Призыватель чудовищ: Тирания в галактике 2 (СИ)
Погрузившись в коллективное бессознательное, Влад сделал слепки почти сотни тысяч воинов, а затем выстрелил ими в головы священнослужителей. Тех, что уже возрождались. Бесчисленные дуги изумрудных молний плотной сетью трещин расползлись по пятидесятому этажу тверди. Они были достаточно разрушительны, чтобы пробивать оболочку священного пламени и черепа, при этом не прошивая их насквозь.
Около тридцати тысяч по-настоящему живых сановников Элистократума в ужасе смотрели на происходящее, но не могли ничего поделать. Тела сковывала невидимая сила, которой даже священное пламя противостояло с трудом.
Пара секунд, и погибшие священнослужители начали возрождаться. Однако радость выживших длилось недолго. Святое пламя сплетало вовсе не пылающих воинов, и не боевых церковников, оно возрождало чудовищ. Монстров идентичных тем, которых проклятый Краус создавал на Омелуме.
Глава 66
Отец и сын
— Так-то лучше. — Влад приподнял уголки губ, довольный проделанной операцией. Выстрелом психической силы он стёр личностные матрицы священнослужителей, заменив их слепками собственных подчинённых.
Священное пламя, казалось, обнаружило проблему, и приостановило возрождение. Своими силами оно успело наклепать более десяти тысяч солдат для Влада. Жаль, что в следующую секунду они начали рассеиваться, разлетаясь языками мерцающего огня.
— ВЛАДЫКА.
Перед Владом появились Мерид Баниато, и Нарвонтир. Архонты смиренно поклонились, также поступили и другие Вормонд, освободившегося от невидимого давления.
Священнослужители же, обретшие свободу, начали в ужасе пятится.
— Нарвонтир… у тебя есть инвазивное зрение в трех спектрах, многотысячелетний жизненной опыт, доступ к опаснейшим эзотерическим практикам, и сильнейший в области психической силы легион Арканум. Почему за столько дней ты не сделал то, на что мне потребовалось меньше минуты? — Скосив взгляд на седовласую опущенную макушку, Влад спросил ровным тоном.
— Владыка, мне не сравнится с… — Едва Нарвонтир начал оправдываться, его остановил поднятый указательный палец Влада.
— Переформулирую вопрос: ты прекрасно знал, что делать, как делать, и был способен. Почему не сделал? — В кроваво-красных глазах, разделенных на четыре части извивающимися жгутикоподобными зрачками, появился намёк на холод. — Мариэль создала твой вид, чтобы защищать, и так уж вышло, что вы сосредоточились на защите человечества. Однако люди доминиона — не люди нашей родной вселенной. Они не земные духи. Да и ты теперь не Страж, а архонт легиона Арканум, представляющий в первую и последнюю очередь интересы Вормонд. Милосердие? Жалость? Сострадание? Таким чувствам не место в высших эшелонах МОЕГО вида.
Нарвонтир молчал, не опровергая и не оправдываясь. Он прекрасно знал, что повинен в больших потерях Вормонд. Но несмотря ни на что, не мог переписать свою природу, и обречь целый вид на рабство и смерть.
Мерид, склонившийся рядом, принимал новости не шелохнувшись, с невыразимым лицом, однако в глубине души едва не прыгал от радости. Если не произойдёт ничего непредвиденного, заслуги за эту миссию целиком и полностью достанутся ему и легиону Мрака.
— Возвращайся на Омелум, с этого дня легионом Арканум будет командовать твой заместитель Изэрек Шестикрылый. — Отдав приказ, Влад как ни в чем небывало двинулся вперёд.
Если бы на месте Нарвонтира оказался кто-то другой, его ждала бы немедленная казнь, вероятно с пытками. Однако бывший повелитель Чтецов наставлял Влада долгое время, учил направлению омонигмуса, уникальному для стражей. Его заслуг достаточно, чтобы покрыть данную оплошность. Разумеется, альфа-доминанту, позволявшую командовать огромным количеством Вормонд, придётся извлечь.
— Остановись! — С хриплым старческим криком, из окружения могущественных пылающих воинов, вышел сановник. Не абы какой, а Икона веры — первый после Бога. — Краус, прекрати это безумие. Даже твои подчинённые не хотят продолжать кровопролитие. Ты ведь -человек. Зачем сражаться против своего же вида?
Голос Иконы веры полнился отчаянием. Он уже знал, что сыворотка суперсолдата оказалась чем-то, что отрезает праведную паству от Священного пламени. Человечество поражено этой заразой, бороться с Краусом больше нет возможности, оставались лишь переговоры.
Представители легионов Мрака и Арканум смотрели на Икону веры как на идиота. Старикан явно не понимал, с кем и о чем разговаривает.
— Он не остановится — Ответ Влада предвосхитил глубокий рокочущий голос, источник которого вскоре предстал перед удивлёнными взглядами обеих сторон конфликта. Мерцающее пламя схлынуло со всех сторон, собираясь в гуманоидную фигуру. Чётких очертаний она не приняла, оставаясь плотным сгустком огня. Само Священное пламя снизошло до поля битвы. — Монстры, кто сейчас нападает на человечество, раньше сопротивлялись Владу. Они бились, проигрывали, и просили о милосердии, но ни разу он не остановился. И сейчас не станет.
Голова пламенного Бога представляла собой всего лишь массу огня, однако Влад уловил в ней многозначительный прищур.
— Мы знакомы? — Влад не припоминал, чтобы Священное пламя общалась с ним до разделения Протовселенной. Так откуда оно могло знать о предыдущих деяниях, и о происхождении порабощенных чудовищ? Неужели заражённые вирусом люди, когда связались с коллективным бессознательным, открыли в него доступ и Священному пламени?
— Возмутительная неосведомлённость для того, кто копался в моих сокровенных воспоминаниях. — Аватар Священного пламени вспыхнул, и обрёл чёткую фигуру. Человеческую фигуру, отпечатавшуюся в памяти Влада нестираемым клеймом. — Мы больше чем просто знакомые, Владислав. Мы отец и сын.
Глава 67
Аватар бога
— Ты — не он. — От невозмутимости Влада не осталось и следа. Ужасающая анима багровыми потоками вырвалась из тела, подавляя всех присутствующих, и дробя пол пятидесятого этажа словно хрупкую известь. Он мрачно смотрел на высокого мужчину, с тёмными волосами, глубоко посаженными карими глазами, равнодушным лицом, и немного отталкивающим темпераментом. — Ты — не мой отец.
Всё верно, Священное пламя приняло облик Сергея Хороднова, отца Влада. Того, кто пожертвовал своими органами, и жизнью, чтобы обеспечить ему достойное существование после выхода из тюрьмы.
— Разве нет? Неблагодарный. Ты получил всё от меня, так что именно я твой отец. Отец твоего отца, отец всего что видишь, всего что знаешь, всего что пытаешься завоевать. Я — ВСЕОТЕЦ! — Священное пламя шагнуло вперед, взрываясь невообразимым импульсом. — И у тебя, сопляк, повернулся язык назвать меня ничтожеством⁈ Жалким трусливым созданием⁈
Ошеломлённый Влад широко раскрытыми глазами смотрел на аватар Священного пламени. Теперь он видел вовсе не Сергея Хороднова, а безграничную вселенную, безмерность которой даже его мозг охватить не мог. Ощущение то же, когда Урагар — создатель троп сутры, поделился воспоминаниями, содержащимися в семени вселенной. Эти воспоминания принадлежали сверхсуществу, истинному владельцу протовселенной.
Действительно, после просмотра воспоминаний, Влад отзывался о нём как о жалком трусе и ничтожестве. Не без причины, все что делало сверхсущество в течение относительно непродолжительной жизни — блеяло перед старшими, и ровесниками, сильными, и не очень. Малодушное создание, забивавшееся в угол всякий раз, когда начинались проблемы. Как не испытывать к нему презрение? Если бы Владу посчастливилось родиться среди богов, общество последних вскоре превратилось бы в пластилин, податливо мнущийся в его руках.
«Квадук не солгал? Этот обрезок сверхсущества еще не подох⁈».
Хаотические мысли быстро собрались в кучу, и Влад вернул утраченное спокойствие.
— Так вот ты какой, истинный бог. Не впечатляет. — Он предельно сжал аниму в теле, готовый нанести сильнейший удар, на который способен. Слова словами, но с тварью более высокого порядка нелегко иметь дело, будь он хоть трижды трусом. А этот, судя по всему, вообще не из таких, и скорее затаившийся хищник, нежели жертва.