Сказки Королевства. Часть 2 (СИ)
И началось веселье.
— Любезнейший, где тут у вас целители обитают? — обратился рыжеволосый гость к первому попавшемуся на его пути местному жителю. Тот, увидев перед собой незнакомца, неожиданно начал кланяться, что-то бормотать и предпочел быстренько исчезнуть из поля зрения последнего.
Аодхан удивленно посмотрел на Альма, тот в ответ только плечами пожал.
Вторая попытка оказалась ничуть не лучше.
— Виверны знают что, — высказался Целитель, — попробуем иначе… Милейший, где тут у вас Ашт-Ар бегает, не подскажете?
Третий по счету пойманный кочевник, услышав знакомое имя, тут же закивал и показал рукой на стоящий в стороне шатер. Там-то и был найдет второй советник. Гостей он встретил со всем почтением, но столь ранним их приходом, кажется, был удивлен.
— Великомудрый Али-Ран приглашает вас в свой шатер вечером, когда зной уступит место живительной прохладе и беседа будет особенно приятной, — ответил он на вопрос о времени их визита.
— Это похвально, — кивнул Аодхан, — но нам бы кое-что узнать, а народ у вас что-то нервный слишком…
— Вы можете спросить все, что вас интересует, у меня, — смиренно вздохнул Ашт-Ар.
По мере того, как господин Ибдхард озвучивал свой «ряд вопросов», томные веки второго советника все больше и больше приподнимались, так что под конец глаза его стали напоминать две большие голубые плошки. И было с чего: вопросы подобрались на диво разнообразные — от методов исцеления и местных лекарств до состава некоторых блюд и значений символики, от способов ведения хозяйства и специфики местных диалектов до некоторых «несоответствий вашего фенотипа местности проживания»…
— Светлая кожа легче обгорает на солнце, но вы все-равно живете в подобном климате… — как раз пояснял Целитель свой последний вопрос..
Альм стоял слегка позади своего старшего товарища молча, но с таким хитрющим видом, будто сам эти вопросы придумывал.
— Давайте сделаем так, — чуть помолчав, ответил советник, — мы осмотрим оазис, а потом я отведу вас к Иль-Сину — он отвечает за приготовление лекарств и эликсиров и сможет дать исчерпывающие ответы на эту часть ваших вопросов. Что касается интереса к нашим культурным особенностям, Великий Владетель сможет, как никто лучше, рассказать вам об этом.
На том и порешили.
Прогулка по оазису вышла очень познавательной.
— «А тут у вас что?» — «Ну-ка, ну-ка, как вы сказали?», — «А по-другому пробовали?», — «А это что за значки?» — «А можно узнать, сколько времени это занимает?» — «Почему нельзя?» — «А можете продемонстрировать?»… — вопросы сыпались из Аодхана словно из прохудившегося мешка, полного под завязку, изрядно нервируя всех окружающих, кроме него самого и Альма.
— Ты отбираешь у меня хлеб, — с веселым видом пожаловался ему последний, — обычно не давать всем скучать — моя забота. Но ты и сам неплохо справляешься.
— Что мне совершенно не важно, так это то, скучают эти господа или нет. А вот образ жизни их весьма и весьма интересен. Только сведения из них хоть палкой выколачивай. Вот выращивают они ячмень, пальмы финиковые, опять же… а сколько времени надо, чтобы эдакую красоту организовать, не признаются. То ли здесь они годами здесь сидят, то ли и маги жизни среди них имеются. Попросил показать, как они воду ищут и к поверхности ее призывают — разволновались так, будто им что-то непристойное предложили… Надеюсь, хотя бы их Иль-Син окажется более разговорчив.
Главный лекарь кочевников — нестарый еще мужчина с небольшой светлой бородкой, заплетенной в замысловатый жгут, носил на лбу широкую полотняную повязку и длинные волосы убирал в тугой узел, дабы ни один волосок ни попал в снадобье. Беседа их с Целителем длилась не один час. Все, что касалось лекарств и ингредиентов, Иль-Син обсуждал охотно, показывал и редкие яды, добытые у
самых разных обитателей пустыни, и необычные пустынные растения, больше похожие на колючки, и о методике диагностики, которую узнал от деда, а тот — от своего деда, рассказывал вполне открыто. Да и, в целом, производил впечатление на редкость интеллигентного и просвещенного эльна. Но стоило сделать шаг чуть в сторону и спросить о значении тех же самых вышитых символов, — и все: он, как и остальные кочевники начинал глупо кланяться, а то и воздевать руки вверх, к величайшему неудовольствию своего коллеги.
От леди Мэб Аодхану время от времени прилетали вестники, судя по смешкам и покачиванию головы последнего, весьма вольного содержания.
— Чем так занята наша «дева-воительница»? — принялся за расспросы Альм, — и где она, кстати?
— На женской половине. Читает женщинам пустыни лекции о… всякой чепухе. Имеет феноменальный успех. Пишет, нам лучше пока туда не соваться…
— Ого, — впечатлился мальчишка, — лекции о свержении тиранов-мужчин, что ли?
— Нну, можно и так сказать, — загадочно протянул Целитель, и парнишка вконец развеселился.
— Печенкой чую, Владетель еще десять раз пожалеет, что вас сюда притащил.
Великомудрый пригласил приезжих под сень своего шатра, когда жара пошла на убыль. К этому времени Аодхан с Альмом вволю нагулялись, освежились и снова были полны жаждой деятельности.
Прислужники провели гостей под просторный купол, усадили на расшитые циновки вокруг красной скатерти, сплошь заставленной яствами. Светловолосые девушки с кувшинами в руках, разодетые по местной моде — в широкие штанишки и короткие кофточки тут же легкими гибкими движениями приблизились к гостям, наливая в их кубки неизвестный напиток, бросая на них любопытные взгляды и тоненько хихикая. Еще одна светловолосая в похожем же наряде уже восседала на циновках и на вошедших смотрела, слегка прикусив губу. Стайка «подавальщиц» тут же набежала к ней и принялась, смеясь, быстро-быстро что-то наговаривать, постреливая глазками в сторону приезжих.
— Ну и что это, Мэбхн? — наконец не выдержал Целитель. — Вы свергли Владетеля и устроили тут матриархат?
Девушки пришли от его слов в ужас и, захлопав голубыми глазами, уставились на Стражницу.
— Не пугай девчонок, — рассмеялась леди Мэб, — Великомудрый скоро будет. Здесь такое представление о гостеприимстве: сначала нужно дать время гостям оглядеться, расслабиться, поговорить друг с другом, а потом уже настает черед хозяина их беседой развлекать.
Альм, не терявший времени даром, уже вовсю ухмылялся и подмигивал подавальщицам, вызывая у тех новые приступы смешливости и румянец на щечках. На соседа мальчишки они поглядывали несколько боязливо, но тот их словно и не замечал вовсе: смотрел неотрывно и тягуче исключительно на гостью в голубом и, если судить по неуловимо меняющемуся выражению на лицах этих двоих, между ними происходил внутренний, неслышный остальным, разговор.
Спустя несколько минут установившееся было равновесие в шатре было нарушено появлением Владетеля с сопровождением.
Трое мужчин появились из-за плотной занавеси, отделявшей это помещение шатра от соседнего и заняли свои места на циновках по другую сторону скатерти. Тот, что сел во главе стола, очевидно, и был Великим Али-Раном: и манера держаться и внешний вид его отличались от остальных кочевников. Возраста Владетель был довольно почтенного, но от старости весьма далек. Держался величественно, обладал достаточно мягкими для кочевника чертами лица. Его волосы и тонкая длинная борода выкрашены были в золотисто-рыжий цвет, одежды же он предпочитал носил черные, густо расшитые шелком и серебром. Светлые, почти белесые глаза, смотрели из-под тяжелых век пристально, почти также обманчиво-расслабленно, как и у сидящего по его левую руку Ашт-Ара.
По правую руку Владетеля расположился сухощавый старец, одетый, как и второй советник, в красное с белым, с благообразной седой бородой и очень цепким взглядом на изборожденном морщинами лице.
— Мы рады приветствовать в своем шатре тебя, Айо-Дхан, тебя, дева-воительница и вашего юного друга. Будьте здесь гостями и да озарит Солнце ваш путь, — начал на правах хозяина Великомудрый. Его приятный голос журчал прохладным ручейком среди жаркого дня.