Навсегда его (ЛП)
Глаза Тори были дикими, и на лице появилась огромная улыбка в тот момент, когда она кивнула и подпрыгнула вверх, потом вниз, выбросив руки вперед.
— Еще, — настаивала она, осматривая окрестности.
Николь рассмеялась.
— Ты слышал ее, Райкер, — сказала она. — Еще.
В тот момент весь мой мир наконец обрел смысл. Моя жизнь — это не тот путь, который я выбирал раньше, совершая ошибки. Все дело было в красивых лицах этих двух удивительных созданий. Они так крепко обхватили меня своими руками, что я не мог дышать. Их улыбки и смех были тем, что связывало нас воедино.
Я бы дал им все, что они попросят, не задумываясь.
Я был так влюблен в них, что в тот момент понял: единственное, чего я хочу, это укрепить наше будущее. Я хотел сделать то, что должен был сделать много лет назад.
— Тори, хочешь сесть за руль? — спросил я, поворачиваясь к ней лицом.
Если бы несколько минут назад кто-нибудь спросил меня, могла ли она возбудиться еще больше, чем сейчас, я бы сказал: «Черт возьми, нет». Но я ошибался. Девочка уже пыталась сообразить, как расстегнуть ремень, и чуть не вырвалась, чтобы добраться до меня.
— Подожди, — сказал я, поворачиваясь и начиная расстегивать ее ремень. Остановившись, я перевел взгляд на Николь. — Ты не против?
Она не произнесла ни слова. Вместо этого она наклонилась и нежно поцеловала меня в губы, затем с улыбкой отстранилась.
Тори снова начала извиваться, изо всех сил пытаясь освободиться. В тот момент, когда я расстегнул ее ремень, она нырнула ко мне на сидение, ее маленькие ножки двигались со скоростью сто миль в час, чтобы побыстрее пробраться вперед.
Я посадил ее к себе на колени и положил ее руки на руль.
— Давай рули, — она посмотрела вперед, а я снова завел грузовик.
Я делал это медленно, она даже не заметила изменения скорости. Девочка была слишком сосредоточена на том, что держалась за руль. На ее лице появилось серьезное выражение, и я постарался не рассмеяться.
Подобные дни я был готов повторять вечно.
Глава 23
Николь— Как дела? — поинтересовалась Лиз, шагая рядом со мной. Мы встретились, чтобы выпить кофе, а теперь решили немного пройтись по магазинам.
— Все просто замечательно. — Я не могла сдержать улыбку, вспоминая последние несколько недель. — Райкер потрясающий.
— Ты действительно выглядишь счастливой, — добавила Лиз, когда я повернулась к ней.
— Так и есть, — призналась я, чувствуя радостное волнение. — Он брал нас с Тори в увлекательные поездки, как маленькие воспоминания о нашем прошлом. Я ведь тебе рассказывала о ралли по грязи?
— Ага, — ответила Лиз, засмеявшись.
— Так вот, после мы устроили битву водными шарами во дворе моего отца, поиграли под дождем возле озера Митчелл и ночевали в кузове его грузовика под звездами. — Мы сели на скамейку напротив кафе на углу Ларч и Уинслоу. — Он вел себя с Тори просто потрясающе, а то, как она на него смотрит, боже, Лиз, у меня сердце тает. Тори его обожает.
— Счастье тебе к лицу. — Лиз легонько толкнула меня в плечо. — Я так рада, что Райкер вернулся. Ты этого заслуживаешь.
— А что насчет тебя? — спросила я. — Ты тоже заслуживаешь быть счастливой.
— Может быть, когда-нибудь, но на данный момент я развлекаюсь, оценивая варианты. — Лиз повела бровями, и я рассмеялась.
Элизабет Берфилд была кокеткой, но в тайне мечтала о своем собственном «долго и счастливо». Поверьте, она столько раз напивалась и болтала о своем желании найти идеального парня. В трезвом состоянии, Лиз, возможно, и не призналась бы в этом, но я знала все ее грязные секреты.
— Субботний вечер остается в силе? — быстро сменив тему, спросила Лиз.
— Э-э, да, — ответила я, решив не давить на нее, потому что она явно не хотела обсуждать свою личную жизнь. — Райкер заказал столик на шестерых.
У него появилась идея собрать всех вместе за ужином, чтобы его друзья Люк и Бен, которые должны были приехать завтра днем, чувствовали себя желанными гостями.
— Я, возможно, немного опоздаю, но обязательно приду, — заверила Лиз, нервно ковыряя ногти. Она была такой все утро. Лиз всегда так делала, когда была чем-то обеспокоена.
— Давай выкладывай, — потребовала я, откинувшись на спинку скамейки и сделав глоток кофе.
— Что? — спросила Лиз. Ей действительно нужно понять, что у нее на лице все написано.
— Можем играть в эту игру весь оставшийся день, или ты просто признаешься и расскажешь, что у тебя на уме.
Я наблюдала, как она раздумывает, говорить мне или нет. Наконец необходимость выговориться взяла верх, и Лиз посмотрела на меня.
— Я не хочу омрачать твое счастье. Просто думаю, что тебе нужно узнать кое-что до того, как все в городе начнут говорить за твоей спиной.
Я видела, что Лиз тянет время, и начала нервничать.
— Полагаю, раз это кое-что мне не понравится, то лучше я услышу это от тебя, чем от постороннего. Так что просто скажи мне.
У меня засосало под ложечкой. Мне казалось, что в любой момент меня может стошнить.
— Мелани беременна, — ответила Лиз, наблюдая за мной, ожидая моей реакции. — Элли подслушала, как она вчера вечером разговаривала с Рейчел в очереди в бакалейной лавке Карсона.
Мне не нужно было спрашивать, кто отец. Последние два года Тайлер время от времени спал с Мелани. Она была его «палочкой-выручалочкой». Конечно же Мелани рассчитывала на что-то большее, но я знала, что она, вероятно, никогда этого не получит.
— Может, он будет лучшим отцом, чем был для Тори, — сказала я.
— Думаю, мы обе знаем, что шансы на это очень малы.
Между нами повисла тишина, когда я подумала, что у моей дочери теперь будет сводный брат или сестра, который также познает полное безразличие Тайлера. От этой мысли меня затошнило еще больше.
— Я лишь надеюсь, что ради своего же блага она поставит ребенка на первое место. Мелани придется проявить жизнестойкость в том, на что она подписалась.
Это единственное, что я могла предложить. Ну а что еще я могла сказать? Хотела ли я, чтобы Тайлер заявил права на дочь, которая у него уже была до того, как наплодил новое потомство? Да, может быть, немного. Хотела ли я, чтобы он хоть ненадолго протрезвел и понял, что именно его детям суждено страдать из-за его неверного выбора? Да, это было бы даром небес. Но я также знала, что Тайлер наслаждался своим пофигизмом намного больше, чем ценил свою дочь, поэтому особо не обольщалась.
Я не видела Райкера с самого утра. Он уехал в аэропорт встретить своих друзей, и мы договорились увидеться вечером в стейк-хаусе «У Джона». Райкер сказал, чтобы я позволила своему отцу отвезти нас с Тори туда, потому что собирался доставить нас обратно сам. Что-то подсказывало мне, что сегодняшний вечер станет чем-то большим, чем просто встреча с парой парней, которых Райкер называл своими братьями. Все казалось слишком распланированным для этого.
— Тук-тук, — раздался в коридоре голос моего отца, сопровождаемый громким визгом Тори, когда она помчалась ему навстречу. — А вот и мой ангелочек, — сказал он, когда я завернула за угол и увидела отца с Тори на руках. — Это действительно красивое платье.
— Бабуля Мэй сшила его для меня, — гордо заявила Тори, потянув за подол платья. — Оно фиолетовое, потому что это мой любимый цвет.
Мэй Берфилд все время шила для Виктории красивые платья и такие же повязки на голову. Она жаловалась, что ее дочери все никак не обзаведутся семьями и не подарят ей внуков, поэтому баловала Тори.
— Что ж, бабуля Мэй сделала красивую девочку еще красивее. Не думал, что это возможно.
В детстве отец всегда говорил мне, что я красавица. Он позаботился о том, чтобы я чувствовала себя особенной, и никогда не скрывал своей любви. Папа делал то же самое для Тори, и я знала, какие чувства вызывали у нее его комплименты. Он действительно был замечательным человеком.