Восток. Запад. Цивилизация

Вздох.
И руки дрожат.
– Прости. – Тори покраснела и сделала шаг. – Прости, пожалуйста! Эва не виновата. Это все я! Я ее потянула, и… и она пошла. А я потом… потом случилось. Я плохо помню, опять это все… голова просто раскалывается порой!
Маменька вздохнула.
– То есть я помню, что было. Все помню. Но от этого только хуже. И я не уверена, что меня опять туда не потянет! Ночью! И… может, мне действительно стоит вернуться? Домой?
– А если тебя из дому потянет? – возразила Эва, потому что пускай они с Тори и не слишком хорошо ладят, но оставаться тут одной… Нет уж.
– Что ж… – произнесла маменька задумчиво, – этого тоже нельзя исключать. Вот куда они запропастились, когда так нужны? Вечно с этими мужчинами… Сегодня же я переселюсь сюда.
Тори вздохнула, тяжко так.
– И спорить не стоит.
– Никто ведь и не собирается.
Маменька фыркнула и спокойно пояснила:
– Вы же видите, что здесь происходит. И этот вот молодой человек появился неслучайно. Думаю, он – лишь первый из…
– Поклонников?
– Если бы. Вчера мы беседовали с леди Элизабет. – Маменька встала. – И разговор во многом получился интересный.
Она чуть сморщила носик.
– Вас определенно постараются дискредитировать. Вернее, сделать так, что ваша репутация пострадает. Возможно, сильно.
Еще сильнее?
Куда уж больше-то?
– Зачем? – Эва и вправду этого не понимала. Пыталась. Честно. Поступок Стефано она хоть как-то могла не оправдать, но объяснить. И даже Мамашку, Китти, тех, кто был в зале. Все искали своей выгоды.
Но здесь?
Какая выгода в том, чтобы дискредитировать ее и Тори? Заманить в тот лабиринт? Бросить? Или вот сегодня. Сегодня они собрались и стучали.
Громко.
От этого стало не по себе, но… но если отвлечься, то какой в этом смысл?
– Сложно сказать. – Маменька выглядела усталой. Тоже ночь не спала? И… что она знает? Что Эву принесли? И гадать нечего, кто именно нес. А Тори?
Конечно. Она же… она же прямо и намекнула. То есть сказала.
Уши стали горячими.
И не только они.
– Университет всегда был привилегией мужчин. Женщины… Женщинам здесь не место, и нам ясно дают это понять. А мужчины жестоки.
Эва переглянулась с сестрой.
Не все ведь?
Или…
– Даже в высшем свете некоторые молодые люди позволяют себе вольности. Недопустимые. Для них это своего рода игра. Увлечь юную особу, затуманить ей разум. Не обещать ничего прямо, но намеками дать понять о серьезности намерений. А затем взять и бросить. Недостойное поведение, но мир несправедлив, девочки. И в случае, если произойдет… двусмысленная ситуация, то обвинят женщину. Всегда – женщину.
– Да, мама, – тихо ответила Тори, правда явно думая о чем-то своем. Вряд ли о репутации.
– Поэтому, прошу вас, будьте осторожны. И эти юноши… Вы ведь не думаете, что он не знал о произошедшем? Или вовсе не принимал участия? Если и не принимал, то знал определенно. А потом явился как ни в чем не бывало!
Кажется, маменьку это весьма возмущало.
Эва вздохнула.
– Маски, – сказала она. – У них у всех маски.
– Вот и не забывайте об этом. – Маменька чуть пригладила волосы. – И раз уж все так получается, то дамам лучше держаться вместе.
Глава 30
О тайных тайнах тайного сообщества
Что скрывается в подземельях?
Подземелья.
Наверное, во времена иные Чарльз бы проникся. Но после древнего города нынешние подземелья не производили должного впечатления. Коридоры, вырубленные в скалах, сменялись другими.
Третьими.
Порой случались ступени, что вниз, что наверх. И во всем этом имелась некая система, которая и позволяла провожатому ориентироваться. Каин шел впереди, за ним следовал Авель, а вот прочие остались в клубе.
Не стоит привлекать внимание, так Чарльзу сказали. А он сделал вид, будто поверил, что дело именно во внимании.
– И долго нам еще? – Раздражение накатывало волнами.
– О нет, уже нет. – Авель обернулся и в сумраке, который огонь факела разгонял лишь немного, лицо его показалось очередною маской.
 
Маской оно и было.
– Эти коридоры пронизывают весь город. Кем они созданы, неизвестно. Один из братьев полагает, что нелюдью во времена незапамятные…
– В те, когда живы были драконы?
Факела Чарльзу не досталось.
Правильно. Тьма заставляет человека держаться ближе к свету. Не отставать. Это ведь так легко, потеряться во мраке. Сбиться с пути. И остаться здесь, внизу, в лабиринте коридоров.
– Вы весьма осведомлены. – Каин произнес это с неудовольствием. – Даже слишком.
– Довелось побывать в подобном месте. Там, за пустыней, тоже есть город. А под ним – еще один.
– Об этом вы не говорили.
– Как-то не довелось.
Отблески пламени скользят по камню, иногда выхватывая черные пятна то ли рисунков, то ли просто сажи. А ведь водят его кругами. Раньше Чарльз, может, и не понял бы, но теперь в голове четко выстраивался путь. Прямо. Поворот налево. И снова прямо. Поворот направо. Потом налево. И опять вниз.
Вверх.
Его ведут вокруг чего-то, создавая иллюзию, что путь долог, а на самом деле, куда бы они ни шли, это место находится рядом.
– В этом городе жили люди. И потомки тех существ, которые город построили. Назвать их людьми было бы крайне неосмотрительно. Впрочем, к известным расам я их тоже не отнес бы. Подземники…
Чарльза передернуло, стоило вспомнить.
– И тот город был построен под землей именно для того, чтобы укрыть их от гнева драконов.
– Стало быть, вы верите в существование драконов, – с убежденностью произнес Авель.
А Каин промолчал.
Стоило обернуться, и… да, его нет. Внизу и вправду легко потеряться. Особенно если этого хочешь.
– Где он? – Чарльз разыграл испуг. – Он…
– У него свои дела, брат, – мягко произнес Авель, перекладывая факел в другую руку. – Не стоит отвлекаться по пустякам. Драконы… что ты знаешь о драконах?
Чарльз прикусил язык, чтобы не ляпнуть лишнего.
– Немного. Мы были в их городе. И они умели оборачиваться людьми.
– Слышал подобную легенду, но она совершенно ненаучна. – Авель позволил себе снисходительный тон. – Скажем так, подумайте, как огромный ящер может стать человеком? Или наоборот? Закон сохранения массы, закон сохранения энергии. Законы физики незыблемы.
Чарли хотел ответить, что физика тоже разной бывает. Но промолчал.
– Скорее уж, если размышлять так, то мы имеем дело с двумя элементами одного явления. Скажем, если допустить, что землю населяли огромные летающие твари, а допустить это легко, благо современная палеонтология в огромных количествах предоставляет доказательства. Вы ведь не будете с этим спорить?
Спорить Чарльз не стал.
Спорить, когда ты находишься хрен знает где и зависишь от своего провожатого, в целом глупо.
– Так вот, вероятнее всего мы имеем дело с некой разновидностью динозавров, которые умели летать и обладали каким-никаким подобием разума. Животного, само собой.
Интересно, что ему сказала бы Милисента.
– Змеиный разум или разум ящерицы слишком примитивен, чтобы им управлять, – пояснил Авель, чуть замедлив шаг. А ведь поворот знакомый. И коридор этот. Лишь кажется, что один коридор копия другого. На самом деле и камень бывает разным.
А вот рисунок, весьма примитивный, Чарльз определенно помнил.
Несколько черточек, так дети изображают людей. И еще один человечек выше. А ниже – палочки-тело, палочки-ноги.
Палочки-рога.
Олень?
– А вот с животными более высокого порядка все много проще. Так что мы имеем дело с людьми, которые обладали ярко выраженными ментальными способностями. Настолько, что могли управлять огромными тварями. И это давало им несомненное преимущество.
– А остальные? – поинтересовался Чарльз. – Орки, сиу… и люди тоже?
– Логично, что, если у кого-то есть преимущество, он это использует. Скажем, чтобы покорить окрестные народы. Тех же орков и сиу. Вы читали работы Лессара? Он раскопал в Африке останки древних людей, утверждает, что им сотни тысяч лет. И кости их очень отличаются от современных.