Дикий (СИ)

Отец братьев каждому из сыновей выдал одинаковую сумму денег. Наследство решил разделить в зависимости от того, кто из них сколько сумеет прибыли получить за один срок.
На Даву ставку делаю. Он же со мной. Еще пацан совсем. Только восемнадцать ему исполнилось. Но толковый, быстро суть схватывает.
Хотя Руслан, старший из братьев Черных, тоже сильный игрок. Мы с ним давно общаемся. Помню, как втроем начинали. Он. Я. Лебедев.
Блядь, никогда не думал, что жизнь так все порежет. Кто бы мне сказал, что на дружбу хер положу. Из-за женщины.
Увидел ее — и залип. Понял потом, что это та самая девчонка, которая Димке нравится. Сперва даже гасить свои порывы пытался. Хотя блядь, нихуя не пытался. Повело меня так, что завязывать не собирался.
Моя она. Решил. И взял.
— Демьян, тебя Рамиль искал, — говорит Руслан, когда жмем руки. — Что у вас за херня? Злющий он.
— Хуй знает, — бросаю.
А сам уже понимаю: начало положено.
Присаживаемся. Говорим. Нам приносят заказ, когда над столом вдруг нависает Рамиль.
— Давно за моей спиной дела мутишь? — рявкает он.
— Хуйню несешь, — бросаю в ответ.
— Думал, Айдаров тебя не сольет? — скалится.
— Хочешь разобраться?
Резко поднимаюсь. Помню наш ночной разговор.
— Хуевая затея, — сказал я, когда Рамиль свой план озвучил. — Никто не поведется. Все знают, что мы друзья.
— Лебедев тоже твоим другом был.
— Там другое.
— Значит, надо, чтобы поверили, Демьян. Или собираешься всю жизнь по углам скрываться? Нихуево завязал, блядь.
Теперь время разыграть спектакль.
— Зря ты против меня пошел, — цедит Рамиль. — Очень зря. Такие темы никому не прощаю.
— Веришь Айдарову? — усмехаюсь. — Его слово нихуя не стоит.
— А твое?
Кулаки сжимаем. Встаем друг против друга. Херовый из меня актер. Пока плохо вижу, как на Рамиля наброшусь. В башке плывут обрывки нашего разговора.
— Драка должна быть жесткой, — сказал Каримов. — Реальной. С кровью. Так схлестнемся, чтобы другие нас растащить по углам боялись.
— Согласен. Но где такую злобу взять?
Ладно бы реальный враг.
А тут — друг.
— Ничего, — бросил Рамиль. — Когда момент придет, я из тебя много чего достану.
И он не обманул.
Это я скоро пойму.
— Охуел ты, Рамиль, — говорю. — За такие предъявы башку сносят.
— Это ты охуел, — ухмыляется. — От своей бляди.
Одного слова хватает.
И больше не надо ничего искать.
Меня взрывает по полной. Врезаю ему. А он — мне. И дальше мы уже в такой раж входим, что нас не сразу решаются растянуть. Охрана держится в стороне.
Братья Черные берутся за дело. Руслан и Дава оттягивают меня. Макар и еще один мужик хватают Рамиля.
Драка получается такой, что никто не сомневается. Мы реально свой бизнес не поделили. Схлестнулись по-настоящему.
— Ты мой кровный должник, Дикий, — рычит Рамиль.
— Пошел на хер, — рявкаю.
Охота за мной прекращается.
Теперь Каримов первый в очереди за моей головой. И пусть он не самый сильный игрок в городе, его репутация звучит громко. Убирать меня в обход не рискнут.
— Время потянем, — отбиваются фразы Рамиля. — А дальше в нашем городе такие перестановки власти начнутся, что про тебя, честного бизнесмена, уже никто и не вспомнит. Без дела сидеть не собираюсь. Ты завязал, Демьян. Я только начал.
***
— Демьян, — с ужасом выдает Катя, увидев меня.
— Выглядит хуже, чем есть.
— Тебе в больницу нужно, — бормочет. — Сейчас же.
— Пусть Рамиль туда едет.
— Ты с ним подрался?
— Долгая история, не важно, — отрезаю и обнимаю ее. — Главное, что теперь с криминалом покончено. Я все свои вопросы закрыл.
— На тебя смотреть больно, — роняет глухо.
Ладонь к моей щеке прикладывает. Пальцами едва дотрагивается. В глазах у нее слезы стоят, и я себя самого придушить готов за то, что довел мою Катю до такой реакции.
— Нормально, — отмахиваюсь.
Она всхлипывает и оседает в кресло.
А я опускаюсь перед ней. Кладу голову на ее колени. Ноги обнимаю. Тонкие пальцы скользят по моим волосам. Взъерошивают.
 
— Быстро заживет, — говорю, прижимаюсь к ней крепче. — На мне всегда все быстро заживает.
— Ты не понимаешь? — шепчет.
Отрываюсь от нее, чтобы взгляд поймать. А она голову назад запрокидывает. Слезы ладонью смахивает.
— Это все, — запинается. — Чувствую тебя, Демьян. Когда юлишь, когда закрываешься от меня. Эти пару дней буквально трясло. Как знала, что ты опять…
— Теперь все решено, Катя.
Головой качает. Не верит.
— Обещал — сделал, — чеканю.
— Значит, больше у тебя не будет дел с Рамилем?
— Нет.
Молчит.
А я не выдерживаю. Встаю и на руки ее подхватываю. Сгребаю в охапку. В губы впиваюсь. Забираю дыхание.
— Демьян, ты что творишь, — возмущается. — Поставь меня. Прекрати, ты в таком состоянии, нельзя…
— Чего? — кривлюсь.
— У тебя кровь, — хмурится, осторожно прикладывает палец к рассеченной брови, нервно губы кусает. — Все, пусти. Нужно обработать.
Подчиняюсь. Вижу, иначе не успокоится.
А сам о своем думаю.
Это я тебя обработаю, Катя. Оттрахаю. Отлюблю.
— Скажи, Демьян, она реально того стоит? — спросил Рамиль в наш последний разговор накануне драке. — Забить хуй на все. Ради девчонки.
Блядь, стоит. Еще как. Да вопрос цены тут давно не стоит.
Есть Катя. И есть весь остальной мир. Нечего выбирать.
  
54
 
— Эта модель как будто под вашу фигуру пошита, сидит идеально, — говорит девушка-консультант. — Вы будете самой красивой невестой.
— Спасибо, — улыбаюсь.
Поворачиваюсь, изучаю себя. Здесь повсюду зеркала, можно разглядеть каждую деталь с разных сторон. Яркий свет хрустальных люстр подчеркивает сверкание камней, тонкую вышивку. Корсет полностью ручная работа. Как и кружево, которым обита юбка.
Платье действительно хорошо смотрится. Белоснежное. Пышное. Элегантное. Мы с мамой прошлись по разным магазинам, но именно этот вариант понравился нам обеим больше всего.
Поэтому я за ним вернулась.
Бросаю взгляд на часы. Скоро должен подъехать Демьян. Мы договорились встретиться в этом торговом центре.
Снова смотрю в зеркало. Даже не верится, что до свадьбы остается чуть больше недели. Все так быстро.
— Возьму его, — выдаю, наконец, и поворачиваюсь к девушке.
— Отлично, сейчас оформим заказ, — кивает она. — А как насчет аксессуаров и другой атрибутики?
— Завтра приеду, — роняю, потому что понимаю, выбор тут огромный, будет тяжело определиться одной, а мама сегодня работает допоздна.
— Помочь вам с корсетом? Расшнуровать? — спрашивает консультант. — Или подойти позже?
— Чуть позже, пожалуйста, — невольно закусываю губу.
Хочется еще немного побыть в этом платье.
Возвращаюсь в просторную примерочную. Прикрываю дверь, на автомате закрывая засов.
Нужно туфли купить. Каблук выбрать повыше, чтобы платье не подшивать. Сейчас я в “балетках”, поэтому привстаю на носочки, верчусь вокруг своей оси, наблюдая, как юбка слегка приподнимается.
Гулкий стук позади заставляет вздрогнуть и обернуться.
Похоже, я совсем потеряла счет времени. Пора снимать платье, а расшнуровать этот тугой корсет без чужой помощи — тот еще вызов, так что помощь консультанта будет кстати. Распахиваю дверцу, ожидая увидеть перед собой знакомую девушку.
А в итоге застываю от удивления.
Высокая темная фигура практически полностью закрывает проем. Синие глаза темнеют, жадно впиваются в меня. Губы кривятся в голодном оскале.
— Охренеть, — от хриплого голоса мурашки тут же рассыпаются по плечам, а от тяжелого взгляда бросает в жар. — Вот это невеста у меня.
— Демьян! — выпаливаю возмущенно.
Пробую закрыться от него, но куда там…
Дикий шагает в примерочную. Сам захлопывает дверцу. Защелкивает замок. И сразу понятно: его уже не выпроводить. Без шансов.