Пропала женщина (сборник)

— Когда-то. Месяцев семь-восемь назад.
— Лео Манфред, доктор Янгстон… — Сержант сунул пузырек с таблетками в карман. — Кто еще, Трейси? Кто знал еще, что именно в десять тридцать ваша супруга в доме одна? С кем она могла без боязни уехать?
— Но на лице ее был испуг, — запротестовал Кениг. — Петерсоны заметили.
— Кто еще, Трейси?
Честер опустился на краешек постели. Малыш с лицом, прижатым к витринному стеклу, хотел заплакать, но поскольку давно уже превратился в сорокалетнего мужчину, то вместо этого вынул из кармана пачку сигарет. Ходовой сорт, без фильтра. Он извлек из нее сигарету и сдавливал между пальцами, большим и указательным, до тех пор, пока большой палец не побелел, а сигарета не разломилась надвое. Он поднял глаза.
— Я не в состоянии думать, — сказал Трейси. — Вы полицейские. Найдите мою Линду! Пожалуйста, найдите мою жену!..
 
Линда Трейси, белая, пол женский. Возраст: 19 лет. Рост — 5 футов 3 дюйма. Вес — 110 фунтов. Глаза карие, волосы светлые. Возможно, одета в голубое платье-костюм, черные туфли-лодочки и легкое пальто, кашемировое, цвета слабого загара. Последний раз ее видели садящейся в такси возле дома 1412 по Северной улице.
 
Сержанты не покинули еще территорию Петерсонов, а словесный портрет пропавшей женщины уже передавался по полицейскому радио. Отправив Кенига звонить, Шелли сам еще раз осмотрел постройки и прилегающий участок. До рассвета оставалось около часа, редеющий туман обволакивал мир неплотной мокрой кисеей. Справа от домика Трейси Шелли нашел фургон, ветровое стекло и окна которого покрывала влага. Цементная дорожка позади автомобиля переходила в грунтовую боковую аллею без покрытия. Сержант сделал по ней с десяток шагов и глянул в сторону уличных фонарей. Ближайший стоял на углу. Туман и потемки мешали определить расстояние до него, во всяком случае, оно было значительным. И никаких — как у Петерсонов — подсобных строений, что столь милы сердцу добропорядочного налогоплательщика.
Это был путь, которым обычно возвращался Трейси. Единственный, если забыть о въездной аллее.
Под ногами чмокало. Ненасытный, с примесью извести суглинок давно поглотил слой гравия, и бледный свет углового фонаря отражался в мелких дождевых лужах. На бетонке Шелли тщательно отскреб грязь со своих башмаков и вернулся к машине с ожидающим его напарником.
— Такси — это кое-что, — сказал Кениг. — Такси можно найти.
— Знаю, что можно. То-то и настораживает… Конечно, такси можно отыскать, — размышлял Шелли. Правда, потребуется некоторое время, чтобы прочесать десятки транспортных компаний, проверить каждый лист вызовов, извлечь из постели водителя, который провел за рулем большую часть ночи. А между тем встанет солнце и город пробудится ото сна. И воздух начнет наполняться ароматом кофе, запахом жареного бекона, а более всего — окисью углерода… Нет, Шелли ждать не мог. В телефонном справочнике Южного района значилось имя доктора Карла Янгстона: Манчестер-бульвар, прием с девяти до пяти.
Без четверти девять Майк Шелли уже наблюдал, как белокурый, молодой и стройный мужчина в сером пальто пересек просторный холл и остановился у двери с табличкой «Доктор Янгстон». Прежде чем открыть массивную лакированную дверь, он наклонился, чтобы вытащить рекламную брошюру, засунутую в щель почтового ящика, и одновременно полез во внутренний карман за очками в черепаховой оправе. Он вовремя надел очки, позволяющие оценить габариты сержанта. Но неожиданность не вывела его из равновесия.
— Вам назначено с утра? — спросил он.
«Назначение» Шелли имело вид полицейского жетона, который отодвинул все прочие дела доктора. Войдя в кабинет, Янгстон снял пальто, поправил галстук, повторяющий голубизну, его глаз в черепаховом обрамлении, а затем стал внимательно изучать пузырек со снотворным, предъявленный ему Шелли.
— «Линда Трейси, — прочел он вслух. — Две таблетки перед сном». Да, я помню миссис Трейси. Очень юная женщина. И весьма… привлекательная, — добавил он после короткой заминки.
 
— Помню миссис Трейси, — эхом отозвался сержант. — Разве она перестала быть вашей пациенткой?
— Полагаю, осталась. Ее карта в моей картотеке. Просто я не видел ее некоторое время.
— С тех пор, когда она потеряла ребенка?
— В общем, да. Видел незадолго до этого, и в ту пору, и несколько позже.
— Она тяжело переживала тогда?
— Как всякая женщина при подобных обстоятельствах. Иные кажутся равнодушными, но это чисто внешне.
— Разве выкидыш не влияет на разных женщин по-разному?
Доктору Янгстону было не более тридцати пяти. Он был хорошо побрит, коротко подстрижен, и след военной бдительности не покидал его лица.
— В чем дело, сержант? — спросил он. — С миссис Трейси что-то неладно?
— Почему вы так решили?
— А зачем бы полицейскому чину поджидать меня у дверей, когда я с утра вхожу в кабинет?
— Поджидать мог и больной. Скажем, сам Трейси.
— Он не числится в моих пациентах. Пациентом была его жена.
— Вы опять говорите о ней в прошедшем времени.
— Ладно, сержант, — сказал Янгстон. — Считайте, я проглотил ваш крючок. Линда Трейси, она что… убита?
День только начинался, но туман уже растаял и солнце било прямо в окно. Мир был полон ярких красок. Янгстон тоже не производил впечатления человека, настроенного на мрак.
— Любопытная догадка, — протянул Шелли. — Но пока полиция видит здесь возможную жертву похищения.
— Похищения? Невероятно!
— Я сам, знаете, не уверен. Поэтому и пришел к вам. Врач ведь не только тело лечит, не так ли? Ему положено разбираться и в душевном состоянии.
— Я только гинеколог, — запротестовал Янгстон.
— Только? Гинекологу ли не знать, как важен для женщины психологический климат. А тонкости семейных отношений? Но давайте разберем теперь ситуацию, доктор. Зная миссис Трейси, вы в более выгодном положении, чем я. Как бы вы рассудили, если бы я сказал вам, что некто, нам пока неизвестный, заехал за миссис Трейси на такси в половине одиннадцатого, когда ее муж работал в ночную смену? Это свидетельство домохозяина и его жены. Разбуженные шумом мотора, они покинули постель и наблюдали машину из окна спальни. Через какое-то время они услышали, что этот некто тайком, прячась от света фар, прошел от дома Трейси по задам участка.
— Я знаком с этим домиком, он в глубине, сзади большого, — сказал Янгстон. — Меня вызывали туда по поводу выкидыша.
— Прекрасно. Тогда вам легче представить картину… Вскоре вслед за мужчиной — он стоял уже у такси — из дома вышла миссис Трейси. Она как раз не избегала света, и очевидцы — Петерсоны — утверждают, что на лице у нее был сильный испуг. Она прошла к машине, самостоятельно села, и автомобиль сразу скрылся.
Янгстон внимательно слушал.
— И с тех пор, сержант, она как растворилась?
— Именно, — подтвердил Шелли. — Кстати, док, могу я попросить у вас сигарету?
Янгстон развел руками:
— Извините, не курю. Никогда не имел такой привычки.
На секунду-другую он погрузился в молчание, затем спросил:
— А что говорит водитель такси?
— Мы ищем его, — ответил Шелли. — Но мне интересны ваши соображения. Что, по-вашему, произошло прошлой ночью?
Вопрос был не настолько прост, чтобы задавать его ранним утром. Янгстон, сдвинув брови, задумался.
— Вы сказали, что Трейси в это время был на работе?
— Ночная смена длится с пяти сорока пяти до двух сорока пяти. Каждый вечер в десять, пользуясь перерывом на кофе, он звонит жене — убедиться, что с ней все в порядке.
Янгстон взял из рук Шелли пузырек с таблетками и вновь принялся изучать наклеенный рецепт.
— Поскольку я врач, — медленно произнес он, — мысли мои, возможно, идут по стереотипу. Не могло ли быть так, что некто, приехавший на такси, сообщил миссис Трейси, будто на работе ее муж получил травму?
— Вполне вероятно, — согласился Шелли. — Но зачем ему так поступать?
— Потому, что она была очень красивой женщиной, — предположил доктор.