты будешь выходить в таком?
Я смеюсь. Вот это моя сестра! А я, если честно, обожаю соглашаться на её авантюры. И вот уже карета несёт нас и наши спонтанные покупки к порталу. На часах нет и полудня, но впереди нас ждёт тщательная подготовка к приёму… И тому, что будет после него.
– Ты уже придумала, как накажешь всех? – заговорщицки шепчет Лисанна, косясь на шторку, что отделяет нас от кучера. Вряд ли за цокотом копыт он вообще услышит, что мы говорим, но безопасность превыше всего. – Ну, Аделаиду явно ждёт тюрьма, а что с Эйваном?
Меня охватывает задумчивость.
– Не знаю, Лисса. Я ведь не судья, чтобы выносить приговоры. Да и вина Эйвана разве что в том, что он пассивный идиот под каблуком у своей маменьки. Наказывают ли за это?
Взгляд сестры полон возмущения.
– Ты с ума сошла? Он вёл себя, как скотина, игнорировал твоё состояние, был уверен, что затащил твою сестру… меня, – она кривится, – в постель! Он заслужил взбучку.
– Над этим надо подумать, – вздыхаю я, откидываясь на спинку кареты. Лисанна недобро щурится, а затем её лицо светлеет.
– Полдень! – восклицает она, и её невинное выражение лица сменяется кровожадной улыбкой. – В это время Аделаида всегда тянет Эйвана на чай в дальней гостиной. Сколько раз я подслушивала их разговоры за чаем – столько раз обалдевала. А уж сейчас им есть, что обсудить.