Сын палача

Постепенно удаляясь от этих полей, довольный собой, я думал над словами наемников. Сколь бы искусными воинами они ни были, но простолюдины есть простолюдины. Небольшая уловка не только позволила избежать проблем, но и получить интересную наводку. Род Торн… К сожалению, я еще плохо разбираюсь во внутренних делах империи, а то, что и зналось, выветрилось и забылось за время тюремного заключения. Надо обязательно расспросить Зака, который более осведомлен о местной жизни, чем я. Прямых ответов, может быть, Эрлоу и не даст, но как минимум подскажет, в каком направлении вести поиски.
* * *
Возвращаться в город пришлось на своих двоих – добрых попутчиков, готовых подбросить идущего, не встретилось. В основном движение по дороге было направлено в противоположную сторону, а те немногие, двигавшиеся в нужном мне направлении, являлись всадниками и пассажира взять не могли.
В город удалось добраться лишь во второй половине дня, но возвращаться в поместье я не спешил. Сразу искать возможности переговорить с Заком тоже не стал, потому что все еще не смог определиться, чью сторону занять.
Говоря Келдрину, что верная служба ему и его роду может дать мне отличный старт для дальнейшего роста, я не врал. Неизвестный наниматель, вызволивший меня из тюрьмы, толкал на скользкую дорожку хорошо оплачиваемого преступника, не сулившую и половины перспектив дворянина с добрым именем. Жаль, что за неисполнение задания меня ждали мрачные последствия.
Вот только смогу ли я вытащить Эвверанов? Сколько стоит твоя честь, последний из рода Раган?
Желая еще немного отдохнуть и расслабиться, я отправился искать более-менее приличный кабак. Мне хотелось спокойно посидеть и подумать, укладывая бегающие в голове мысли, за каким-нибудь максимально легким, не туманящим разум напитком.
Вернувшись в поместье незадолго до заката, я сразу же наткнулся на загородившую проезд грузовую повозку. Возница, стареющий мужчина в потрепанной штопаной одежде, дремал на стременах. А во дворе несколько слуг, под руководством Нолы, разгружали свертки и мешки, предположительно с продовольствием.
– Солрэн, – поприветствовала меня женщина изящным книксеном.
– Миледи Нола, – такой привлекательной леди я не мог не выразить радость от встречи иначе, чем традиционным поклоном. – Вы все в трудах?
– Как видите, – кивнула она. – Рабочих рук не хватает, а мы ведь ждем возвращения господина Келдрина с сыном с охоты. Будет крайне некрасиво, если эта неуклюжая повозка помешает им проехать, – посетовала Нола, задумчиво посмотрев на меня. – Понимаю, это не подобает дворянину, но…
Услышав ее прозрачный намек на мою помощь, отказываться я не собирался. Нехватка слуг была известна, а задирать нос и кичиться благородным происхождением в мои планы не входило. Тем более нельзя упустить шанс заработать дополнительные баллы в глазах управляющей, что в перспективе может мне пригодиться.
– Конечно, я помогу, мне бы только какую-нибудь грязную куртку…
– Мейлан! – тут же окликнула Нола уже уносящего в дом очередной мешок слугу. – На обратном пути захвати что-нибудь накинуть на плечи господину Солрэну.
– Слушаюсь, госпожа! – отозвался слуга, прибавляя шаг.
– Это очень великодушно с вашей стороны, – похвалила меня леди, наблюдая, как я вешаю сюртук на калитку.
– Не стоит, миледи. Это сущая мелочь.
Мейлан принес относительно чистую рабочую куртку, немного смущенный тем, что ничего лучше не нашлось. Пожалуй, до войны эта видавшая виды тряпка и вызвала бы у меня брезгливость, но то было три года назад. Сейчас же, не обращая внимания ни на запах, ни на пыль, покрывающую ткань, я быстро надел вещь и уже через пару минут нес какой-то мешок в дом. Надеюсь, этот маленький эпизод расположит ко мне слуг.
Не сказать, что мое появление сильно ускорило темп работы – вместо пяти носильщиков теперь стало шесть. В итоге опустошенная повозка, погоняемая отчаянно зевающим возницей (он банально воспользовался ситуацией и все это время спокойно проспал), покинула поместье.
 
Нола, увидев оставленные повозкой следы грязи, поморщилась и сразу же распорядилась привести все в порядок. Я возвращал одежду Мейлану, когда с дороги до нас донеслась ругань.
– Господа возвращаются с охоты, – с улыбкой произнесла миледи, узнав в кричащем Барнсара.
Вот только в его интонациях слышались злость и страх, а не довольство и утихающий азарт, которые сопровождают удачную охоту. Они возвращались с плохими новостями.
Первым во двор поместья влетел один из младших членов рода, рукава его кафтана покрывали пятна крови.
– Господин Келдрин ранен!
Слуги впали в ступор, Нола вздрогнула, обернулась, понимая, что нужно отдать какую-то команду, но растерялась и замешкалась, не зная, что приказать.
– Быстрее! Большое полотно прочной ткани вроде плаща! – приказал я вместо нее, поняв, что никто не торопится брать ситуацию под контроль. На войне такие задержки порой стоили чей-то жизни.
– Да! – подтвердила миледи. – Живее!
Я обернулся к дворянину, уставшему от скачки и беспокойно оборачивающемуся на дорогу, по которой где-то там следом за ним ехал раненый.
– Кто-нибудь поехал в больницу? – спросил я его.
– Да, за доктором послали.
– Потребуется горячая вода, – обернувшись к Ноле, принялся я отдавать распоряжения, – чистая ткань, комната с ровным прочным столом и хорошим светом.
Не верится мне, что раны, какими бы они ни были, являются пустяковыми, иначе магическая энергия из своего резерва давно бы их излечила, а значит, тут что-то более серьезное, с чем не может справиться регенерация мага высокого круга. А Келдрин – маг третьего или четвертого круга, не знаю. Раньше я этим вопросом как-то не задавался, но предположу, что четвертого.
– Хорошо, мы все подготовим, – кивнула она.
Миледи тут же побежала в дом. А в ворота въехали остальные, на трех лошадях; Келдрин, бледный и окровавленный, сидел, привалившись на спину сына. Барнсар тоже был бледен, но по совершенно иной причине.
Из дома навстречу им бежали слуги с большим куском плотной ткани.
– Нужно осторожно снять его с лошади и уложить на ткань!
С аккуратностью исполнения распоряжения возникли проблемы. Напуганные слуги дрожали, а члены рода, молодые маги, не боялись, но были вымотаны напряженной поездкой.
– Успокойтесь вы! Он – фронтовой маг, а значит, запустил укрепление тела просто как реакцию на боль. Пара толчков и встряхиваний его не убьет. А вот промедление может!
Мои слова произвели должный эффект, и вскоре Келдрин был на полотне, разложенном на земле. Но прежде чем нести его в особняк, я нагнулся к нему, чтобы осмотреть рану. Точнее, как оказалось, две раны, не сквозные.
– Чего мы ждем? – нетерпеливо спросил один из молодых людей.
– Не ори под руку! – рявкнул на него Барнсар, переведя взгляд на меня, ожидая моих указаний. По-видимому, его не обучали оказывать полевую медицинскую помощь.
Действительно, из всех присутствующих боевой опыт был только у меня и у Келдрина. Хорошо, что Барнсар это осознает, но мое внимание больше сосредоточено на раненом.
Два пулевых ранения в грудь – плохо. Живучесть мага не дала ему пока умереть, но время уходит, быстро уходит. К тому же огромная потеря крови. Келдрин едва в сознании, скорее даже в боевом трансе, сконцентрирован только на поддержании жизни и полностью игнорирует окружающий мир.
– Поднимайте аккуратно и несите в дом, куда укажет госпожа Нола.
Из особняка, едва мы успели схватиться за ткань, выбежала Орриса.
– Дорогой! – крикнула она, бросившись к нам.
– Держите ее, – поморщился я. – Не дайте потревожить раненого!
Сын вышел навстречу матери, перехватив ее в нескольких шагах от нас, и обнял, пытаясь успокоить вырывающуюся женщину. У Оррисы началась истерика.
– Пустите меня! Как вы смеете! – прокричала она, не в силах видеть происходящее.
– Барнсар, – обратился я к наследнику рода. – Уведи свою маму и дай ей какое-нибудь успокоительное. Сейчас она ничем не поможет и будет только мешаться под ногами.