Большевики по Чемберлену<br />(Советская авантюрно-фантастическая проза 1920-х гг. Том ХХХ)
Тов. Инкогнито
БОЛЬШЕВИКИ ПО ЧЕМБЕРЛЕНУ
Фантастический роман
ВЫПУСК № 1
Две чужестранки
Близилось время созыва VIII конгресса Коминтерна. Начался советский день.
Из помещения миссии турецкого посланника в СССР вышли две молодые восточные брюнетки, почти цыганки по типу лица и жрицы по экзотической яркости платья.
Девушки, останавливаясь для совещания на углах улиц и неуверенно шагая по тротуарам, направились к центру Москвы.
Блуждавший по Герценовской улице тринадцатилетний пионер, сын типографского наборщика, рыжий Женя Волхонский, направлявшийся в редакцию пионерского журнала, для того чтобы внести от одного звена подписные деньги, увидев девушек, втянул многозначительно в себя воздух, оглядел их с ног до головы и осторожно последовал за чужестранками.
Тут же, приметив вынырнувшего из каких то ворот товарища, Женька поманил его к себе.
Пятнадцатилетний оголец с красным галстучком вокруг шеи и протертыми на коленках штанами быстро подошел к товарищу.
— Ты из хорошего отряда? — сблизившись конопатым лицом лоб в лоб с коллегой, спросил его испытующе Женька.
— Из батальона всех за всех! — выпрямился оголец с такой гордостью, будто эта фраза была не паролем организации, а титулом ветерана победоносной армии.
Женька схватил товарища за руку.
— Будь готов в таком случае.
— Всегда готов!
— Видишь, впереди пошли две шоколадные персианки. Ты их прежде видал?
— Нет?
— Значит это новые. Недавно приехали…
— Да. Пойти сказать товарищу Пройде?
— Нет, давай прежде посмотрим, куда они пойдут.
— Тогда давай догонять их.
— Да, а потом к Градимиру Петровичу.
— Идет…
И оба мальчугана, прибавив шагу, стали лавировать следом за двумя восточными незнакомками.
Через три четверти часа оба пионера поднимались по лестнице полиграфтреста, спеша проникнуть в кабинет председателя правления этого треста.
Градимир Пройда работал в кабинете с восьми часов утра.
Увидев вошедших и вытянувшихся в струнку мальчуганов, он повесил трубку телефона, по которой разговаривал, повернулся к ним и просветленно поднял глаза.
— Здравствуйте, товарищ Пройда! — дружно поздоровались пионеры.
— Здравствуйте, товарищи! Что скажете? Вы из хорошего звена?
— Из батальона всех за всех.
— А, слава хорошему батальону; что же вы скажете?
— На улице Герцена, Градимир Петрович, появились две какие то приезжие персианки. Их еще никто не видел здесь. У них заморские юбки и прочее, а на затылке чадры, хотя мордашки ими они не закрывают. Они путались по улицам и не знали сразу, куда идти. Пошли в Университет Трудящихся Востока. Мы смотрели за ними, как они вошли, а потом айда к вам.
Пройда, вытянув голову к ребятам, с интересом выслушал донесение и затем откинулся на кресло.
— Они с кем-нибудь разговаривали?
— Нет, только между собой все время советовались и не по нашему называли улицы…
— Спасибо, ребята, а как вас зовут?
— Меня Евгений Волхонский.
— Меня Егор Вагонетка.
— Хорошо! Буду помнить. Если новое что-нибудь узнаете об этих чужестранках или увидите еще приезжих из Азии, также сообщите. Слава батальону всех за всех!
— До свидания, товарищ Пройда!
Пионеры с видом людей, выполнивших героическое призвание, повернулись и оставили кабинет председателя полиграфтреста.
На некоторое время тот занялся текущей работой, принимая посетителей, просматривая переписку и отзываясь на телефонные звонки. Но вот, кончив разговор с одним из заведующих типографией, Пройда поднял голову и снова увидел одного из ребят.
На этот раз перед ним предстал комсомолец Володя Горячев, рассыльный Коммунистической Академии.
Подросток сделал шаг вперед.
— Здравствуйте, товарищ Пройда!
— Здравствуйте, товарищ! Вы из хорошей ячейки?
— Из батальона всех за всех, товарищ Пройда…
— Слава хорошему батальону! Что вы скажете?
— Я был сейчас у Трудящихся Востока. Туда пришли две какие то приехавшие из далеких краев путешественницы. Они спрашивали кого-нибудь «Гинду, Панжаб, Мадрас, Бомбей». Но все студенты ушли в экскурсию, и тогда они у дежурного начали спрашивать «большевик Пиройда, Пирой-да». Я не знаю, вас это они спрашивают, или нет. В канцелярии, чтобы от них отвязаться послали в Совет и рассказали, как идти на Тверскую. Они пошли, толкуют: «Совьет, Совьет», а я пришел предупредить вас…
— Спасибо, товарищ! Из соседней комнаты позовите пожалуйста мне Петряка, он немного практиковался уже на языках; я его пошлю узнать, в чем дело.
— Слушаю, товарищ Пройда!
* * *За двумя девушками чужеземками, от экзотического вида которых исходило обаяние тропической жгучести, следило уже несколько пар пионерских и комсомольских глаз, когда они, добравшись до Совета, ничего, не добились там от барышень, сидевших на выдаче справок и уныло вышли на Советскую площадь.
Пионеры, несколько звеньев которых Пройда приобщил к выполнению своей деятельности по организации политической работы в колониях, знали, что о всех редких заморских гостях, прибывших из Азии, надо сообщать своему политшефу, как назывался неофициально Пройда, руководивший подготовкой молодежи, желавшей посвятить себя политической деятельности на Востоке, и одновременно работавший в полиграфической промышленности. Поэтому, увидев несомненных восточных чужестранок, да еще очевидно только что вступивших в Москву и что-то искавших, ребята установили за девушками импровизированный дружный надзор.
Явившись к Совету по распоряжению Пройды, парень Яков Петряк сразу увидел и девушек и следивших за ними, будто путавшихся без дела по улице, нескольких ребят.
Петряк, выполняя распоряжение шефа, которому посвященные в секрет восточной организации были преданы на жизнь и смерть, с гордостью выпрямился и вдруг предстал перед девушками.
— Товарищи-гражданки, здравствуйте! Что вы ищете? — И Петряк, с комсомольской четкостью отдав честь, загородил дорогу путешественницам.
Тотчас же, как только он заговорил с незнакомками, их группа оказалась окруженной ребятами подростками и малышами.
— Уот из ит? — взглянула с отчаянием та экзотическая жрица, к которой обратился Петряк, на свою подругу, спрашивая ее по английски. — Что это такое?
— Уот из дсе бой? — также растерялась и другая юная красавица… — Что это за мальчик?
Обескураженный Петряк беспомощно развел руками и с отчаянием оглядел окруживших его ребят с красными косыночками на шее.
— Вот так штуки! Откуда приехали, а ни бе, ни ме не понимают. Черт возьми. What do you want? [1] — спросил он, с трудом отыскивая слово за словом, по английски.
— We are looking for a friend of your… [2].
— Please tell us how to find a certain commissar in Moscow? [3] — залопотали чужестранки.
У Петряка от этого лопотанья полезли на лоб глаза… Увы! Его знание английского пока ограничилось несколькими фразами: он всего две недели назад взялся за английский самоучитель.
Однако, поручение руководителя надо было исполнить.
Решительно ухватив одну из красавиц за шарф левой рукой, а правой усиленно жестикулируя и корча физиономию, как будто его шпыняли со всех сторон иголками, он вдруг отчаялся выговорить гортанные слова индустани, который под руководством индуса Партаб-Синга в продолжение трех месяцев зубрила одна из ячеек «батальона всех за всех».
