Пионер – ты в ответе за всё!
– То есть у тебя даже мысли не возникает, что надо было работать честно, не брать взятки, не сажать невиновных ради палки в личном деле и месячной премии? – мне даже интересно стало, что творится у него в голове. – Все это нормально, а то, что тебя взяли за жопу не просто так, а за твои же косяки – это кто-то другой виноват, так?
– Заткнись! Мал еще меня учить!!! – Аникина трясло, его психика явно находилась в расшатанном состоянии, и он был способен на что угодно, так что я был готов в любую секунду кинуться в сторону, но пока не двигался. – Я что, терпила, жить на одну зарплату?! Годами ждать очередь на нормальную машину или ездить на отечественном ведре с гайками?! Пусть остальные горбатятся, а я хочу жить, а не существовать, понял! Я не чмошник, чтобы вкалывать за копейки!
– Так значит, ты сам выбрал свой путь, и сам за него отвечаешь, – я пожал плечами. – А насчет того, что я виноват, так я теперь свидетелем по делу прохожу. Ты разве не знаешь, что мой статус изменили с потерпевшего на свидетеля? А знаешь, кто это мог сделать?
– Комитет… – до капитана дошло, и голос мгновенно сел. – Сука, ты конторский!
– Блин, ну ты тупой, после первой нашей встречи до тебя это не дошло? – оскорблять человека с пистолетом не лучший выбор, но Аникин меня реально довел. – Меня еще тогда кагэбэшник забирал, думаешь, что-то изменилось? Так что, даже если ты меня завалишь, точнее если ты меня завалишь, тебя обязательно возьмут за жопу. Но если просто свалишь, то конторе ты будешь не интересен, а менты найдут или нет, это еще вилами по воде. Но шансы точно будут.
– Да кому ты лепишь! – снова стал нагнетать Аникин, но уверенности в его голосе уже не было. – Нужен ты больно конторе! В первый раз тебе тупо повезло…
– Вот от этого все твои проблемы, – я усмехнулся, без страха глядя в темноту оружейного ствола. – Ты считаешь себя самым умным, но при этом не можешь просчитать ситуацию на два хода вперед. Если бы я не был им нужен, стали бы они меня отмазывать от уголовного дела в качестве потерпевшего? Зачем им бы это было нужно? Со мной тебе бы грозила не пятнаха, а все двадцать пять…
– Мне и так четвертак светит!!! – сорвался на крик бывший капитан. – Ты понял, сука, четвертак!
– А со мной светила бы вышка, – я пожал плечами, ничуть не тронутый истерикой. – Вот и подумай своим умишком, стоит меня трогать или нет. Или же стоит сдаться и сдать подельников конторе.
– Чистосердечное признание облегчает душу и увеличивает срок, – зло скривился Аникин. – Щаз побегу, только шнурки поглажу!
– Ну и зря не побежишь, – я устало вздохнул. – Сотрудничать с КГБ твой единственный шанс выйти с зоны не древним стариком, да и выйти вообще. Подумай об этом. Менты тебя кинули, им проще найти одного козла отпущения, чем всем подставляться. Ты вообще уверен, что доживешь до суда, а тебя не удавят по-тихому в камере? Не будь дебилом, живой ты нужен только конторе и никому больше. Понимаешь это?! Я тебе больше скажу, зуб даю, то, что ты сбежал, да еще с волыной, дело рук кого-то из ментовской верхушки. Ты валишь меня, тебя валят при задержании, все концы в воду. Уверен, это было запланировано уже давно, тебе в камере на мозги капали постоянно, мол, не будет потерпевшего, дело рассыплется и все такое. Вспоминай, было же такое? Было?
– Ну было! – снова психанул мент, но хотя бы волыну убрал, схватившись за голову. – Было! Был там в камере один, якобы пересылку ждал.
Говорил, что у него блат в прокуратуре. Сука, какая же сука. Какие они все суки! Я ведь не сам… я не хотел. Это Карась, сука, сказал, что проблем не будет! Что надо все по-тихому провернуть, и кусок на руки сразу получу. Сука, он меня подставил, а теперь убрать хочет!
– Понял теперь? – я поражался способности бывшего капитана перекладывать свою вину на других, ловко у него получалось приходить к выводу, что сам он никогда не был виновен. – И выход у тебя только один. Идти к чекистам.
– А они точно помогут? – глаза Аникина вспыхнули надеждой. – Ты гарантируешь?!
– Ты дебил? – я вылупился на мента, как на идиота. – Кто тебе такие гарантии даст? Но если принесешь достаточно вкусную информацию – есть шанс договориться. Я могу тебе помочь только одним – напрямую связаться с начальником второго управления. Есть у меня на него выход, хоть скажу честно, предпочел бы с ним не общаться. Имеется у тебя чего ему рассказать такое, чтобы он заинтересовался?
– Есть! – сделал свой выбор капитан после недолгих раздумий. – Много чего есть. Звони!
– Волыну убери! – теперь я ставил условия. – А лучше сюда ее давай, чтобы тебя не вальнули случайно. Да не ссы, если бы я хотел тебя положить, мне оружие бы не понадобилось. Я недавно Разрядником стал, так что положил бы одним ударом. Давай, давай, тебе оно уже без надобности.
– Сука, если обманул, я тебя с того света достану, – Аникина колотило, но он все же протянул мне пистолет. – Звони!
– Сейчас, – я вынул магазин, передернул затвор, поймав на лету патрон, вставил в магазин обратно, спустил курок, не вставляя магазин в пистолет, и убрал все в карман, вынимая телефон. – Как знал, что пригодится номер. Игорь Игоревич? Чеботарев беспокоит. Вспомнили? Доброй ночи желать не буду. Вы знаете, что некий Аникин из-под стражи сбежал?.. Ах в курсе. Подкупил конвойного кооперативной квартирой? А что, он уже сознался? Оперативно работаете. Я чего, собственно, звоню. Аникин сейчас у меня во дворе и очень хочет с вами поделиться ценной информацией. Пистолет я у него уже изъял… Да, жду. Только скажите своим волкодавам, чтобы сильно не лютовали, а то знаю я вас… Да, да, я вас тоже. До свидания.
– Ну что?! – пока я разговаривал, капитан ждал затаив дыхание, а тут не выдержал. – Получилось?!
– Сейчас сам приедет, – я убрал трубку в карман. – Говорят, дуракам везет. Вот тебе сегодня очень крупно повезло. Выводы делай сам.
Глава 20
– Иди сюда! – опустилось боковое стекло остановившегося передо мной внедорожника, являя миру Сикорского. – Садись!
Я пожал плечами и залез на заднее сиденье, как было сказано. На удивление внутри было просторно, а главное комфортно. Да и внешне машина ничуть не напоминала «Патриот» или, прости господи, ментовского «козла». Вполне себе современный внедорожник, чем-то напоминающий «Ленд-Крузер-Прада». Вот могут же, если захотят. Хотя если учесть, кто на нем ездит, скорее всего это премиум-сегмент, недоступный простым смертным.
– Пистолет давай! – не дав мне осмотреться, потребовал Игорь Игоревич, протягивая руку.
– Надеюсь, его не найдут рядом с трупом, – я с усмешкой достал сам ствол, магазин и протянул это подполковнику. – А то на нем мои пальчики.
– Посмотрим, – буркнул тот, но при этом волыну принял аккуратно, платочком и тут же упаковал в пластиковый пакет. – Была бы моя воля, я бы тебя прямо тут шлепнул.
– Это еще за что? – я вытаращился на Сикорского. – Нет, я знаю, что вам не нравлюсь, вы мне так-то тоже, но не до такой степени.
– Не до такой?! – вдруг взбесился комитетчик. – Не до такой?! Ты что, сука, творишь?!! На свою жизнь тебе насрать, так на хрена ты других за собой в яму тащишь?!!
– Воу, воу, палегше, гражданин начальник! – я от такой экспрессии даже впал в ступор. – Вы вообще о чем?!
– Вы где сегодня были, мать вашу?!! – долбанул по рулю Игорь Игоревич, а в машине заметно похолодало. – Ты совсем уже крышей поехал, тащить туда Соню и остальных?!! Так мало того, она еще нам наврала, что у Капустиной будет! Мля, своими руками бы тебя удавил!
– Вы про концерт, что ли? – дошло до меня. – Подумаешь! Мы не пили, не курили, в беспорядочные половые связи не вступали. В порядочные, кстати, тоже. Просто послушали музыку, немного потанцевали и разошлись. Делов-то.
– Делов?! – окончательно взбеленился Сикорский и попытался достать меня рукой, пришлось резво откатываться, прижимаясь к двери, и судорожно нащупывать ручку. – Я тебе, сука, покажу делов!!!