"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
– Кто такой Доктор? – спросила принцесса, поднимаясь из-за стола. На самом деле ей не очень-то хотелось уходить. Впервые в этом мире она увидела людей, которые вызывали симпатию. Если не считать Крошку-Енота, но тот, как оказалось, человеком не был.
– Доктор? – несколько растерянно переспросила девушка с конопушками. – Доктор… Это… Это Доктор. Он сам скажет.
– Он тут главный? – На этот раз Анна не рассчитывала получить вразумительного ответа, однако девушке пришёл на помощь парень, что только что произносил речь:
– У нас здесь нет главного. Нас слишком мало, чтобы нам нужен был главный. У нас каждый вправе иметь своё мнение и пытаться убедить остальных в своей правоте. Так вот… Доктору это удаётся чаще других. Я вообще не припоминаю ни одного случая, когда ему этого не удалось.
Принцесса кивнула ему в знак благодарности за исчерпывающий ответ и направилась к выходу, услышав за спиной цокот каблуков девушки, которая вызвалась её проводить.
– Нам к этому Доктору обязательно? – спросила она, не оглядываясь.
– Может, и не обязательно, но ключи от Лабиринта только у него, – донёсся до неё ответ. – Честно говоря, если ты передумаешь туда идти, то я буду только рада. Ничего там хорошего нет. Мир без надежды и радости…
– А здесь? – Анна стояла уже в дверном проёме и на этот раз посмотрела на собеседницу. – А здесь вам есть, на что надеяться? Есть, чему радоваться?!
– Здесь, милая, хоть и нет жизни, зато есть всё, что для неё необходимо, – ответила та с улыбкой, искренней и лучезарной. – Радость и боль, успехи и поражения, любовь и ненависть, работа и отдых. И ещё у каждого из нас впереди вечность. Может быть… Доктор лучше объяснит. Пойдём. – Она оттеснила принцессу и вышла на залитую солнцем площадь. Толпа разошлась, и теперь здесь старательно работал метлой пожилой дворник, сметая в кучки конфетные обёртки, пластиковые стаканчики, окурки и прочий мусор. Кучки таяли, как снег в жару, и впитывались в булыжную мостовую. По сверкающим на солнце рельсам неторопливо прогремел красный обшарпанный вагончик, и усатый вагоновожатый улыбнулся Анне.
– А почему вокруг одни руины? – спросила принцесса.
– Они служат напоминанием о том, как опасен Хаос, и что будет, если он прорвётся сюда, – ответила девушка. – Побежали, а то трамвай уйдёт. – Она схватила принцессу за руку и увлекла её в сторону остановившегося вагончика.
Едва они вскочили на подножку, звякнул колокольчик, и трамвай двинулся с места, неторопливо постукивая колёсами. Салон был почти пуст, только на деревянном сиденье возле водительской кабины сидели две девочки лет десяти с белыми бантами на коротких косичках, в белых коротких с бретельками платьишках в синий горошек. Они о чём-то перешёптывались, искоса поглядывая на принцессу, потом начали о чём-то спорить, подталкивая друг друга локтями. Затем та, что ниже ростом, поднялась, подошла к Анне и, явно смущаясь, попросила:
– Ваше Высочество, подпишите, пожалуйста, открытки мне и моей сестре. – Она протянула две открытки с изображением принцессы и зелёный фломастер.
Стараясь скрыть удивление, Анна опустилась на ближайшее сиденье, взяла открытки и, заглянув в лучистые восторженные карие глаза девчонки, спросила:
– Как вас зовут?
– Арина и Жанна, Ваше Высочество!
Трамвай потряхивало на стыках рельсов, и писать на коленке было непросто. Когда она вручила девочке подписанные открытки, трамвай открыл двери на остановке, и обе юные барышни торопливо покинули вагон. Они радостно мчались к небольшому аккуратному домику из красного кирпича под черепичной крышей, и у порога их уже ждали улыбающиеся родители. Сестрицы тут же начали хвастаться автографами принцессы и указывать пальцами на трамвай.
– Как они узнали, кто я? – спросила принцесса, когда трамвай тронулся с места. – И откуда эти открытки?!
– Ты – наша надежда, – просто ответила девушка. – Тебя здесь все знают.
– Это не ответ.
– Доктор ответит. Ты не подумай, что я хочу что-то скрыть от тебя. Просто он лучше всё объяснит…
– Я, кажется, задала очень простой вопрос! – Теперь принцесса едва сдерживала раздражение и, наверное, вспылила бы, если б её не провожало восторженными взглядами счастливое семейство, которое так и продолжало стоять у калитки.
– Ну, хорошо-хорошо… – Собеседница, очевидно, ощутила её настроение, и конфликтовать ей явно не хотелось. – Не знаю я, откуда мы знаем о твоём пришествии. За пару часов до твоего появления стало известно, что у нас новый Странник.
– Странник?!
– Так мы называем живых, стремящихся пройти через Хаос.
– А вы тут, значит, все мертвы?!
– Доктор лучше знает.
– А почему они так рады меня видеть?
– А вот это я знаю точно! – Девушка улыбнулась с явным облегчением. – Когда Странник уходит в Хаос, для нас это означает несколько недель мира и покоя. Хаос занят Странником, и нет нужды с ним сражаться.
– По-моему, у вас и так здесь мир и покой. – Принцесса оглядела окрестности, где за окнами трамвая медленно проплывали домики, утопающие в зелени, возле которых мирно играли дети. – Откуда здесь столько людей? Или это фантомы?
– Тихо! Здесь нельзя… Нельзя их так называть. Доктор не велел. Здесь все равны. Здесь только люди и маги. – Девушка помолчала несколько секунд, а потом вдруг бросила на принцессу взгляд, полный плохо сдерживаемого беспокойства. – Проедем немного дальше – увидишь, какой здесь мир и покой.
– Поняла. Значит, фантомы – это люди, а покойники – маги, – сделала вывод принцесса. – А я тогда кто?
– А ты – Странник.
Странник, Странник, где ты был? В Лабиринте водку пил… Всё ясно, но ничего не понятно. Может, и вправду лучше прямо здесь умереть и стать счастливым магом, которому не надо ломиться ни в какой-то там Лабиринт, чтобы угодить в какой-то там Хаос и там принять мучительную смерть, а потом всё-таки стать мёртвым магом? А как же тогда пара недель мира и покоя? Непонятно… Что ж… Доктор знает. Доктор всё расскажет.
Небо потихоньку затягивали тучи, которые становились всё мрачнее, мимо проплывали уже не дома-игрушки с уютными двориками, а бетонные бункеры, исчезли деревья и кустарники, порывы ветра поднимали облака серой пыли.
– Я забыла… – прервала принцесса затянувшееся молчание.
– Что?
– Я титул обещала тому, кто сторожит подземный переход.
– Это хорошо.
– Что хорошо?
– Что забыла. Он бы решил, что и впрямь что-то значит.
– А кто он такой?
– Никто.
– Ну, имя у него есть?
– Нет у него имени.
Перебрасываясь фразами, они обе неотрывно смотрели на безрадостный пейзаж, в котором, казалось, потухли все краски мира. И тут до принцессы дошло, почему она затеяла этот запоздалый и уже неуместный разговор о несостоявшемся Рыцаре Подземелья, или Лорде-хранителе Заднего Прохода. Ей было страшно двигаться дальше, а уж тем более – погружаться в пучину Хаоса. И подсознание сейчас искало незавершённые дела или невыполненные обязательства, чтобы появился повод вернуться, остаться здесь, с этими людьми. Все, кого она встретила здесь, в Нижней Пандоре, вызывали у неё симпатию, и неважно, кто они – призраки людей или фантомы.
Трамвай остановился, из кабины выглянул вагоновожатый и с явно вымученной улыбкой сообщил:
– Конечная! Либо выходите, барышни, либо поехали назад…
– Пойдём. – Девушка, которая так и не удосужилась представиться, легонько подтолкнула принцессу к выходу, но та, вцепившись в поручень побелевшими от напряжения пальцами, смотрела неподвижным взглядом на монолитную серую стену, которая простиралась от горизонта до горизонта, уходила вверх и терялась в низких тяжёлых тучах. Внезапно землю тряхнуло, послышался грохот, и в стене образовалась огромная ветвистая трещина, из которой начала сочиться кровь. Уже через пару секунд трещина затянулась, но кровавые линии на поверхности монолита повторяли её рисунок.
– Пойдём-пойдём, – повторила попутчица. – Ты пойми, никто тебя не гонит туда, где Хаос. Мы можем вернуться следующим трамваем, но с Доктором в любом случае тебе надо поговорить.