Право Вызова. Книга Третья (СИ)
Огромная лапа заслонила собой небо. Кое-как, в самый последний момент, бомбожопица успела выскочить из-под неё. Ды-ды-дых! — от удара когтистой лапы о землю, Правую подбросило в воздух аж на несколько метров.
— Ну как⁉ — опять этот грёбаный Ворон со своими грёбаными издёвками. — Нашла, что искала⁉
— Заткнись!
Ды-ды-дых! — и опять Правая спаслась лишь чудом. Пока что её выручала неповоротливость Бегемахи, но это лишь пока что.
— А мне кажется, что нашла! Ну что, дорогая моя, готова удовлетворить моё любопытство⁉
— Отвали!
— А я ведь могу помочь! — прокаркал Ворон. — Правда могу!
Ды-ды-дых!
— Ну так помоги, раз можешь!
— Не-е-е-ет, моя дорогая! Сначала я хочу услышать ответы на свои вопросы! Скажи, неужели ты не предполагала, что так и будет⁉ Неужели ты не фантазировала об этом⁉ Неужели не упивалась своими фантазиями⁉
— Да что ты несёшь, твою-то мать⁉
— Ответь мне, маленькая паучишка! Ответь, почему ты потащилась в лес за маткой химеры⁉
— Я уже говорила! — очередной ды-ды-дых. — Потому что хотела помочь своему хозяину!
— Хватит! Хватит врать! — закаркал Ворон, выписывая круги над бомбожопицей. — Я не помогаю лживым маленьким паучишкам! Прекрати врать и ответь честно! Так же, как самой себе! Зачем ты пошла сюда⁉ Что за хуйню ты вбила себе в голову⁉
Ды-ды-дых!
Правая начала выдыхаться. Крайний раз лапа Бегемахи шибанулась оземь в метре от неё.
— Скажи мне! Скажи зачем⁉
— С-с-с-сука, — прошипела бомбожопица и из глаза её брызнули горькие слёзы. — Я хотела умереть! Я просто хотела уже наконец-то подохнуть! Я скучаю по мужу! Я хочу к нему, слышишь⁉ Теперь ты доволен, ублюдок⁉
Ды-ды-дых!
— Отлично, моя дорогая! А теперь я повторю свой недавний вопрос! Зачем ты спасалась от волосатого крокодила⁉
— Потому что…
Правая замолчала и остановилась. Гигантская лапа уже оторвалась от земли, чтобы через какие-то секунды обрушиться прямо на неё.
— «Потому что» что⁉ — крикнул Ворон. — Потому что хочешь жить⁉ Не улавливаешь никаких несостыковок⁉
Лапа Бегемахи оказалась в своей наивысшей точке и готова была вот-вот устремиться вниз.
— Ну а теперь, моя дорогая, реши сама! Какая у тебя сюжетная арка⁉ Ты очаруешься своей ложью или победишь её⁉ Забудь сейчас нахер про помощь своему хозяину и скажи, чего же ты хочешь на самом деле⁉ Жить или умереть⁉
Когтистая дурында полетела вниз; на сей раз отскочить от неё не было ни единого шанса.
— Жить! — закричала Правая. — Я хочу жить!
— Как скажешь!
Наперегонки с лапой, Ворон устремился вниз. Приземлившись, он громко каркнул и раскрыл свой хвост. Непонятно откуда взявшийся, огромный, красивущий хвост. Он был бы похож на павлиний, если бы узоры на нём не плавали в каком-то вязком, убаюкивающем, медитативном танце.
Бегемаха немигающим взглядом уставилась на хвост и застыла. Лапа не долетела до земли немногим больше метра.
— У тебя есть минута, — прокаркал Ворон. — Затем гипноз спадёт и тебя расплющит, так что поспеши.
— Кто ты такой?
— Зови меня Метаворон. Будем считать, что я часть той силы, которая вечно хочет обосновать всё на свете, но сама не подлежит обоснованию…
Глава 20
Про Торжок
Время было вечернее. Дети и учителя, — та самая группа населения, которой мне ни за что бы не хотелось навредить, — уже разошлась по домам. На территорию школы мы попали через дырку в заборе. Прошли мимо турников и футбольной коробочки с охрененно-здоровенной лужей прямо посередь поля, и прямо сейчас поднимались на школьное крыльцо.
Мы — это я и Светлана. Ну и ещё муравьедомёт на тот случай, если что-то пойдёт не так.
Усадьба Знаменское-Раёк располагалась между Тверью и Торжком, так что по дороге мы остановились, чтобы совершить небольшую рокировку.
Андрей, Серкан и Танька пошли на базу, а вместо себя прислали мою стрелючую химерку и поручика Пузо. Ну наконец-то, блядь! Наконец-то мне не придётся самостоятельно садиться за руль.
Объясню поступок чуть подробней:
Если бы мы сейчас были в игре, то я бы с уверенностью сказал, что вызволение клюкволюдов — это одна из необязательных побочных миссий перед встречей с главгадом. И именно поэтому рисковать ключевыми персонажами сейчас никак нельзя, — перед развязкой они имеют свойство случайно помирать. Без Романова всё сразу же потеряет смысл. Ольга Георгиевна — козырь, каких поискать, а Танька всё-таки моя сестра и я за неё переживаю, ну а мы с ведьмой…
А что мы с ведьмой? Я имба, а она так вообще какая-то потусторонняя неведомая херня в облике сисястой цыганки. Что с нами может случиться?
Поднимаясь по ступенькам, я уже накастовал Светлане цветастое платье и венок из пышных цветов на голову, ну а себе пончо, сомбреро и охуительные усы подковой. Густые такие. Прям как щётка.
Муравьедомёта я превратил в чихуахуа.
Ну да… наверное, это глупо и поверхностно. Но я не думаю, что казаки когда-либо видели живых мексиканцев, так что сойдёт.
— Алло, — я набрал Лёхе Мясорубову. — Всё готово?
— Готово.
— Тогда вырубай.
— Понял тебя.
Пух! — и в окнах школы тут же погас свет. Погас он и в соседних домах. Волею его Светлости Алексея Мясницкого весь микрорайон оказался обесточен; и дело тут вовсе не в его хакерском таланте, а в том, что он герцог и может вытворять в своём городе любую дичь.
Пу-пи-пу-пу-пам, — раздалось в трубке. Отлично. Это значит, что и ближайшая сотовая вышка тоже вышла из строя.
Казачки попали в информационный вакуум.
— Готова? — спросил я у ведьмы.
— Готова, — кивнула она и мы зашли внутрь школы.
И только тут я понял, что совершенно не помню, как выглядит мексиканский флаг. И кстати! Тут ещё стоит разобраться — не помню или не знаю.
Так.
Так-так-так…
Столица вроде бы Мехико. Язык стопудово испанский. Основная промышленность — наркотики и… эээ… кактусы? Гимн? Государственный строй? Нынешний правитель? А-а-а-ай, чёрт, так себе из меня посол получается.
— Я хочу говорить главный! — заорал я с порога. — Кепаса!
При этом акцент у меня получился очень и очень странный. Что-то среднее между армянским, японским и африканским, — имеется ввиду африканский по мнению пародистов из труппы Евгения Ваганыча; эдакий рязанско-замбийский. Света, впрочем, сыграла не лучше.
— Ай-яй-яй! — крикнула она.
Вот только вместо праведного гнева пламенной кармен, в её «ай-яй-яй» слышались модуляции бабушки, которая негодует по поводу внуков, которые приехали в деревню и целыми сутками торчат в телефоне. Неубедительное «ай-яй-яй», короче говоря. Не звонкое.
— Позовите главный! — я зачем-то продолжил коверкать слова.
Школьный охранник вытаращился на меня во все глаза и на всякий случай схватился за турникет.
— Вы кто?
— Я эль посол оф зе Мексика! Ун-дос-трэс! Я требую освободить эль граждан моей страны, которых удерживают против их воли!
— Ай-яй-яй!
— Позовите мне сейчас же ля казаков! Эль сатисфакция! Перке⁉ Комистас⁉
По всей видимости то, что я сейчас чувствую — это и есть пресловутый кринж. Да. Наверняка это он. Интересно, Свете сейчас так же неловко?
— Эээ, да, — сказал охранник и схватился за рацию. — Приём. Тут посол из Мексики. Приём.
— Уже⁉ — сквозь помехи донеслось в ответ. — Твою-то… так… сейчас будем!
Отлично. Стало быть, Сан Саныч тоже выполнил свою часть плана и «предупредил» казаков. Стало быть, дальше проблем не возникнет.
Спустя пять минут ожидания в школьном коридоре появились двое. Один постарше, — с жёстким ёжиком седых волос, — а второй совсем ещё молодой; усишки у него уже росли, но явно не так, как ему того хотелось бы. Оба при параде. Оба с оружием. Да притом не с шашками какими, а с огнестрелом.
— Я посол Мексики! — заорал я. — Освободите моих эль людей!
— Добрый вечер, — сказал седой. — Есаул Катышкин, к вашим услугам.