"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Тейл, похоже, заперся в ходовой рубке и сейчас вводит в бортовой навигатор координаты конечного пункта подпространственного скачка. Куда? Неважно… Главное, появился удобный момент запастись-таки ядом, чтоб тот всегда был под рукой. Во-первых, похититель, скорее всего, не знает, что на борту есть смертоносное зелье, а значит, может и не ожидать опасности с этой стороны. Если путь окажется достаточно долгим, то рано или поздно ему захочется разнообразить свое меню. Рано или поздно ему должны надоесть размороженные полуфабрикаты. А как польстит его явно больному самолюбию, что роль кухарки при нем исполнит принцесса, пусть даже лишенная и короны, и планеты, и преданности народа, и права на престолонаследие. А если времени окажется мало? Если уже завтра «путешествие» закончится? Значит, стоит поторопиться. В любом случае яд всегда должен быть под рукой – чтобы воспользоваться им при первом же удобном случае. А потом заставить его сказать всё, приковать наручниками к какой-нибудь трубе и дать противоядие.
Чем ближе была каюта, чем сильнее хотелось перейти на бег. О том, что эта коллекция ядов существует и где она лежит, однажды вскользь упомянул кто-то из придворных, но она тогда не придала ни малейшего значения этим словам. Она даже не запомнила, кто, когда и зачем говорил ей об этом. Стоп! А если у верхнего ящика отдельный замок со своим собственным кодом? Вот так… Из-за сущей ерунды план, который еще секунду назад казался таким многообещающим, начал рушиться. Но Анна решила не останавливаться: в конце концов, коды обоих замков могли совпадать. И еще не факт, что верхний ящик вообще заперт, поскольку там лежит то, что еще позавчера казалось совершенно бесполезным и никому не нужным. Но даже если код не совпадет, а ящик окажется запертым, в мастерской должно быть достаточно всяческих инструментов, чтобы рассверлить замок или вырезать отверстие в стенке сейфа. Немногочисленные уроки по слесарному делу принцесса аккуратно посещала – ей нравилось смотреть, как завивается в спираль металлическая стружка, как в твердом металле образуется отверстие, как стальная болванка обретает необходимую форму.
Этому железному ящику ровно столько лет, сколько венцу принцессы – не менее четырехсот, так что простейший плазменный резак должен вскрыть его с легкостью. Судя по всему, в пути придется провести не один день, а значит, если сейчас ничего не получится, то время для осуществления этого плана еще будет… Но лучше не откладывать на завтра то, что можно было сделать вчера.
Ни за каким резаком бежать не пришлось: ящик, в который она раньше ни разу не заглядывала, почему-то был не заперт. И яды были на месте, только не в ампулах и пузырьках, как ей думалось, а в перстнях. Некоторые из них были связаны парами тонкой медной проволокой: в одном – яд, в другом – противоядие.
Ко всем перстням были подвязаны бирки, надписи на которых оказались столь мелкими, что их едва можно было разобрать. Белена, стрихнин, опий, конопля, полынь, ромашка, морской лук, персиковая кислота, экстракт цикуты… Знать бы еще, как действует каждый из ядов. Нужен тот, что поражает наверняка, но не сразу, такой, что до самой смерти не лишает жертву сознания, такой, что заставит Тейла говорить… Значит, прежде чем на что-то решиться, надо пройти в библиотеку, взять справочник по ядам и выучить-таки пропущенный урок. Вот уж воистину – принцесса должна знать о придворном этикете всё. Никогда заранее не угадаешь, что может в жизни пригодиться. Если даже Тейл умрет, ничего не сказав, можно будет запрограммировать навигационную систему на обратный курс и вернуться домой – благо пока яхта не совершила ни одного подпространственного скачка, и Эо, солнце Дарии, всё еще остается самой яркой звездой видимой вселенной. Не может быть, чтобы абсолютно все дарийцы возненавидели ту, кому еще недавно клялись в преданности. Не может быть… В конце концов, престол Дарии теперь должен по праву принадлежать ей. Где-то там, на планете, должны быть ее сторонники, которые знают, что она жива, что ей чудом удалось скрыться. Нельзя жить без надежды и веры. Она вернется. Она будет мудрой и справедливой, но только после того, как можно будет позволить себе такое великодушие. Только после того, как все враги будут повержены, друзья и союзники будут вознаграждены. Только после того…
 
Анна, не глядя, сгребла горсть перстней и рассовала их по многочисленным карманам комбинезона – так, чтобы ни один из них не начал подозрительно топорщиться. Ноги сами понесли ее в библиотеку, и теперь она думала только об одном: как бы не столкнуться по пути с Тейлом. С ним пришлось бы о чем-то разговаривать, а времени на это не было – надо было успеть осуществить свой замысел раньше, чем «Принцесса Анна» уйдет в «крысиные норы» пространства, и возвращение станет почти невозможным. Библиотека располагалась на верхней палубе, здесь сквозь прозрачную полусферу сияло звездное небо – так что можно было не включать светильников, что нависали над каждым из трех глубоких мягких кресел. В каждом из них можно было свернуться калачиком и забыться, оставшись наедине с какой-нибудь старинной книгой. Здесь на полках были даже фолианты, вывезенные с Земли полтора тысячелетия назад первыми колонистами, беглецами с истощенной и перенаселенной прародины людей. Но сейчас не было времени искать нужную книгу по полкам – куда проще и быстрее было зайти в бортовую информационную систему. Стоило примоститься в кресле, по центру помещения зажегся виртуальный дисплей.
– Яд, противоядие, смерть, медленная, – начала произносить она ключевые слова, выкладывая на стол перстни с ядами…
Но тут экран внезапно погас, вспыхнули сразу все светильники, и посреди комнаты возник хищно улыбающийся Тейл.
– Ах, моя принцесса, – сказал он почти ласково. – У меня только две версии: либо ты решила отравить меня, либо покончить с собой. Итак! Какая из них верна?! Только врать не надо…
– Я…
– Ну не я же! Сразу скажу, что лучше мышьяка еще никто ничего не придумал. – Тейл присел на подлокотник соседнего кресла и начал перебирать лежащие на столе перстни. – Вот! – Он протянул ей кольцо с большим рубином. – Вызывает резкий упадок сил, мышечную слабость и в конечном счете паралич и смерть. Если, конечно, вовремя не принять смесь жженой магнезии и сульфата железа… При их соединении возникает гидроксид железа, который после реакции с мышьяком образует нерастворимое в желудочном соке соединение – арсенит железа… Но, я вижу, тебе теория совсем неинтересна. Только практика! Хорошо, милая, не буду отягощать твой разум лишней информацией. Я понимаю, что у тебя есть причины меня недолюбливать. Но мы, кажется, договорились, что сейчас нам друг без друга не обойтись, что мы друг без друга жить не можем, что ты, можно сказать, стала смыслом моего существования, а я – твоим единственным шансом не затеряться в просторах вселенной. Разве не так?
– Я не знаю, что ты задумал… – Первый испуг прошел, и Анна поняла, что Тейл не собирается немедленно мстить ей за попытку его убить. – И я надеюсь, ты убедился в том, что лучше рассказать мне всё!
– Убедился, еще как убедился! – Он рассмеялся весело и непринужденно. – Но ты не учла одного, моя принцесса: задуматься об убийстве и убить – это совсем не одно и то же. Задуматься может каждый, а вот убить способны далеко не все. У меня был соблазн – позволить тебе зайти несколько дальше и посмотреть, что из этого получится. Но решил, что лучше никого не искушать – ни тебя, ни себя… Вижу, что остаться наедине со своей яхтой ты не боишься. Это, конечно, исключительно из-за невежества, но чтобы поумнеть, тебе понадобятся годы, а я не хочу быть всё время настороже – это очень утомительно. К тому же не ты одна создаешь мне проблемы. Ну скажи, что мне сделать, чтобы тебе больше не вздумалось пытаться от меня избавиться? – Тейл посмотрел ей в глаза, явно не собираясь отводить взгляда до тех пор, пока не получит прямого и честного ответа.
– Ты должен мне сказать, куда мы направляемся, что тебе нужно от меня и что ты собираешься со мной делать? – Всё пошло не по плану, но оттого, что ей не пришлось никого убивать, Анна неожиданно для себя почувствовала облегчение. Возможно, этот мерзавец был прав: она еще не готова лишать кого-либо жизни.